Диана Фад – Разведена и брак не предлагать! (страница 2)

— А что ей делать? Детей нет, тем более ты же видела, как ее зацепило, что мы не приняли конверт, — пожимает плечами Изольда. — Подожди, почему-то мне кажется, что это дело так просто не закончится. Ты же слышала, что Любимый сказал про мужа этой Грачевой, попадет нам с тобой по самые орехи. Извини, что невольно втянула тебя в это дело, но ей явно нужна помощь мозгоправа.

— Брось извиняться, тут явно что-то не так, разберемся, — отмахиваюсь я и иду к лестнице, поднимаюсь в терапию, в свой кабинет.

— Мам, папа сказал, чтобы я тебе сказала, что он с тобой больше не разговаривает, — тараторит в трубку моя младшенькая, Анечка.

Звонок дочери застает меня буквально перед началом работы. Я готовлю кабинет к приему первой пациентки, закрываю шторы на панорамных окнах, включаю настольную лампу, кладу на специальное удобное кресло новый плед. Некоторым пациентам так проще расслабиться, когда в кабинете домашняя обстановка. На маленьком столике уже вазочка с милыми печеньками, конфетками, заварен свежий чай, заряжена кофемашина. В кабинете приятно пахнет расслабляющими благовониями, лавандой, иланг-илангом и мандарином. Запах едва заметный, но со своими функциями справляется.

— И с чего бы это твоему отцу со мной не разговаривать? Мы развелись пять лет назад, у него молодая жена, сынишка растет, а он все из детских ползунков не вышел. — недоумеваю я, слушая дочь.

— Вот и разбирайтесь сами, а мне на пару пора. Главное, я передала тебе папину просьбу, — фыркает Анютка и отключается.

Вздыхаю, но даже звонить своему бывшему не собираюсь. Знаю я его методы воздействия, чтобы привлечь к себе внимание. Все-таки почти двадцать лет вместе прожили, а манипулировать мной через дочь — пустая затея. Все его методы давно на мне испробованы, теперь бывший муж издевается над молодой женой, что любит его безумно. А я невольно стала соучастницей их разборок, точнее, подлила масла в огонь.

Глава 3

— Теперь принимаем позу и слушаем шуршание бабочек… — Голос инструктора доносится до меня как через туман, и я послушно заправляю одну ногу за ухо, а вторую… Так, где у меня еще одна нога?

Звонок через наушник заставляет меня вздрогнуть и включиться в реальность.

— Кики, как варить борщ? — Голос бывшего экс-мужа вызывает у меня одно желание поморщиться, но не оттого, что я не хочу его слышать, а потому что занята, вашу мать. Хотя и слышать его тоже не особо хочу. Он же сообщил нашей общей дочери, что не разговаривает со мной?! Как всегда, нажаловался, всех на уши поднял, а звонит все же мне сам.

— У меня йога, потом перезвоню, часика так… через неделю! — Хрипящим шепотом докладываю ему, получая косой взгляд инструктора.

— А я жрать хочу! — Тут же орет бывший. — Это всё ты виновата, что из-за твоих сеансов моя жена уехала на Мальдивы, забрала нашего ребенка и недоступна.

— Ах, я еще и виновата? — Возмущаюсь я. — Ты довел свою Лику до нервного срыва. Хорошо, что мы развелись и я от тебя сбежала. А то в психушке бы уже загорала, а не на Мальдивах.

— Это кто еще от кого сбежал! — Тут же переводит стрелки бывший. — Я всегда был у тебя на втором плане, на первом эти дурацкие твои увлечения. То йога, то пилатес, я уже не говорю о Камасутре!

— Ну последнее, предположим, тебе нравилось, — Усмехаюсь я.

— Так что с борщом-то? — делая короткую паузу, хмыкает бывший.

— Закажи доставку.

— Не могу, там не вкусно.

— Михайловский, мы развелись пять лет назад, а ты до сих пор не удалил мой номер? — Начинаю заводиться я.

— У нас общие дети, ты забыла? — Тут же снова заводится бывший.

— Забудешь тут, — Взгляд инструктора уже не отпускает меня, и я понимаю, что сейчас меня выгонят с занятий. — Всё, перезвоню, как освобожусь.

Отключаю наушник и вытаскиваю из ушей, кладу под коврик. Бывший сейчас будет названивать как помешанный. И точно, когда выхожу из здания фитнеса, на телефоне уже двадцать три пропущенных от бывшего и несколько гневных голосовых. Усмехаюсь, завожу машину и выезжаю с парковки. Набираю новую жену Михайловского, что на пятнадцать лет моложе его.

— О, Кики, привет! — тут же отзывается Лика.

Едва не релаксирую, слыша шум прибоя на заднем фоне.

— Мне тут Миша названивает, но я, как ты и посоветовала, не беру трубку.

— Правильно, пусть немного поскучает, — поворачиваю на светофоре, выезжая на МКАД. — У него проблема, он борщ хочет.

— Какой борщ, Кики? — пугается Лика. — У него морозилка забита мантами, пельменями и котлетами. Я как проклятая лепила их до посинения, чуть на самолет не опоздала.

— А он борщ захотел, — смеюсь я в ответ.

— Да там закруток полно, бульон сварил и вывалил баночку. Вкусно и быстро, — беспокоится нынешняя жена моего бывшего. — Я сейчас ему позвоню и скажу всё.

