Диана Андерсон – Номер Один (страница 12)
Черт.
— Ты не в себе, — отмахнулся я, шокированный ее заявлением. Даже если это и было правдой, я не собирался признаваться ей. Ни сейчас, ни когда-либо еще.
— Я тебе нравлюсь, — улыбнулась она. — И ты ревнуешь…
— Уйди, — мой голос понизился до предательски позорно-низкого тона.
Мы неотрывно смотрели друг на друга несколько секунд, и я заметил, как ее большие голубые глаза постепенно стали менять цвет.
— Я не ревную, — стараясь не выдать своего состояния, пробубнил я, отворачиваясь. Кристина хихикнула.
В ладонях покалывало, кажется они вообще болтались где-то, будто отцепились от тела. Мое тело стало практически каменным, а в толстовке стало невыносимо жарко. Я сглотнул.
— Просто признай это, — прошептала она, приближаясь к моему лицу. Тина полностью контролировала мое тело, нагло прижимаясь ко мне. Я все еще смотрел в сторону. Катастрофически не хватало воздуха.
— Я не ревную, — мой голос был едва похож на писк. Я прочистил горло. — Мне не нравятся такие легкодоступные и несерьезные девицы…
Я сказал это, чтобы скорее всего убедить самого себя, нежели ее в праведности моих слов. Мое каменное тело горело под натиском Тины, которая то и дело все время ерзала на мне, специально дразня. Она провела ладонью по моему плечу, медленно спуская ее ниже, а затем коснулась запотевшей ладони. Каждое ее прикосновение даже через одежду ударяло током. Затем она обняла меня за плечи, и стала передвигать руки выше, касаясь шеи, словно издевалась над моим и без того измученным состоянием. Я хотел прогнать ее, снять с себя, выставить из комнаты, но все мои желания потерпели фиаско.
— Прекрати, пожалуйста, — хрипло прошептал я, когда ее ладони коснулись моей шеи.
— Ты девственник? — неожиданно спросила она, касаясь моего лица.
Я замер. Меня ударило разрядом тока, ведь я меньше всего ожидал такого вопроса. Она слегка отодвинулась, благодаря чему я кажется смог сделать вдох.
— Нет, а ты? — ответил я уже более размеренным тоном. Тина ухмыльнулась и снова нависла надо мной.
— Ты врешь, — протянула она. — Ты девственник, — девушка схватила меня за бедро, будто пыталась выжать из меня нужный ей ответ. Я пробормотал что-то нечленораздельное. — Спорим, ты даже не целовался никогда, — придвинувшись к моим губам, прошептала она голосом с хрипотцой. Я отвернулся. Как же мне хотелось прервать это безумие, но я сам прижимался к ней сильнее. Бессовестная нахалка обезоружила меня.
— Посмотри же на меня, — прошептала Кристина, развернув мое лицо к себе. — Поцелуй меня, — тихо добавила она.
Что-то щелкнуло в моем мозгу после ее слов и под напором бешенного желания я потянулся к ней и прикоснулся к ее губам. Мы резко отпрянули друг друга, а затем Тина снова приблизилась ко мне, запустила пальцы в мои волосы и жадно впилась в мои губы. Ошеломленный происходящим, я вздрогнул и притянул желанное тело к себе, обнимая Тину за талию. От нее исходил какой-то приятный цветочный аромат. Мои руки были везде на ее теле, я провел ладонями по ее спине, запуская их под ее короткий топ, касаясь ее нежной кожи, прикосновения к которой били меня током. Я усадил Тину на письменный стол, не разрывая наш восхитительный поцелуй и крепко обнял за талию. Мне было абсолютно безразлично, что на столе были какие-то тетради и что-то еще. Ее руки так же блуждали по моему телу, я ощущал их тепло даже через ткань моей толстовки, а затем Тина разорвала поцелуй, чтобы прикоснуться губами к моей шее. В этот момент я застонал. Я набрал в легкие воздуха и снова притянул девушку к себе, схватив ее за бедра через юбку. Ее кожа была такой нежной, и чертовски горячей, а губы такими мягкими и податливыми, что я думал, что сойду с ума от происходящего. И что это нужно было немедленно заканчивать. Тина постанывала, припадая к моим губам, как раз в тот момент, когда в дверь постучали. Мы оторвались друг от друга сразу же, девушка посмотрела на меня, а затем опустив голову слезла со стола и поправила подолы юбки. В дверях появилась моя мама с тарелкой печенья.
— Я не отвлекла вас? — улыбнулась она. Я едва сдержал смех от двусмысленности ее вопроса. Иронично, но вряд ли нам сейчас было до смеха. Тина стояла рядом, не глядя на меня, так, что я даже не видел ее лица. — Вы странно выглядите.
О да, еще как странно. Как же хорошо, что она зашла только после стука, не увидев того, что было здесь минуту назад.
— У нас был спор, — странным тоном ответила Тина. — По поводу проекта, — добавила она уже своим привычным голосом. Я кивнул маме в знак согласия.
