Диана Адамова – Легенда о Хранителях. Расставание (страница 2)

– Сумеречный конь? – Артём провёл ладонью по серебристой гриве. – Не знаю. Он сам пришёл. Уже давно.

Ветер знал, насколько он необычен и хорош. Артём склонился к уху коня и ласково похвалил его.

– Куда ещё хочешь отправиться? – спросил он у меня.

Я пожала плечами. Сейчас мои мысли больше занимал сам факт, что я не просто верхом на коне, а на волшебном коне, перенёсшем меня за несколько тысяч километров от Ростова.

– Что ж… Тогда можно отправиться в Сыктывкар.

Парень снова дал команду Ветру и стегнул его поводьями. Мы синхронно пригнулись.

Тысячи километров пути пролетели за одно мгновение. Горы сменялись реками, равнины – лесами. Звёзды на небе проложили светящиеся кривые дорожки. Серебристый Ветер преодолевал реки, отталкиваясь ото льда, и оставлял позади трещины.

– А-а-а-а-а! – закричала я, поддавшись порыву.

Но не услышала себя. Мы мчались с такой скоростью, что ветер звенел в ушах. Сумасшедшая прогулка. Артём накрыл мои руки своей ладонью, и я почувствовала вибрацию его тела. Он смеялся, а я зажмурилась от удовольствия. Ветер нёс нас, и я просто не могла не мечтать о нашем с Артёмом будущем.

Ветер стал замедляться и вскоре остановился. Я знала это место – языческая роща.

– Почему ты здесь остановился? – уточнила я.

Рядом с этим местом мне всегда становилось не по себе.

– Это не я. Ветер?

Конь лягнул копытом снег, махнул головой тройку раз, будто приветствуя кого-то.

– Это Корткерос, – пояснила я. Так мы с друзьями коротко называли это место.

– Я знаю. Эти места просто пропитаны мистикой, – произнёс Артём, оглядываясь по сторонам. – Там, – он указал рукой в сторону на пролесок, за которым просматривалось каменное плато, – одно из мест силы с очень тяжёлой энергетикой. Интересно, сколько у вас Хранителей в Коми? Было бы любопытно с кем-нибудь пообщаться.

– Мне здесь всегда будто тяжелее дышалось.

– Ты была тут прежде? – удивился Артём.

– Пару раз. С друзьями ездили. Они всё норовили тут походить.

– Ладно, едем.

В этот раз Ветер в мгновение ока переместил нас к Сыктывкару.

– Тпр-р, – Артём натянул повод, останавливая коня.

Он не хотел заезжать в город, чтобы не привлекать внимания. Мы остановились посреди снежного поля с южной стороны города. Я расслабила руки, подтянула перчатки и поправила шапку.

– Здесь я прожила почти восемнадцать лет. Когда мама меня удочерила, сразу перевезла сюда.

– Достаточно тихое место.

– Север мало кого притягивает. Большинство стремится отсюда уехать. Даже мама вон не выдержала.

Я сразу вспомнила её горящие глаза, когда она рассказывала о предложении переехать в Ростов. Вряд ли у неё раньше не было такой возможности, но что-то сподвигло её согласиться на предложение. Как позже оказалось, Дагунцева-старшего – это его рук дело.

– Люди переезжают, а их энергия всё еще питает эти места. По нитям добирается до сюда. Живёт здесь, в их домах, любимых местах. И на неё приходят те, кто не смог уйти в иной мир или кого он не принял. А после находят нить, ведущую к более сильной энергии, и уходят по ней туда.

Артём тряхнул головой пару раз, будто избавляясь от какой-то навязчивой мысли, и я нахмурилась. По ногам медленно расползался холод.

О чём он говорил? Кто сюда приходит?

– Что-то мне не по себе здесь от твоих рассказов.

Я что, всё время жила рядом… с кем-то из иного мира?

– Придумала, где ещё хочешь побывать? – сменил тему он.

– Да… Меня же удочерили. Хочу посмотреть на тот дом малютки.

– Ты знаешь, где он?

– В Уфе.

– Ветер, ты слышал? Нам в Уфу. Лети!

Следующей нашей остановкой стал двухэтажный дом старой постройки из белого кирпича. Я не помнила этого места, никогда не была здесь прежде. Только видела однажды у мамы на старом фотоснимке.

