Дейвид Мейсон – Тень над Вавилоном (страница 23)

БМВ отъехал от конторы агента и направился из Суиндона в сторону развязки номер 16 и по шоссе М4 обратно в Лондон. Джонни Берн открыл рот и извлек из-за щек розовые резиновые подушечки. Затем он сложил их в целлофановый пакет и сунул его в бардачок, рядом с пузырьком с «пластиковой кожей». Он подумал, что с подушечками похож на пациента после болезненной процедуры у дантиста. Они раздували его щеки, но для всех, кто не знал, как он выглядит в нормальном состоянии, его лицо было просто более округлым. Затемненные контактные линзы не беспокоили глаза в той степени, как он опасался, – теперь он уже к ним привык. Не забыть бы их снять и расчесать волосы на привычный манер – без пробора. Он потер кончики пальцев о ремни безопасности, и с них стала слезать пленка из «пластиковой кожи».

Три промышленных здания подходили как нельзя лучше. Ни одного съемщика в остальных семи, и расположены в конце тупика. Удобный выезд на М4, как раз необходимых размеров, и вряд ли кто их здесь побеспокоит.

Для Берна неделя выдалась очень напряженной. Поездка в Лихтенштейн, создание там холдинговой компании и перевод на ее имя миллиона фунтов стерлингов с анонимного номерного счета в новый банк. Затем возвращение в Англию и создание еще трех компаний, зарегистрированных в Великобритании: по оптовой торговле пищевыми продуктами, транспортно-экспедиционной и просто торговой фирмы. Три разных юридическо-посреднических конторы оформили бумаги и зарегистрировали их в налоговом управлении, а три типографии отпечатали фирменные бланки и другую документацию. Затем последовали дальнейшие переводы денег – на этот раз со счета холдинговой компании в Лихтенштейне на вновь открытые счета в трех британских банках. Скоро между компаниями последует серия взаимных денежных операций, которая убедит банки, что те успешно торгуют между собой. Банковские менеджеры не увидят адреса двух остальных компаний, с которыми ведет дело одна из трех, и останутся в неведении, что на самом деле фирмы расположены в соседних друг с другом комнатах. Постепенно счет холдинговой компании в Лихтенштейне истощится. Конечно, ни одна из денежных операций не выдержала бы серьезной аудиторской проверки, но они и не должны были ей подвергаться. И мсье Брайс, и мсье Хатчер, и остальные директора исчезли бы прежде, чем дошло бы до этого.

Ну а пока Джонни не следует забывать о прическе, контактных линзах, пластиковой коже и этих чертовых подушечках за щеками.

Если бы Джулиет увидела его в подобном виде… о последствиях было непереносимо даже думать. При мысли о девушке он улыбнулся и обнаружил, что вдавил в пол педаль акселератора. Спокойней, Джонни, скомандовал он себе, отпуская педаль. Не гони. Я понимаю, что ты ждешь не дождешься встречи, но от того, что тебя штрафанут за превышение скорости, скорее ты ее не увидишь…

18

В пятницу, 29-го ноября, Хауард прилетел в Эдинбург дневным рейсом из Хитроу. Получив багаж, он зашел в контору «Авиз» и завершил формальности по найму автомашины «форд-эскорт», которую заранее заказал по телефону. Хауард выехал из аэропорта и направился на север по трассе М90. Обогнув Перт по новой объездной дороге, он поехал по шоссе А9 в сторону Инвернесса. Часом позже он свернул возле Далуинни на А86 по направлению к Спин-Бриджу и Форт-Уильяму.

День выдался холодным, порывы шквалистого северного ветра порою достигали такой силы, что едва не опрокидывали машину. Уже в 3.45 пополудни стало смеркаться, и задолго до того, как он прибудет на место, станет темно. Движение по шоссе почти отсутствовало, вокруг расстилался унылый ландшафт, а на отдаленных вершинах холмов за озером Лох-Лагган лежал снег. Через какое-то время они были уже неразличимы, а к тому моменту, когда Хауард добрался до Спин-Бриджа, небо стало почти совсем черным. В десяти милях к юго-западу, невидимая во тьме и за облаками, должна была находиться округлая вершина горы Бен-Невис.

В пяти милях позади Спин-Бриджа он свернул на боковую дорогу к маленькой деревушке Карвейг, а еще через две мили дорога сузилась до однопутной, местами с разъездами, обозначенными белыми знаками восьмиугольной формы. Хауард ехал медленно и осторожно. По пути фары его машины зажигали глаза на темных мордах овец. Скопления животных располагались по травянистым обочинам, овцы проявляли безразличие к приближению автомобиля, так что пару раз ему пришлось остановиться и посигналить, чтобы прогнать их с самой дороги.

Наконец чуть позже пяти он увидел в отдалении небольшую россыпь огней и десятью минутами позже прибыл в собственно Карвейг. Отыскать гостиницу не составило труда – она заметно выделялась среди двадцати или около того коттеджей и бунгало деревушки. Хауард поставил машину на стоянку, собрал сумки и позвонил в дверь.

