Дейвид Мейсон – Тень над Вавилоном (страница 32)

– Сколько времени потребуется, чтобы закончить все восемь глушителей?

– Каких-нибудь несколько часов, босс. С таким инструментом это делается просто. – Акфорд указал на остальное оборудование – штампы, гильотины, прессы, сверлильные и токарно-фрезерные станки. – Потом я займусь кое-какой модификацией отверстий для отвода газов – вот с ними, возможно, придется повозиться подольше. Закончу к следующему вечеру.

– Хорошо. Только нам придется не забывать, что при ведении огня на близких дистанциях пули будут лететь быстрее звука и производить треск при стрельбе. Еще будет много лязга от движущихся механических частей. Но мы, по крайней мере, заглушим выхлопы из дульного среза. Как бы то ни было, но я достал описание снайперской винтовки, которая нам нужна. – Хауард передал ему листок бумаги.

Акфорд стал его изучать.

– «Экьюраси интернэшонал», а? Лучшего и не выберешь. Что мы собираемся приобрести – L96?

«Экьюраси интернэшонал лимитед» разработала снайперскую винтовку L96, чтобы заменить ею состоявшую на вооружении британской армии устаревшую L42.

– На самом деле нет. Сейчас существует еще лучшая, чем L92, модель второго поколения. Она называется AW. Но мы достанем ее спецмодификацию – «супер-магнум».

AW была уже заказана шведской армией. И L96 и AW выпускались стандартного для НАТО калибра 7,62 миллиметра (0,308 дюйма «винчестер»). Этот калибр годился для точной снайперской работы на дистанции около восьмисот ярдов, но на расстояниях больше чем это возникали проблемы с траекторией, а убойная сила пули значительно падала. Вследствие этого «Экьюраси интернэшонал» разработала модификации винтовки «супер-магнум» более мощного калибра. Одной из них и была «лапуа-магнум» калибра 0,338 дюйма, стрелявшая на расстояния в тысячу ярдов исключительно мощным патроном с убойной силой почти в шесть раз больше, чем у патрона калибра 7,62 миллиметра. Некоторые спецподразделения уже воспользовались «супер-магнумами» этого калибра для работы на сверхдальних расстояниях.

– Я слышал о винтовке «винчестер-магнум» калибра 0,338, но не о «лапуа-магнум», – сообщил Акфорд.

– Я о ней слыхал, но до позавчерашнего дня почти ничего не знал, – ответил ему Хауард. – Она гораздо мощнее. Патрон для нее состоит из гильзы с обкатанной шейкой для «ригби» калибра 0,416 дюйма, сам он просто громадный и выстреливает пулю весом двести пятьдесят гранов[14] со скоростью три тысячи футов в секунду.

– Фью! Да она просто отобьет плечо, если выстрелишь больше двух раз. На каком расстоянии скорость пули становится меньше скорости звука?

– Не меньше чем через тысячу триста или тысячу четыреста ярдов – по крайней мере ярдов на четыреста дальше, чем у калибра 7,62 миллиметра.

Скорость пули у дульного среза три тысячи футов в секунду почти в три раза превышала скорость звука, но на большом расстоянии она быстро терялась из-за сопротивления воздуха, постепенно падая ниже 1 Маха – тысячи ста двадцати футов в секунду. Для тяжелой пули с большой скоростью и хорошими аэродинамическими характеристиками это происходило на большем расстоянии, чем у более традиционного оружия.

– А не лучше ли, чтобы избежать шума, использовать что-то, что в пределах нужного расстояния летело бы с дозвуковой скоростью?

– Мы с Дэнни это обсуждали. Тут он высказался весьма конкретно. Прежде всего, после прохождения звукового барьера пуля летит абы как, и из-за этого страдает точность. Кроме того, щелчок от пули, прилетевшей со сверхзвуковой скоростью, будет очень дезориентирующим и не дает никакого ключа к вопросу, откуда она прилетела. Пуля с дозвуковой скоростью при подлете будет издавать обычный вжикающий звук, да и траектория у нее будет хуже. Станет совершенно очевидно, что прилетела пуля, и вместо того, чтобы бить дезориентированным сверхзвуковым щелчком, кто-то, кто сохранит здравый смысл, начнет прислушиваться в ожидании звука выстрела. Мы говорили о глушителе для винтовки, но это совершенно исключено. В любом случае, у нее хороший компенсатор, который погасит львиную долю шума от выстрела. Мы будем достаточно далеко, чтобы задержка звука по времени была достаточно велика, да и сам звук выстрела на таком расстоянии будет не очень громким.

– О'кей. Вы хотите, чтобы я оформил заказ? Подозреваю, это будет не так-то просто. Я знаю, что в «Экьюраси интернэшонал» весьма пекутся о безопасности. Они не станут продавать первому встречному. Мне придется воспользоваться дилерской карточкой нашей фирмы и, возможно, облечь это в форму запроса от правительства дружественного государства.

