Диана Гэблдон – Барабаны осени. Книга 2. Загадки прошлого (страница 6)
– Да. Не исключено. – Роджер начал приходить в себя и с любопытством взглянул на Фиону. – Ты всегда говоришь «она». Почему ты никогда не зовешь ее по имени?
Кудри Фионы затрепетали на ветру, когда она повернулась, чтобы взглянуть на него. Уже достаточно рассвело, чтобы Роджер сумел рассмотреть в ее чертах непреклонное выражение.
– Не стоит никого звать, если не хочешь, чтобы он пришел. Ты должен бы понимать, ведь к тебе явился отец.
Волосы на руках у Роджера встали дыбом, несмотря на теплую рубашку и пальто.
– Раз уж ты сказала, – протянул он, пытаясь говорить шутливым тоном. – Я не проговаривал имя отца, хотя возможно… Миссис Рэндалл говорила, что думала о муже, когда возвращалась.
Фиона кивнула, нахмурившись. Теперь он четко видел ее лицо, и понял, что скоро рассветет. Небо на востоке заалело.
– Боже правый, уже почти утро! Пора идти!
– Идти? – Фиона смотрела на него с ужасом. – Ты собираешься попробовать еще раз?!
– Я должен. – Во рту пересохло, и Роджер пожалел, что Фиона извела весь кофе. Он подавил растущее чувство пустоты в желудке и встал. Колени подкашивались, но идти он мог.
– Ты с ума сошел, Родж? Ты погибнешь!
Он покачал головой, не сводя глаз с высокого расколотого камня.
– Нет. Нет, я знаю, что пошло не так. Это больше не повторится.
– Ты не можешь знать наверняка!
– Знаю. – Роджер оторвал ее руку от рукава и задержал в своих ладонях, небольшую и холодную. Он улыбнулся Фионе, хотя лицо странно онемело. – Надеюсь, Эрни еще не успел вызвать полицию на розыски. Тебе лучше поспешить домой.
Она нетерпеливо передернула плечами.
– Да он на рыбалке вместе с Нилом, двоюродным братом, до вторника!.. Почему ты говоришь, что это больше не повторится, что ты имеешь в виду?
Как объяснить? И все же он обязан попытаться.
– Когда я сказал, что думал об отце, я думал не о нем самом, а о том, каким я его запомнил. А помнил я его по фотографиям – на них он в форме либо с мамой. Дело в том… Я родился в это время, понимаешь? – Роджер испытующим взглядом посмотрел на маленькое круглое лицо и увидел, как Фиона медленно заморгала, постигая смысл его слов. Она вздохнула со смесью страха и удивления.
– То есть ты встретил не только отца?
Он молча покачал головой. Ни видения, ни звука или запаха, или прикосновения. Нельзя было передать ощущения от встречи с самим собой.
– Мне надо идти, – тихо повторил он и сжал ее руку. – Я… не знаю, как мне отблагодарить тебя.
Фиона смотрела на него, поджав нижнюю губу, глаза блестели. Затем она сняла с пальца обручальное кольцо и вложила ему в руку.
– Камень маленький, но это настоящий бриллиант. Надеюсь, поможет.
– Я не могу его взять! – Роджер хотел вернуть кольцо, но Фиона отступила на шаг и спрятала руки за спину.
– Не волнуйся, оно застраховано. Эрни большой спец по части страховки. – Фиона попыталась улыбнуться, хотя слезы так и текли по ее лицу. – И я тоже.
Возразить было нечего. Роджер положил кольцо в карман пальто и взглянул на большой расколотый камень, чьи черные грани поблескивали в лучах рассветного солнца. Роджер все еще слышал гул, но теперь он ощущался больше пульсацией сердца где-то внутри.
Слов не было, да они и не были нужны. На прощание Роджер губами легонько коснулся ее лица и пошел к камню, немного пошатываясь.
Фиона ждала долго, пока солнце не оказалось у вершины камня.
–
И медленно, не оглядываясь, пошла вниз по склону.
Глава 34
Лаллиброх
Коня звали Брут; к счастью, это не описывало его характер. Он был работягой, он был сильным и верным – даже если не верным, то, по крайней мере, покорным. Он нес ее через летнюю зелень пологих долин и горных ущелий, поднимаясь все выше по хорошим дорогам, проложенным английским генералом Уэйдом лет пятьдесят тому назад, и плохим дорогам, проложенным после его отставки, преодолевая колючие заросли и забираясь все выше к местам, где дороги превращались в оленьи тропинки, пролегающие через болота.
Брианна отпустила поводья, давая Бруту отдохнуть от последнего подъема, и обвела взглядом раскинувшуюся внизу долину. Большой белый дом, выложенный серым камнем, уютно пристроился посреди бледно-зеленых полей овса и ячменя; обнесенный стеной огород и многочисленные хозяйственные постройки гнездились рядом, словно цыплята вокруг большой белой курицы.