— Даже не вздумай, это я тебе как психотерапевт говорю. Ты и так уже на грани нервного срыва со своей заботой, пусть немного побесится. Или мы зря тебя лечим? Забыла, как рыдала у меня в кабинете, что не можешь больше жить с таким рабовладельцем?

— Не забыла, но он же такой неприспособленный у меня, — хнычет Лика. — У него желудок больной.

— С каких это пор у него больной желудок? — возмущаюсь я.

— Говорит, на нервной почве язва вылезла после жизни с тобой, — тут же радостно сообщает Лика, а я чертыхаюсь. Вот же скотина какая, язва у него!

— Ничего у него нет, не выдумывай. Миша любит на жалость давить.

— Ага, я поняла. Ты такая умная, Кики, а я вот дурочка, дурочка, — жалуется мне Лика.

— Ты просто другая, — сочувственно произношу я. Жить с моим бывшим мужем только святая может. — Ну всё, отдыхай, у тебя еще неделя. За это время не помрет твой благоверный.

— Точно?

Уверяю Лику, что ничего с ее мужем не случится, и отключаю телефон, заезжаю на подземную стоянку, паркуюсь. Цокая каблучками, иду к лифтам, киваю новому охраннику, который работает тут уже неделю. Парень явно мной заинтересован, вон как провожает приторным взглядом. Но это не в моем статусе, я не такая. После развода с мужем я стала слишком придирчиво относиться к мужчинам. Абы кто в мою постель попасть не мог. Мои подруги даже ставки делали, сколько продержится рядом со мной очередной кавалер. Мне было трудно угодить, да. А всё потому, что я не искала длительных отношений. Замуж мне не нужно, дети взрослые, живу в свое удовольствие и как хочу.

У двери в квартиру, пока роюсь в сумочке, чтобы найти ключи, снова названивает бывший, что б его.

— Чего тебе? — отвечаю, открывая дверь и входя в квартиру.

— Ты как была стервой, так и осталась. Черствая, сухая, бездушная, самовлюбленная… — выдает экс супруг, исчерпав все свое красноречие. — Неужели так трудно было подсказать?

— Ты только ради этого названивал мне два часа?

— Кики, я к тебе обратился первый и последний раз в жизни, — пафосно заявляет Миша и кидает трубку.

— Истеричка, — делаю я вывод и наконец снимаю сапоги на высокой шпильке с облегченным вздохом.

Сажусь прямо в шубе из белой норки на пуфик в прихожей и, подперев подбородок руками, вспоминаю, как докатилась до такой жизни. Почему я до сих пор общаюсь с экс мужем и теперь его женой? Почему мои дети называют Лику новой мамой, а маленького брата принимают как родного? Потому что это я, познакомьтесь, Кики, а по-простому Кристина Ильинична Кирсанова. Сокращенно Кики.

Глава 4

— Мам, а что у тебя ничего нет пожрать? — голос сына доносится до меня сквозь сон, и я перекатываюсь на спину, стягивая повязку для глаз на лоб.

— Сколько раз говорила, не пожрать, а кушать, — полусонно заявляю я, а сын появляется на пороге моей спальни. — И вообще, врываться в комнату к одинокой женщине по утрам моветон. И в мой дом с самого утра, чтобы поесть, не совсем хорошая идея. Ты же знаешь, что я на правильном питании.

— А я нет, и, кстати, кушать — это когда кофе с бутербродом, а пожрать — это кусок мяса и картошка. И вообще ты, моя мать, просто обязана встречать сына на пороге с пирогами и пельменями самолепными, — плюхается рядом со мной на двуспальную кровать сын и поворачивается на бок, с улыбкой смотрит на меня.

— С чего бы это? — удивленно поднимаю брови. — Ты сам захотел жить отдельно и питаться тоже. И нужно предупреждать о своих визитах, я бы приготовила. А насчет пирожков это к бабушке, тут она специалист.

— А кого ты здесь прячешь, одинокая женщина? Ау! Мужчина, выходи!

— Дурачок! — усмехаюсь я и шлепаю его ладошкой по лбу. –

Артем, у твоей матери никогда не будет личной жизни, если ты вот так вваливаешься ко мне на завтрак в любое время.

— Да и ладно, на фига мне твоя личная жизнь? — удивляется Артем. — Ты уж сама как-нибудь, а я пришел в гости.

— Что, в твоей квартире все запасы кончились или готовить лень? — догадываюсь я, проводя по волосам сына, смахивая легкие кудряшки со лба.

Артем у нас вымахал почти под два метра, и родила я его между вторым и третьим курсом. Проходила с пузом до самых родов, сдавая зачеты и экзамены. Хорошо, что мне активно помогали бабушки, особенно моя мама, которая считала, что я должна доучиться, хотя Михайловский и был против. Хотел, чтобы я, как его обожаемая Лика, сидела дома и нянчила наших детей.

Сын умный, учится на программиста, уже создал несколько программ, что принесли ему вполне приличные деньги. Подростком был, стриг свой кудрявый чуб почти налысо, а потом появилась первая любовь и сказала, что балдеет от кудрявых парней. С тех пор так и ходит, затылок стриженный, а по бокам длинные пряди, которым позавидовала бы любая женщина.