Появилась девушка лет восемнадцати с золотисто-каштановыми волосами, одетая в джинсы и толстый пуловер. У нее было хорошенькое лицо и мягкий мелодичный говор западного побережья.

– Добрый вечер, чем могу вам помочь?

– Меня зовут Хатчер, Эдвин Хатчер. Я звонил вам и заказывал комнату на пару суток. Надеюсь, ничто не изменилось?

– Ох да, конечно же, мистер Хатчер, прошу прощения. Входите же! Я должна была догадаться, что это скорее всего вы! – Девушка улыбнулась и предложила помочь ему с сумками.

Она суетилась вокруг и без умолку тараторила, чтобы он чувствовал себя как дома. Потом провела его в небольшенькую гостиную и вышла, чтобы приготовить чашку чая. Появилась женщина, улыбнувшись и вытерев руки о фартук, она подошла к нему и поздоровалась за руку. Она была небольшого роста, с ладной фигурой, на вид – лет сорока. Наверняка не старше, отметил Хауард.

– Мистер Хатчер, добро пожаловать в Карвейг! Я – Мораг Камерон, мама Шилы.

Именно ее голос ответил по телефону, когда Хауард позвонил, чтобы заказать комнату. Приятный голос, мягкий и нежный, звучал слегка удивленно от того, что кому-то пришло в голову провести уикэнд в ноябре в столь отдаленном месте. Теперь, когда Хауард ее увидел, он подумал, что она очень привлекательная женщина. Его пристальный оценивающий взгляд был встречен дружелюбной улыбкой. Семейное сходство между мамой и дочерью было потрясающим. Рукопожатие женщины оказалось твердым и неожиданно сильным. Хауард предположил, что она, должно быть, привыкла к постоянной грубой работе, зарабатывая себе на жизнь. Его остановка в гостинице несомненно внесет желанную лепту в семейные финансы.

Мораг Камерон провела Хауарда наверх в его комнату, которая оказалась маленькой, но комфортабельной – отнюдь не спартанские условия, как он ожидал. Она была простенько обставлена, отделана в веселых тонах и вылизана до блеска. Хауард неожиданно подумал, что было бы неплохо провести в этом приятном месте летний отпуск. Прошло много лет с тех пор, как он последний раз был в Шотландии, и, когда он открыл окно и уловил неповторимый запах диких холмов с солоноватой примесью морского воздуха, на него нахлынули воспоминания. Он глубоко вдохнул и начал распаковываться.

Через полчаса, приняв горячую ванну с потрясающе мягкой, чуть-чуть отдающей торфом водой, Хауард спустился в бар. Он подумал, что мог бы вполне обойтись и без этого. Бар еще пустовал – заполняться он начнет позднее. Хауард устроился с книгой в кресле – ни дать ни взять турист, отдыхающий после дня, проведенного за рулем.

Вошла дочь Мораг и поинтересовалась, не хочет ли он чего-нибудь выпить. Она была явно довольна, когда Хауард выбрал дорогое солодовое виски. Он оправдался перед девушкой за то, что добавил в стакан толику воды, объяснив, что никогда бы не сделал этого там, на юге, где вода так отдает хлоркой, что убивает вкус хорошего виски. Шила улыбнулась.

Какое-то время Хауард оставался единственным посетителем, и они мило болтали. Он знал, что рано или поздно ее любопытство возьмет верх, и был готов к ответу, когда она вежливо поинтересовалась, почему в конце ноября он выбрал именно Карвейг.

Хауард поведал ей, что много лет назад он приезжал сюда вместе со своим отцом. В то время он был двенадцатилетним подростком. Отца пригласили на трехдневную оленью охоту в заповедник Глен-Карвейг, и он прихватил с собой сына, чтобы тот приобрел свой первый опыт. Мысль о шатании по долине между холмами претила мальчику, но в результате он получил одно из самых ярких впечатлений в жизни, которое так и не смог забыть. Он всегда мечтал побывать здесь снова, но только сейчас наконец-то смог сюда выбраться.

– Так что, если хотите, это всего лишь своеобразная ностальгия.

Его рассказ был лишь отчасти правдивым, и, конечно же, то, что было правдой, происходило где-то в других местах. Хауард достаточно хорошо запомнил подробности на карте, чтобы в случае необходимости назвать по именам отдельные вершины в Глен-Карвейге, но знал, что ступит на более скользкую почву, если девушка спросит его об именах людей.

– Что ж, мистер Хатчер, очень приятно, когда возвращаются старые гости. Ох, извините, я вовсе не хотела сказать…

Хауард рассмеялся.

– Не волнуйтесь – вы абсолютно правы. Все это происходило очень давно – задолго до вашего рождения. На самом деле даже ваша мама в то время была еще только ребенком. Мне сорок пять, а уж ей никак столько не дашь. Судя по внешности, она гораздо моложе меня.