Помимо прочего, «Экс-Эф секьюритиз» являлась официальным дилером по торговле оружием. Клиенты то и дело заказывали специализированное оружие для нужд безопасности, и, когда возникала необходимость, лицензия дилера, наряду с разрешением Департамента торговли и лицензией на экспорт промышленных товаров, позволяла Хауарду обеспечивать поставки.

– Отлично. Используй Колумбию. Зигги все уладит, когда вернется, – он оказывает там кое-какие услуги местным властям с благословения британского правительства. Проблема наркотиков, ну, ты знаешь. Новое колумбийское правительство пытается прижать картели. Все продумай и скажи Джонни, чтобы он все оформил – он тоже в курсе дела. И не забудь, что нам нужны не одна, а две таких винтовки. Как ты думаешь, с остальной амуницией, которую он просит, сложностей не будет?

Акфорд просмотрел список, вслух подтверждая выполнимость каждого пункта:

– Сто патронов с пулей весом двести пятьдесят гран и цельнометаллической оболочкой обтекаемой формы – будет; пятьдесят бронебойно-зажигательных патронов – будет; портативный баллистический хронометр – будет; крепеж для оптического прицела – будет; боевой оптический прицел десять на сорок[15] фирмы «Бош и Лемб» – будет. Ага, с этим проблем нет. На самом деле «Экьюраси» сама все установит и пристреляет винтовку к необходимым патронам, если я скажу им, что нужно все замерить и откалибровать. А что это за прицел? Я такого не знаю.

– Очень хороший, с очень тонкой настройкой. Каждое деление при его настройке соответствует отклонению в четверть угловой минуты в отличие от более принятой половины, а то и целой минуты, как у большинства прицелов. При стрельбе на тысячу ярдов это означает отклонение пули на два с половиной дюйма на каждое деление вместо пяти и десяти соответственно. Этот прицел намного более точен.

– Но ведь большой шаг при настройке прицела необходим из-за значительных отклонений траектории на таких дистанциях.

– Только не с этой моделью. Ее полный диапазон превышает семьдесят делений – более чем достаточно. К тому же мы приблизительно знаем расстояние, на котором будем им пользоваться. Дэнни сможет сделать несколько пробных выстрелов прежде, чем мы отправимся в путь. И не забудь про две проградуированных подзорных трубы мощностью тридцать на шестьдесят, с переменным фокусным расстоянием и две небольших треноги.

– О'кей, босс, сделаем.

Хауард хлопнул его по спине и вернулся к первой двери, довольный тем, что дела, похоже, идут на лад. К нему подошел Ашер.

– Босс, с анемометрами проблем не будет. Некоторые современные модели выдают показания в цифровом виде. Преобразовать их в радиосигналы совсем нетрудно. Мне хотелось бы, чтобы Крис, когда будет свободен, немного помог – возможно, у него найдется одна-другая идейка. В электронике он просто дока.

– Прекрасно. Но запомни, они должны быть маленькими и неприметными, насколько это только возможно, а питания батареек при необходимости должно хватать на сорок восемь часов. Возьми немного эмали для моделей и выкрась их желто-зелеными маскировочными пятнами. И подбери рабочую радиочастоту, исключающую вероятность помех. Что-нибудь чуть выше обычного метрового диапазона для коммерческого вещания, но ниже, чем для международной радиосвязи, – скажем, что-то около ста десяти килогерц. Здесь тебе придется кое-что разузнать. Нам не нужно, чтобы на пролетающем мимо самолете или где-то еще недоумевали, что за странный электронный сигнал они поймали.

– Ладно, я займусь этим. Эй, босс?

– Да, Боб?

– Ты не забыл Турцию? – ухмыльнулся Ашер.

Хауард улыбнулся в ответ на невеселое упоминание о турецкой тюремной камере, которую он делил с Ашером в течение шести месяцев. Надежный, уравновешенный, бывший десантник оказался идеальным сокамерником: несмотря на жестокий режим и скудное питание, за все время он ни разу даже словом не возразил Хауарду. Большинство из заключенных были доведены до такого состояния, что вместо того, чтобы держаться вместе и поддерживать друг друга, грызлись, как крысы. Хауарду искренне нравился Ашер – подобное испытание делает человека либо другом, либо врагом на всю жизнь. Взаимное уважение между ними оставалось нерушимым.

– Не беспокойся, Боб, – ответил Хауард со зловещей улыбкой. – Что бы ни случилось, могу гарантировать тебе только одно. Такого, как там, не будет, и больше ты не потеряешь ни одного волоса.

Ашер расхохотался и шутливо ткнул его в плечо.

– Ну, просто камень с души! – воскликнул он. – Хотя в данных обстоятельствах ты, возможно, и не совсем удачно выразился. На тот случай, если ты не заметил, – добавил он не без сарказма, – последний волос на моей голове уступил в неравной борьбе несколько лет назад.