Ди Sel Элеа – Луноликая (страница 24)

   После подтянулись другие ребята, пожимая руку Тимофею, о чём-то переговариваясь. В этот раз Тим даже представил остальным членам группы. Фронтмен не был даже эпатажным, что в корне меняло моё представление о рок-группах. Волосы тёмно-русого цвета едва достигали плеч. Его улыбка напоминала чеширского кота, а глаза, наверное, заставили многих девушек повздыхать. Тёмно-карие, обрамлённые длинными, чёрными ресницами, немного подведены до состояния Джека Воробья. Капитана Джека Воробья. В общем, глаза приковывали и манили. Но это всё меркло, когда этот человек открывал рот. В плане поёт он очень круто. Даже меня, профана, пробрало. Одет же певун был в чёрную майку, поверх которой была такая модная клетчатая рубашка с красно-черными квадратами, брюки карго, чёрные кроссы. Его образ довершало пара кулонов на шее, и красная нить на левом запястье. Заметила, когда сей фрукт, вместо того, чтобы пожать мою руку в знак знакомства, полез её лобызать, ухватившись двумя руками.

   - Да, Япона-мама! - разозлился Тим, и в шутку, а может и не совсем, потянул этого Никиту за его волосы, которые прикрывали его лицо, когда он наклонился. Поцеловать ручку, сей певун не удостоился чести, лишь захватил воздух, посмеявшись, сказал, что Тимка тиран.

   Я же, немного отойдя от такого странного знакомства, спросила у Тимофея, где же они познакомились. Никита ушёл недалеко, услышал, что я спросила, и решил внести свою лепту в рассказ, к великому неудовольствию Тимофея, который уже закатывал глаза. По его губам уже читалось, чью он вспоминает маму и зло уставился на певца. Тот ухмыльнулся и открыл великую "тайну".

   - Учились мы вместе.

   - Где учились? - спросила я, немного не догоняя. Ведь в нашей школе любителей петь было раз-два, да и то это были девочки. Нет, я всё понимаю, Тим сильно изменился, но Катя и Света?!

   Поржав про себя, я допёрла, что сия команда, училась в одном универе, в соседнем городе. И сразу же получила подтверждение своим мыслям. Там быстро пристроили поющее-рисующих-музыкально-спортивных ребят во славу учебного заведения. Сдружились. Было скучно, ну и пошло-поехало.

   - А кто же пишет тексты? - мне было любопытно. Про своего бывшего одноклассника, я, получается, почти ничего не знала. Надо же, как весело у него учёба проходила. Но Тим моего восторга не разделял. Помрачнел, выдохнул. Никита заторопился по своим делам на свежий воздух, оставив нас наедине.

   - Я что-то не то спросила? - по ходу дела не только спросила, но и потопталась на любимой мозоли. По крайней мере, это выглядело так.

   - Нет, - тихо ответил мне парень и подошёл поближе. Он был очень близко, я даже слышала его дыхание. Мысли заметались, как эмоции в мультфильме "Головоломка" бегая в разные стороны, сталкиваясь друг с другом и крича, что сейчас что-то случится.

   - Юльк! - услышала я голос Нельки, которая радостно остановилась рядом со мной, попивая коктейль. - Ты где пропала?! Девчонки уже забеспоко...

   Когда она только подошла, Тим отстранился, недовольно сопя. У меня же словно гора с плеч свалилась. И под радостное щебетание коллеги я потихоньку приходила в себя. А потом подруга прервалась. Тим от злости, снял резинку, взлохматил свою шевелюру, и вышел на улицу. Это было эпично.

   - Это кто?! - спросила она восторженно, провожая поджарую фигуру взглядом.

   - Бывший одноклассник, - ответила я ей, утягивая обратно в зал к девочкам.

   - Ничего себе!

   - Что, ничего себе? - поинтересовалась я у неё.

   - Мужики какие вокруг тебя крутятся! - хихикнула она, идя следом за мной. Я обернулась. Неля была явно заинтересована. И чувствую, Тима точно встрянет скоро с моей лёгкой подачи.

   - Это ты о ком? - перебирая в уме, кто же ещё тут "крутится" вокруг меня.

   - Ну, тот светленький, - намекала она на Диму, - привозил тебя пару раз.

   - Аааа, - протянула я. - Дима, бывший сокурсник.

   Ответила я как можно равнодушнее. Тут хочется забыть, но чем больше я пытаюсь стереть его физиономию из моих мыслей, с телефона фотку удалить, рука не поднимается и я пялюсь на неё периодически, тем чаще думаю о нём. Вспоминаю утро понедельника. И как по-дурацки последний раз попрощались.

   - Иии? - протянула, Неля, загадочно улыбаясь.

   - Номера телефона Тимофея у меня нет, - ответила я ей, замечая, как она начинает мне не верить и скептически смотреть, - но я вас познакомлю.

   Номер телефона Тимыча у меня был, без его согласия давать не хотелось, поэтому и соврала коллеге.

