Диана Белая – Отец монстр (страница 6)
– Говори, если тебя кто-то обижает в школе. Я сам лично туда приеду и со всеми разберусь. Никто не смеет поднимать руку на моего любимого внучка. И вообще тебе нужно научится элементарным навыком самообороны Даш. Вот скажи куда нужно атаковать человека напавшего на тебя?
– В живот?
– В колени. Коленные чашечки самое слабое место у людей. Один удар и твой противник навсегда останется хромым инвалидом. Но, если в колени невозможно попасть , то пальцами(указательным и среднем) суй ему прямо в нос и со всей силы тяни на себя. Как порвешь ему крылья носа , уже никто не сможет после такого дратся…
Дедушка Савелий иногда говорил довольно пугающие вещи. Но, я человек безобидный- считайте что отношусь к классу травоядных животных которые единственное, что умеют это убегать. Да если честно и с бегом у меня большие проблемы. Дыхалки совершенно нет. Пять минут бегу дистанцию, тридцать пять минут валяюсь на земле и судорожно пытаюсь не впасть в кому от нехватки кислорода в своих легких. И с ростом мне не особо повезло. Метр шестьдесят мой предел. Видно плохо в детстве кушала геркулесовой каши и питались одними только вредностями. Но, меня это уже давным давно не печалит. Да и к своей внешности я претензий не имею. Как-то смогла притирется с собой и найти даже хоть что-то положительное в своей открытой улыбке и ямочке на щеке.
Если честно работа моего отца проходила как-то всегда мимо меня. У нас с ним не было настолько доверительных отношений, чтоб он со мной делился всем тем, что делал. О его делах я могла узнавать подслушивая отрывки с их матерью разговоров и части реплик когда он разговаривал в ванной комнате по своему сотовому телефону. Отец считал всегда меня глуповатой- и не скрывал этого. Он часто обидно шутил надо мной, не стесняясь подсмеивался над моей внешностью, одеждой, манерами и т.д Во мне он всегда видел сплошные недостатки, несмотря на то, что сам ушел не далеко от болотного монстра только что вылезшего из торфяника(простите но его внешность никак нельзя назвать по -другому и это я еще мягко выразилась назвав его монстром).
Вот неспроста говорят что чем не симпатичнее человек, тем не красивее его душа. Отец отлично соответствовал этому высказыванию. Его внешность стала меняться сразу же, как только он вновь принялся разводить людей на деньги. Лицо стало сильно опухшим, глаза щелки, пальцы похожи на толстые сарделины перевязанные сеточкой , живот сильно стал выпирать вперед да и походкой как говорит мой дядя он стал напоминать "пожирневшую утку". Позже дяде мне скажет, что помнил как мой отец в молодости ходил так быстро, что тот не мог никак поспеть за ним и быстро уставал, но отцу всегда было хоть бы что.
В молодости он занимался борьбой. Точно не помню какой, но вроде бы самбой. Особых достижений не достиг, раз я не видела дома его наград , с медалями и прочими достижениями. Да и позже все его спортивные заслуги канут в небытие будучи погребенными под толстым слоем из лжи и пыли. Также мой отец отлично рисовал пейзажи (в основном срисовывал, но кто же так не делал , а ?) каменной крошкой, делая картины объемными и по особенному волшебными. Мне в детстве нравилось наблюдать за его работой. Нравилось смотреть как он смешивает краски на пластмассовой крышечки из под красок подбирая нужные оттенки , а затем смотреть как он смешно нахмурив лоб пытается сосредоточится на своем очередным творением. В моей детской спальне висели на стенах ни одно его "произведение исскуства". Честно говоря когда я видела отца таким, то гордилась им.
Я почему-то думала что ему суждено стать либо всенародным писателем, либо художником, ведь за что бы он не брался выходило у него всегда замечательно, но почему-то его жизнь дала крутой поворот и он стал обычным третьесортным мошенником.
Как много мы возлагаем ожиданий на тех людей которые их обычно не оправдывают. Как много же мы ставим на тех, которые не стоили ни единной фишки из нашей ставки…
С отцом и с матерью мы часто в детстве гуляли пешком. Особенно мне нравились путешествия по городу на улицах которого правила злющая метель срывающая с голов нахлобученные шамки и пробирающаяся под одежду вызывая дикий холод во всех твоих конечностях.
– Неужели вам так нравится ходить в такую погоду в магазины? Мы же могли зайти в ближайший супермаркет, а не тащится пешком за тридевять земель лишь бы утолить вашу жажду в приключениях! – беззлобно выкрикивал мой отец сквозь бушующий буран и свистящий ветер. – Если вы хотели покончить жизнь самоубийством, то есть и более приятные для этого способы.
