Дейвид Мейсон – Тень над Вавилоном (страница 10)

Джулиет сразу же поразила его своей прямотой и приземленностью, когда откликнулась на объявление о сдаваемой комнате. Она была лишена глупого жеманства и претенциозности, и они быстро пришли к соглашению, что она может перебираться. Джонни подумал, что в действительности девушка оказалась очень хорошей жиличкой. Она всегда убирала за собой – кофе, сахар и тому подобные вещи; она не забивала холодильник таинственными упаковками с экзотическими продуктами; она помогала поддерживать в доме порядок, и в то же время женское присутствие ощущалось не очень сильно – так, несколько маленьких приятных штришков. Ее приятель, Марк, тоже не доставлял беспокойства – он заходил за ней лишь пару раз и никогда не задерживался больше чем на несколько минут. Но что было лучше всего, так это полное отсутствие паутинообразных гирлянд из колготок и других женских атрибутов, днем и ночью развешанных по всей ванной. Да, она оказалась отличной соседкой. Жить рядом с ней было просто – абсолютно без проблем. Он надеялся, что ей с ним так же легко, как и ему с ней. Иногда, вечерами, она даже собирала для него что-то на стол, когда видела, что он очень занят; то же самое раз или два делал и он. Между ними сложились легкие, хорошие, ничего не требующие, дружеские отношения. Но он никогда… ну никогда раньше не замечал ее по-настоящему.

Джонни решил, что сейчас она выглядит потрясающе. Простое, классического покроя неотрезное черное платье скромно подчеркивало линии стройной фигуры, которую он раньше как-то не замечал; ниспадающие до плеч темные волосы обрамляли лицо с легкими следами косметики, оттеняющими темные глаза… Господи, да она прекрасно выглядит. Сногсшибательно!

– Вылазка в большой свет, а? И куда же он тебя ведет?

– О, просто поужинать. Должен зайти за мной минут через двадцать, около девяти. – Она заметила выражение удивления на лице Джонни, появившееся, когда тот обернулся. Уголки ее губ тронула легкая усмешка, и она отвернулась прежде, чем молодой человек смог это заметить.

– Тебе сделать что-нибудь выпить, Джонни?

– Ум-м? Ох, да, спасибо, очень любезно с твоей стороны. Виски, пожалуйста, и пару кубиков льда, если там найдется. Эй, Джулиет, прости за мою неучтивость. Ты действительно прекрасно выглядишь. – Наливая спиртное, она бросила взгляд через плечо в его сторону и улыбнулась в ответ на комплимент.

Он снова принялся за работу, постукивая карандашом по подбородку, тщетно вчитываясь в написанное. «Педики эти немцы!» – выругался он про себя – сосредоточенности как не бывало.

Джулиет подошла со спиртным к столу. Она поставила стакан на поднос и задержалась рядом с его креслом.

– Над чем это ты так усердно трудишься? – Она наклонилась вперед, разглядывая бумаги.

– О, всего лишь доклад по вопросам безопасности для нашего немецкого клиента. Боюсь, ничего особенно интересного. – Помянув про себя Господа, он задумался, чем же она надушилась? Восхитительный, какой-то очень женственный аромат неожиданно привел его в смятение. Он посмотрел вверх и улыбнулся. – По правде говоря, достаточно скучный.

– По правде, скучный? – Она улыбнулась в ответ и, пока он прихлебнул неразбавленное виски, оперлась левой рукой о его плечо.

Он поставил стакан, сдвинул кресло назад и, взглянув на нее, удобно устроил правую руку на ее талии. Рука обвивала талию как-то естественно, и ей там было хорошо. По правде, хорошо. «Осторожно, Джонни-мальчик, – предупредил он себя. – Вспомни свое золотое правило. Никогда не волочиться за жиличками. Это всегда кончается катастрофой».

– Да, Джулиет, тебе было бы ну совсем не интересно. – Он заглянул в ее глаза, где затаилась шальная смешинка. – Проклятые скучные немцы. – Его рука сползла на бедро девушки.

Бог мой, ведь она красивая!

Рука Джулиет переместилась, и длинные ногти нежно пробежались по шее Джонни под густыми каштановыми волосами. Ее пальцы были ледяными от стакана с виски. Господи Иисусе! – только и смог подумать он. Эффект ее прикосновения был неожиданным, как удар электрического тока: словно мурашки пробежали вниз по его спине, и Джонни непроизвольно вздрогнул. До него снова донесся исходящий от девушки аромат. Когда он вновь заглянул ей в глаза, его улыбка слегка потухла. Их выражение как-то почти неуловимо изменилось. Пальцы Джулиет продолжали играть на его шее. Ощущение было исключительно эротичным. «Боже, что здесь происходит?» – Он позволил своей руке скользнуть ниже по внешней стороне ноги, лаская ее через тонкую ткань платья. Она слегка подалась к Джонни, и ее бедро мягко уперлось в его плечо. Рука молодого человека скользнула еще ниже.