   Неля счастливо улыбнулась. И довольная девушка оповестила всех, что меня нашла. В зал потихоньку начинал возвращаться народ, фоновую музыку разбавили рок-балладами зарубежными группами из девяностых. Официанты оперативно обслуживали. У каждого столика была кнопка, когда требовалось сделать дозаказ, просто вызывали. Мы ещё заказали по пиву. В голове было легко, меня тянуло похихикать.

   Я же чуть не поцеловалась с Тимом!

   Облегчение от неловкой ситуации, портила маленькая ложка сомнения. Но я отмахивалась от неё. Не хотелось давать лишних надежд. Тем более что я сейчас в таком состоянии, что и сама не знаю, чего хочу. А потоптаться на чьих-то чувствах, после того, как меня некрасиво кинули, хотелось меньше всего.

   Музыку приглушили. Это означало, что группа вернулась с перерыва и готова продолжить выступление. Света на сцену дали больше, участников стало видно хорошо. Я же машинально поискала глазами своего соседа, по отчему дому, но не нашла.

   - Эта песня, посвящается одной девушке, - начал вещать Никита, привлекая внимание, - похитившей сердце, моего друга.

   Теперь пришла моя очередь закатывать глаза.

<p>

20 глава</p>

<p>

И всё же вновь, увидел я тебя.

Осталось руку протянуть.

Сейчас ты здесь, со мной,

Душа моя.

Решил я в омуте тонуть.

Sel</p>

   - Раз, раз, раз, - послышалось со стороны сцены. - Проверка микрофона, - пропел солист знакомую всем песню. Послышались смешки, свистки, хлопки.

- Я знаю ты, - начал петь под акустику Никита, убрав прядь за ухо, а потом взял микрофон в обе руки, сделав небольшую паузу, - гладиолус моей мечты!

Зал опять рассмеялся, похлопал, мне тоже было смешно.

- Ладно, друг! - певец начал прятаться за гитариста, когда в него что-то полетело. С моего места было не разглядеть, но, похоже, что кто-то кидался резаными помидорами и зеленью с огурцами. - Эй! - крикнул он, когда чел, кинул что-то ещё, похожее на сыр чечил.

   Почему похожее? Так паутинка летела, не скажу, что ажурная, но она живописно так украсила кое-какую аппаратуру.

- Всё, всё! Я понял! - он рассмеялся. - Вот видите, что творит с человеком любовь? - И тихо в микрофон добавил:

- Придурок. - И тут же прокомментировал погромче:

- Мой хороший друг!

Зал смеялся, кто-то подбадривал криками "Молодец!", все девушки в зале, и наша компашка в том числе стали перешёптываться. Интересно же, кому посвятят песню? Романтично же.

   Ага, как же! Очень романтично, особенно, когда тебя некоторые гейшей обзывают.

   - Мой друг, - указал он в сторону, где его друга, кстати, видно не было, - пишет стихи. И наши песни. Короче, талантливый, придурок! Да! Поаплодируем ему!

   Зал тут же дружно поддержал предложение солиста.

- Он стеснительный! - продолжал прикалываться певец группы "На хромой кобыле" (шутка). В солиста полетело, что-то ещё, тот не успел увернуться и на его волосы что-то шлёпнулось. Потом мы увидели луковое колечко, которое брезгливо придерживал двумя пальцами Никита. А потом, надел на средний палец, повертел, вернее, попытался повертеть, лук был немаленьким и законам аэродинамики поддаваться не хотел.

- Спасибо, милый! - пропищал певец. - Я согласен!

   Аншлаг удался на славу. Все повеселились. Я даже успела забыть, что где-то там сидит Тим, и возможно это он ... Как-то не верилось, что помимо художественного таланта, у него ещё есть поэтические способности. Хоть мы и были соседями, но особо то и не общались, не то, чтобы ходили друг другу в гости, чего не скажешь о наших родителях. В общем, вечер оказался насыщенным, а ещё тут это признание. Ведь он явно что-то хотел мне сказать в коридоре, но помешали.

   - Песня ванильного содержания, без рифмы, и нормального звучания. Экспромт! - поклонился публике и запел.

   Любовь...

Как много в этом слове.

Тебя.

И вновь.

Ты просыпаешься одна.

Но без меня.

   А я, грущу лишь о тебе!

   Никиту немного скривило после этой строчки.

   Прошу вернись ко мне, моя Мадлен!

   И тут из зала визг, радостный и счастливый, все конечно на него обернулись. Девушка, юная, блондинистая особа, со слезами на глазах и счастливой улыбкой, прижимала руки к груди и была безмерно счастлива.

   Тут в её стороны, подсвеченный софитом, направлялся молодой человек, плотного и коренастого телосложения, нёс охапку красных роз. Все стали наблюдать за этим действием, у меня даже от сердца отлегло, что я не Мадлен. Тут парень встал на одно колено, вызвав ахи, и очередной визг девушки, который она приглушила своей ладошкой, второй смахивала слёзы счастья.