Нависло неловкое молчание.
— Простите, я уже пойду домой, — Тина быстро собрала свои вещи и не попрощавшись направилась прочь из комнаты.
— Я провожу, — я пошел следом, оставляя маму в своей комнате.
— Не нужно, — Кристина быстрым шагом спустилась по лестнице, не оборачиваясь.
Растерянный я вернулся к себе в комнату. Уже вечерело, воздух и все вокруг постепенно начинало охлаждаться. Я не спустился к ужину сославшись на недомогание и весь вечер проторчал в своей комнате, размышляя о том, что произошло с Тиной. Открыв окно, я лег на кровать и стал пялиться в потолок. Я все думал о ней, о нашем разговоре, о вкусе ее нежных губ и о том, как я чувствовал себя рядом с ней. В теле разливалось приятное чувство. Я коснулся пальцами своих губ: после поцелуя еще приятно покалывало. Я не знал, как себя вести, но поговорить о произошедшем нам с ней стоило. Внезапное осознание подняло меня с кровати, я подошел к шкафу и улыбнулся.
Я все еще не вернул ей ее куртку.
Глава 4
Кристина
На ватных ногах я буквально доползла до своего дома. На самом деле я даже не помнила, как вообще дошла до дома. Было немного зябко, уже в своей комнате я поняла, что на мне не было ветровки и несмотря на климат, приближение октября уже давало о себе понемногу знать. Меня знобило, я обняла себя руками, согнула ноги в коленях и в таком состоянии просидела на кровати по моим ощущениям целую вечность. Было совсем темно, когда я стала приходить в себя и наконец огляделась вокруг. Что это вообще было такое?
Я не понимала, что на меня нашло и какого черта я поцеловала этого парня. Брэндона. Пора было называть его по имени чаще, чем я делала это обычно, ведь он занял слишком много места в моих мыслях. Я коснулась пальцами своих горящих огнем губ.
Глубоко выдохнув, я постаралась расслабиться и дать волю своим ноющим мышцам. Напряжение по телу отдавало частыми покалываниями, ни думая больше ни секунды я ринулась в ванную комнату, чтобы постоять под холодной водой. Нужно было смыть с себя сегодняшний, до безумия странный день.
Прохладные капли струились по плечам. Я сделала напор посильнее, для того чтобы полностью погрузиться под воду. Подняв голову, я закрыла глаза, чтобы поддаться струям воды, приятно щекочущим мою накаленную до предела кожу.
Брэндон точно запал на меня. Только вот если в первое время у меня были сомнения, то этот поцелуй выдал его практически с потрохами. То есть, конечно в глубине души я знала, что нравлюсь ему, ведь подобное очевидно. Всем ботаникам-задротам так или иначе нравятся такие девушки как мы. Даже если эти ботаники-задроты определенно привлекательны.
Я стояла под водой минут десять, хотя по ощущениям было будто несколько часов, отчего меня понемногу стало трясти от холода. Сквозь воду на коже были заметны мурашки, я обняла себя за плечи и выключив напор, наконец вышла из душа. Схватив с крючка пушистый халат, я быстро оделась, а затем протерла ладонью зеркало в отражении которого было мое раскрасневшееся и совершенно потерянное лицо. Учитывая низкую температуру воды, это не могло быть физической реакцией организма, ведь под водой я даже замерзла. Постепенно щеки стали снова гореть, а сердцебиение участилось так же, как и несколькими минутами ранее, до того, как я отмокала под водой.
Я стояла в ванной и глядя на себя в зеркало думала лишь об одном. О том, что ощущала личную победу над ним. Да, пора было признаться самой себе в том, что я ощущала личную победу над, как мне казалось, недосягаемым парнем. Меня всегда раздражало то, как надменно он вел себя на уроках и что смотрел на меня как на дуру. Теперь же я на все сто процентов была уверена в том, что нравилась ему.
В то же время и со мной происходило что-то странное. Я вернулась к себе в комнату, включила настольный светильник и села на кровать. Помимо победы я ощущала некую привязанность к этому парню. Тепло разливалось по моим венам при мысли об этом симпатичном паршивце. Он действительно был очень красивым и этого было у него не отнять.
Черт возьми, я сильно сомневалась, что кто-то смог бы поцеловать меня лучше, чем он. Я покачала головой, стараясь прогнать эти мысли, сворачивающие мои внутренности в тугой узел. Не получалось. Его губы были такими мягкими и горячими, отчего я до сих пор чувствовала на себе этот жар. Его губы, так умело целующие мои, будто для него это было далеко не в первый раз, особенно тогда, как его руки касались меня. Я ощутила нарастающую в себе ревность. О господи, это было верхом сумасшествия.
С виду он действительно был таким спокойным…
Боже. Какого черта я вообще в это полезла? Кому и что я хотела в итоге доказать? Одержала победу над местным заучкой — пожалуйста. Зачем я вообще это сделала? Даже если он и был мне симпатичен, я не могла испортить себе выпускной год. Роман с Брэндоном Хартером явно не входил в мои планы.