– М-м, Джулиет, знаешь что? Ты по-настоящему красивая. – Ее рот был слегка приоткрыт, и он увидел, как между губ мелькнул кончик языка. Господи, неужели это одна и та же девушка?

– Ты – милый человек, Джонни Берн. И еще ты тоже красивый. – Ее пальцы, не переставая двигаться, скользнули ниже вдоль его груди – легкие, едва ощутимые прикосновения. Ноздри Джулиет слегка раздувались, губы приоткрылись чуть больше.

Боже всемилостивый, мысленно вопрошал Джонни, ощущая прикосновения ее пальцев, да что же это происходит? В голове у него поплыло. Рука Джулиет теперь уже была под его рубашкой, ее пальцы выписывали нежные фигуры у него на груди. Спокойно, Джонни, не забывай золотое правило… Третья пуговица рубашки почему-то расстегнулась.

Рука Джонни достигла нижней кромки платья и коснулась ее ноги. Это всего лишь ее икра, убеждал он себя. Как может быть нога такой немыслимо сексуальной? Сердце его громко стучало, и он знал, что глаза выдают его волнение. Рука Джонни медленно двинулась под юбку, вверх по ноге, и нащупала округлость левого колена. Боже милостивый, да она прекрасна!

– Ты забыл о своем виски, Джонни. – Голос Джулиет был низким и хриплым.

Когда он снова поднял голову, чтобы посмотреть ей в глаза, то увидел, что они подернулись поволокой, а зрачки почти полностью расширились.

Его рука была теперь чуть выше колена – ласковая, нежно знакомящаяся. Казалось, эта стройная, упругая нога принадлежит другому миру. О, Господи, да это же шелк, а не нейлон! И этот аромат…

– Похоже, я не смогу дотянуться до стакана. Мой путь преграждает прекрасная девушка… – Он с трудом управлял своим голосом, и его звуки, казалось, прогремели у него в ушах. Джонни терял контроль над собой. Сейчас ей бы надо отодвинуться, пока дела не зашли слишком далеко… Ее бедро… О, Боже!..

Джулиет перегнулась вперед и поднесла стакан к его губам. Он сделал маленький глоток. Рука ее слегка дрожала – или это дрожали его губы? Немного виски перелилось через край стакана и побежало вниз по его лицу. Быстрым движением она наклонилась и нежно подобрала струйку с его подбородка губами и языком.

Он был потрясен, неожиданно ощутив ее губы, и едва подавил стон. Что же это происходит, что происходит?.. Его рука теперь была с внутренней стороны ее бедра и изучала сквозь шелк нежные округлости ноги – крепкой, но такой податливой… Всевышний, ну пожалуйста, не дай ей отодвинуться именно сейчас… Губы Джулиет прощекотали по его щеке, пока она неторопливо распрямлялась. Джонни вновь уловил аромат, на этот раз смешанный с ее свежим дыханием… Он издал долгий глубокий вздох, его сопротивление таяло, глаза закрылись. Его рука скользнула выше и… О, небеса!.. Чулки. Не колготки… Удерживаемые небольшими изящными застежками… шелковистая мягкая голая кожа, такая прекрасная, нежная и теплая… Господи…

Он почувствовал, как она задрожала, когда его рука стала ласкать верхнюю часть бедра, следуя вдоль маленькой кружевной подвязки. Должно быть, это просто приятный сон, такого просто не может быть… Его сила воли становилась все слабее и слабее… Джулиет не торопясь расстегнула его рубашку до конца и занялась пряжкой на поясе… Левая рука Джонни наконец протянулась вверх и запуталась в темных волосах на ее затылке, чтобы не дать сновидению улететь прочь; он полностью утратил контроль над собой и притянул ее лицо к своему… Их губы жадно слились друг с другом в порыве страсти, Джонни задрожал, когда ее правая рука стала нежно ласкать его, как бы уговаривая раскрепоститься. Шум в голове стал почти оглушительным, в мире больше ничего не существовало – было лишь это прекрасное дитя рая…

Трясясь, словно в лихорадке, Джонни медленно встал, и, подчиняясь необоримой силе влечения, их тела нетерпеливо прильнули друг к другу. Он легко приподнял ее, и она прижалась к нему теснее, тыкаясь лицом в его шею и грудь, поха он нес ее в спальню и захлопывал за собой ногою дверь.

– Господи Иисусе, Джули! – Голос Джонни звучал тихо, почти благоговейно. – Разве, черт побери, такое может быть? – Он лежал на спине, раздетый, посреди хаоса, который еще двадцать минут назад был тщательно заправленной постелью. Девушка, тоже обнаженная, лежала наполовину на нем, ее левые рука и нога были живописно переброшены через его тело, груди мягко прижаты к его груди. Едва заметные бисеринки пота протянулись вниз по спине к точеным округлостям ее ягодиц. Он прижал ее к себе, исходящий от нее аромат был по-прежнему дурманящим. До этого, словно оба подхваченные штормом, их тела бурно соединились. Теперь их дыхание успокоилось, устало прильнув друг к другу, они расслабленно лежали поперек кровати.