Дэйв Волвертон – Золотая Королева (страница 51)

— Мэгги скоро присоединится к нам. — Джаггет отцепил от пояса маленькую рацию и произнес какой-то приказ, пользуясь своим личным шифром.

— Нам ненадолго понадобится комната, — сказал Вериасс. — И горячая пища.

— Хорошо.

Вериасс отнес Эверинн в один из домиков, уложил на кровать и стал похлопывать по щекам, стараясь привести ее в чувство. За ними последовало с дюжину солдат. Вериасс прикрикнул на них, приказывая, выйти.

При Эверинн остались только Галлен, Вериасс и Джаггет. Вериасс снял с нее платье, перевернул ее на живот. На ней осталось два ожога от парализаторов: легкий на пояснице, глубокий на шее. Вериасс так и ахнул.

— От раны на шее может остаться шрам. — Джаггет набрал из-под крана воды и стал лить Эверинн на спину. Вериасс тем временем вскрыл себе мечом запястье и орошал раны кровью.

— Что ты делаешь? — спросил Галлен.

— Нанодоктора в моей крови помогут ее ранам затянуться. К несчастью, ожог затронул сосуды под кожей. Ее собственные нанодоки могут не справиться. Я надеюсь предотвратить образование шрама.

Галлен сел, и они вместе стали наблюдать за раной. В течение пятнадцати минут почти все следы ожога исчезли с кожи, и вздувшиеся красные рубцы стали меньше. Эверинн наконец очнулась и застонала.

Вериасс успокаивал ее.

К исходу пятнадцати минут раны начала покрывать новая, здоровая кожа, но на затылке у Эверинн осталась четкая красная отметина, похожая на единицу.

Вериасс опустил голову на руки и затих.

— Боюсь, — наконец выговорил он, — что все мои многолетние усилия были напрасны. Теперь, когда нанодоки завершили сращивать ткани, процесс заживления ничем ускорить нельзя. Царапина через несколько дней заживет, но… путешествие придется отложить. Из-за этой отметины Эверинн теряет право вызывать на бой Повелителей Роя.

— Сколько времени вам понадобится? — спросил Джаггет.

— Не знаю. Несколько дней.

— Вериасс, дрононы слали сюда войска всю неделю. Они знают, что вы здесь. Я могу спрятать вас, но не думаю, что буду в состоянии удерживать их так долго. Весь этот район уже оцеплен завоевателями. Чем скорее вы уйдете отсюда, тем больше у вас шансов на успех.

— Царапина совсем маленькая, — сказал Галлен. — Ее можно скрыть под одеждой.

— Дрононы не носят одежды, — объяснил Вериасс. — У них есть право осмотреть Эверинн раздетой.

— Косметика, грим? — предложил Джаггет.

— Если дрононы обнаружат наш обман, ее убьют на месте, — скептически заявил Вериасс.

— И все же стоит попытаться, — настаивал Джаггет. — Нельзя ждать, пока царапина заживет. Дрононы уже изготовили один ключ от ворот, могут сделать и другой. Через какую-нибудь неделю все миры откроются перед ними.

Галлен оглядел обоих мужчин, чувствуя себя в полном тупике. Их неспособность принять решение раздражала Галлена. Хотел бы он, чтобы этот шрам остался навсегда. Эверинн не хотела совершать это путешествие. Ее избрали в жертву, не спрашивая ее согласия, и только из великодушия она продолжает путь. На победу она может надеяться только в том случае, если не вступит в бой. Тогда она по крайней мере сможет жить своей собственной жизнью. Шрам на шее мог бы стать ее пропуском на свободу.

— Грим должен быть таким, чтобы его не обнаружили по запаху, — сказал Вериасс. — Чтобы дрононы не унюхали. И он должен в точности совпадать с цветом ее кожи.

— Не знаю, смогу ли я достать требуемое в такой короткий срок, — ответил Джаггет.

Эверинн посмотрела на Галлена, решаясь на что-то.

— Пожалуйста, сделай что можешь, — сказала она Джаггету. — Нужно поскорее вызвать на бой Повелителей Роя.