Брианна никогда не видела его раньше, только слышала описания Лаллиброха от матери. Это был единственный большой дом на много миль вокруг; за последние три дня пути ей не встречалось другого жилья, лишь крошечные фермерские домишки со стенами из мелкого речного камня, причем многие из них стояли пустыми и покосившимися, а от некоторых вообще осталось одно пепелище.
Из трубы поднимался дым. Был почти полдень; возможно, в доме обедали.
Брианна судорожно сглотнула, во рту пересохло от волнения и тревоги. Кто там внутри? Кого она встретит в первую очередь? Иэна? Дженни? И как они отреагируют на ее появление?
Она решила просто сказать правду, кто она и что здесь делает. Мать говорила, что Брианна очень похожа на отца; ей придется рассчитывать на это сходство. Шотландцы, с которыми она встречалась до сих пор, настороженно относились к ее внешности и странной речи; возможно, Мюрреи не поверят. Потом Брианна вспомнила о доказательстве и ощупала карман пальто. Они поверят; в конце концов, ей есть, чем подтвердить свои слова.
От неожиданной мысли засосало под ложечкой. А может, сейчас здесь они? Джейми Фрейзер и ее мать? Раньше эта мысль не приходила ей в голову. Брианна была уверена, что они в Америке, но ведь это не обязательно так. Да, в 1776 году они были в Америке, однако о том, где они теперь, никакой информации не было.
Брут вскинул голову и громко заржал. Позади раздалось ответное ржание, и Брианна дернула поводья, развернув коня. Он вытянул голову и принюхался – на повороте показалась красивая гнедая лошадь, верхом сидел высокий мужчина в коричневом костюме.
Мужчина заметил их и придержал лошадь, затем пришпорил ее и подъехал к Брианне. Она успела рассмотреть, что наездник молод. Его лицо было покрыто загаром, заметным, несмотря на шляпу; наверное, он много времени проводил на свежем воздухе. Подол пальто был измят, а чулки покрыты пылью и колючками.
Незнакомец подъезжал осторожно, кивнув, когда приблизился настолько, что можно было заговорить. Брианна заметила, как от неожиданности вытянулось его лицо, и улыбнулась.
Только теперь он понял, что Брианна – женщина. Мужская одежда никого не смогла бы обмануть вблизи; «мальчишеская» – последнее слово, которым можно описать ее фигуру. Впрочем, наряд служил достаточно хорошо – в нем удобно было ездить верхом, и, учитывая ее рост, издалека она выглядела как мужчина.
Незнакомец приподнял шляпу и поклонился ей. Он не был красавцем, но обладал приятной внешностью – волевое лицо с густыми, в данный момент удивленно приподнятыми бровями и ласковые карие глаза из-под пышной шапки темных блестящих кудрей.
– Мадам, я могу вам чем-то помочь?
Брианна сняла шляпу и улыбнулась.
– Надеюсь, это место называется Лаллиброх?
Незнакомец кивнул. К удивлению в его взгляде прибавилась настороженность, когда он услышал ее странный акцент.
– Верно. Вас привело сюда какое-то дело?
– Да, – твердо сказала она, – дело. – Брианна выпрямилась в седле и набрала воздуха в легкие. – Меня зовут Брианна… Фрейзер.
До чего странно было произносить это вслух; раньше она никогда себя так не называла.
Настороженность в его взгляде исчезла, но удивление осталось.
– К вашим услугам, мэм! Джейми Фрейзер Мюррей, – добавил он, учтиво поклонившись, – из Брох-Туараха.
– Юный Джейми, – пылко воскликнула Брианна, – вы – юный Джейми!
– В семье меня зовут именно так, – сухо сказал он, давая понять, что возражает против того, чтобы его так называла незнакомая чудаковатая женщина в немыслимых одеждах.
– Приятно познакомиться, – бесстрашно сказала Брианна и протянула руку, подавшись вперед. – Я – ваша кузина.
Брови юного Джейми, опустившиеся было во время обмена приветствиями, снова поползли вверх.
– Мой отец – Джейми Фрейзер, – сказала Брианна.
У него отвисла челюсть. Он оглядел ее с головы до ног, внимательно рассмотрел лицо, а затем широкая улыбка медленно расползлась от уха до уха по его собственному.
– Черт возьми, а ведь и правда! – воскликнул он и сжал ее ладонь так, что кости хрустнули. – Как две капли воды!
Джейми-младший рассмеялся, и его лицо, потеплев, преобразилось.
– Боже правый, – сказал он, – да у мамы глаза на лоб полезут!
На ветвях шиповника, разросшегося у двери, набухли сотни крошечных зеленых бутонов, готовых вот-вот распуститься. Брианна посмотрела на деревянную дощечку над дверью.
«Фрейзер, 1716» было выстругано на ней. Брианна слегка вздрогнула и задержалась.
– Что случилось, кузина? – Джейми-младший недоуменно обернулся.
– Все в порядке. – Она поспешила за ним, машинально пригнув голову у порога, хотя в этом не было необходимости.