– О, так может ты нас посвятишь в эти способы? Нам нужны подробности! – мама смешно подмигивала мне утопая в гигантском слое снега и еле еле переставляя свои уставшие ноги.
– Если мы сегодня выживем, то я жизнью клянусь что с вами больше никуда не пойду. Вы просто обе безумны.
– Если ты с нами не будешь никуда ходить, то я буду на тебя целый день кричать, пока тебе это самому не надоест и ты не побежишь прочь из дома.
– Так я от тебя и прямо сейчас убежать могу!
– А, убеги!
– Ну и пожалуйста! Все равно не догоните!
И он вправду бежит. Вот я даже сейчас вижу перед собой его широкую спину исчезающую в буране со стремительной скоростью, я вижу что он просто хочет позлить маму и у него такая манипуляция совсем не проходит. Погони нет. А нет погони, нет и азарта. Вскоре отец замедляется и ждет нас ворча про себя о том, что он наверняка отморозил себе все ноги.
В такие жизненные периоды я была чуть ли не самым счастливым человеком на этой планете. Мне казалось что для нас будущее готовит только хорошие моменты и что все , всегда для нас будет хорошо. Ну, дурой была что со мной поделать, верила в сказки и читали книги где что ни слово, то сплошная выдумка автора.
Сейчас я уже не такой человек, каким была раньше. Ао мне что-то надломилось. Я буквально своими ушами слышала этот громкий скрежет внутри себя, словно кто-то вынул из меня душу и провел по ней острым как бритва когтями навсегда меняя ее структуру и делая из меня человека который уже не способен ни во что верить. Чернота поселилась где-то в глубине моей души и я не понимаю как ее изгнать из себя.
Если честно я стала забывать голос своего отца. Вот голос своего горячо любимого дедушки Савелия я помню до сих пор, но отцовский…каким он был? Высоким или низким? Громким или слишком тихим? Наверняка для меня когда-то был родным и особенным, но теперь когда все рухнуло я ничего не могу сказать о нем положительного. Его голос стал точно змеиный шепот науськивающий подписать ненужные для меня документы, а затем уничтожить как и предыдущих наивных людей которые были еще до меня.
Раньше я обожала новый год. Это был моим любимым семейным праздником, где сбывались самые сокровенные мечты. Новый год когда отец сидел в тюрьме не был радужным, но мама всегда старалась дарить для меня игрушки которые я просила в письме у деда Мороза. Помню карнавальные маски, резиновых зверей, книги и прочее…помню даже как-то она подарила мне огромное шоколадное яйцо с мягкой игрушкой внутри от которой сладко тянуло молочным жиром.
– Прости что не смогла больше ничего тебе подарить.
– Ты шутишь? Это самый лучший подарок в моей жизни!– сказала я крепко обнимая маму и искренне целуя ее.
– Ты счастлива?
– Конечно да!
Папа в тот новый год еще не вышел из тюрьмы и пока что находился под надзором правоохранительных органов , а значит не мог совершать противоправные действия на которые у него буквально будут чесаться потом руки. Сейчас бы мне хотелось чтоб он просто напросто никогда оттуда не выходил. Чтоб он исчез точно вспышка на небе – раз! И все! Может тогда бы мы могли стать наконец-то счастливыми.
Но, для мамы он к сожалению значил очень многое. Их связывали общие воспоминания, они вместе шутили ( в основном отец всегда злобно подшучивал над матерью, а не она над ним) , вместе спали да и вообще казалось обладают наивысшей к друг другу симпатией недоступной для обычного гражданина. Но, к сожалению все это нам только и казалось. Отец ничего этого не ценил. Не ценил то как моя мать не предала его когда он сел в тюрьму и дождалась, не ценил как сильно она переживает за него , не ценил ее любви вообщем…
Да и честно говоря – наверняка и не любил. Если любишь то не предаешь. Это я уж точно знаю. За маму мне больнее вдвойне, потому что она самый замечательный на свете человек из всех которого я знаю. Всегда приходит к тем, у кого сложная жизненная ситуация, всегда протягивает руку помощи оказавшимся в беде , да и преданная точно пес Хатико ожидающий своего хозяина под дождем…Но простая, точно валенок(прости мам!). И в этом ее трагедия. Она не видит когда к ней относятся плохо, не замечает когда ей лгут прямо в лицо и верить каждому сказанному слову. Живет только по понятным лишь ей принципам , неизвестным ранее никому. Мне ее искренне жаль. Но, что я могу сделать против жестокости отца? Не могу же я насильно заставить его любить нас ? Не могу его заковать наручниками в подвале и кормить из металлической миски точно пса лишь бы он оставался с нами и больше никогда не исчезал? Если наша любовь для него ничего не значила, то тут я умываю руки и ухожу вдаль. Тут российская конституция бессильна.