В груди защемило, а на глаза навернулись слёзы.

В некоторых окнах горел свет. Боже, там же и сейчас есть малыши! Внутри появился какой-то внезапный порыв защитить детей. А ещё им наверняка понравился бы конь. Не таким малышам, конечно, за которыми ухаживают здесь, но деткам постарше – точно.

Наконец я позволила нам задержаться здесь и слезть с Ветра. Первой это пришлось делать мне: я неуклюже спрыгнула, покачнулась на нетвердых ногах, но удержалась. Голова немного кружилась после столь стремительной и необычной проездки, а ноги дрожали.

Я огляделась: дом находился на окраине города. От ближайших домов его отделяла парковая аллея, и деревья удачно скрывали нас.

Я не знала, что хотела почувствовать. Вероятно, какую-то принадлежность к этому месту. Понять, как оказалась здесь и почему. Я никогда не спрашивала маму, почему она выбрала именно меня.

Конь изредка переступал с ноги на ногу. Я погладила его – блестящая шерсть приятно пощекотала ладонь. Склонила голову к горячему упругому телу и медленно вздохнула.

– Научишь меня ездить? – повернулась я к Артёму.

Парень не сразу оторвал взгляд от заснеженной дорожки: он о чём-то сосредоточенно думал.

– Сможешь сесть сама – научу. – На мгновение на его губах снова появилась улыбка, но выглядел он всё равно смурным.

Я прищурилась и приняла вызов. Подняла ногу и вставила в стремя. Ухватилась за седло спереди и сзади и, подтянувшись на руках и слегка охнув, перекинула ногу через спину коня. Ничего себе! Даже я от себя не ожидала, что получится!

– Теперь ты мне должен! – радостно воскликнула я.

Артём покивал несколько раз, но будто своим мыслям.

– Раз обещал. Я держу своё слово.

Он принялся объяснять, как управлять Ветром. Я ощутила, как перекатываются подо мной упругие сильные мышцы, когда чуть сжала покатые бока Ветра, и он послушно сдвинулся с места. Артём повёл его по дорожке к детскому дому. Ветер неторопливо вышагивал, демонстрируя своё изящество. Конь был бесподобен!

– Какой он породы? Он крупнее обычных лошадей.

– Для поло выбирают аргентинских или ахалтекинцев. Они смелые, гибкие, выносливые. А этот тяжеловес.

Пока он рассказывал про лошадей, мы сделали круг вокруг детского дома.

Перед тем как поменяться с Артёмом местами, я ласково погладила коня по густой гриве. Перекинула обратно ногу и сползла вниз, подпрыгивая на ней, потому что не вытащила вовремя из стремени вторую. До грации Артёма, а тем более самого коня, мне ещё далеко.

Я повернулась и оказалась лицом к лицу с Артёмом. Положила ладони на его часто вздымающуюся грудь, взгляд скользнул на губы.

Я хотела его поцеловать, ведь это так романтично! Прогулка на лошади, мы наедине в другом городе – настоящее свидание. Артём склонился и прикоснулся лбом к моему, заглядывая в глаза. Было слишком темно, чтобы я могла в них что-то разглядеть. Секунда, две. Парень прикрыл глаза и, едва касаясь губами, поцеловал меня в лоб. А после отстранился и отошёл, будто не замечая моего порыва. Поправил повод, погладил лоснящийся нос Ветра.

На меня он больше не смотрел.

– Поехали, – с суровой решимостью сказал Артём и взобрался верхом на коня.

Я села позади него, сцепила руки замком и уткнулась лбом Артёму в спину между лопаток.

Несколько мгновений он не двигался, а может больше, потому что мне вдруг стало очень холодно и одиноко, как будто Артёма и не было рядом, но исходящий от коня жар согревал меня.

Вскоре Артём наклонился телом вперёд и припустил коня.

Ветер нёс нас вперёд. Я не знала куда. В этот раз Артём не спросил. Снег и дождь встречались нам по пути, заставляя пригнуть головы ещё ниже. Волосы путались, щёки румянились от обжигающего ветра, а в груди нервно заходилось сердце. Я не могла найти объяснения его поведению, но решила не приставать, дать ему время.

Мы остановились на знакомом холме; внизу ровной полосой стояли тёмные деревья.