— Ты уверена в этом? — спросил Джаггет.

— Да.

Джаггет кивнул:

— Я вернусь через пятнадцать минут.

Галлен лег на пол, измотанный до крайности, благодарный за эти несколько минут отдыха.

Вскоре дверь опять открылась. Галлен не поднял глаз, думая, что это один из Джаггетов, — и вдруг увидел рядом Орика. Медведь облизал Галлену лицо и проворчал:

— С добрым утром. Вижу, мое предостережение пропало зря и ты полез прямо в ловушку.

— Орик! — воскликнула Эверинн, сев на постели. Галлен обнял медведя. На плече у Орика была белая повязка, и глаза выдавали боль.

— Мы думали, что ты погиб, — сказал Галлен. — Мы нашли скелет у дороги.

— Это моя подруга, — спокойно сказал Орик. — Я оставил тебе послание и шел домой, стараясь не попасться на глаза завоевателям. Моя подруга, Панта, подъехала, чтобы подобрать меня, и завоеватели нас схватили. Она потеряла голову и кинулась бежать. Я был слишком слаб, чтобы следовать за ней. Потом они привезли меня сюда, чтобы допросить, и оставили у Джаггетов.

Галлен догадывался, что с этой медведицей Орика связывала не только дружба. Он уловил горечь в ровном голосе медведя.

— Мне очень жаль, дружище, — сказал Галлен. Орик заковылял к Эверинн, обнял ее, они сели рядом и стали тихо разговаривать.

Двое солдат принесли им поесть. Галлен и Эверинн перекусили, сидя на кровати. Вериасс шагал по комнате, поглядывая на настенные часы.

Через несколько минут двое Джаггетов ввели в комнату Мэгги. У нее был усталый, измученный вид, но она облегченно улыбнулась, увидев Галлена, обняла его и прошептала:

— Я-рада, что с тобой ничего не случилось.

Один из Джаггетов, пожилой человек, был одет лучше своих двойников. Командующий Джаггет торжественно представил его как Первичного. Вериасс почтительно склонил голову.

— Я считал тебя умершим. Первичный Джаггет. — Галлен обратил внимание на уважительную манеру Вериасса, и тот объяснил: — Первичный Джаггет — один из величайших лордов-хранителей нашего времени. Он был лордом-хранителем за три тысячи лет до моего рождения.

— Был, Вериасс, — тихо сказал Первичный Джаггет. — Теперь дрононы завоевали мой мир и лишили меня моего звания. Мое тело износилось, и я был вынужден перейти в искусственное. Дрононы не разрешили бы мне и этого, если бы не мои клоны. Они сохранили достаточно влияния, чтобы добиться перемирия с врагом. — Первичный Джаггет хлопнул Вериасса по плечу. — Я сожалею, что задержал тебя и твоих друзей, сожалею о причиненном мной вреде. Я сделал это, желая защитить свой мир и свой народ. Мне нужно было удостовериться в ваших намерениях.

— Думаю, что я на твоем месте сделал бы то же самое, — помедлив, сказал Вериасс.

Галлен, чувствуя, что между этими двумя осталось много невысказанного, задумался о том, каковы же их истинные отношения. Оба они были лордами-протекторами, и их интересы часто расходились — однако они питали уважение друг к другу.

Первичный Джаггет попросил их чувствовать себя как дома, потом встал на колени рядом с Эверинн и начал втирать ей в шею телесного цвета мазь, которая почти полностью скрыла шрам. Закончив, Первичный Джаггет отступил назад, окинул Эверинн восхищенным взглядом и отвесил ей поклон.

— Ты — точная копия своей матери, Семарриты. Я должен был увидеть тебя своими глазами. Да пребудут с тобой вечно могущество, красота и благодать. Я хотел бы, чтобы ты погостила у меня подольше, но боюсь, что уже развязал ради тебя войну, и это было бы небезопасно.

— Войну? — повторил Вериасс.

— Завоеватели, должно быть, узнали, что вы здесь, и только что начали действовать. Я отдал моим людям приказ уничтожить всех завоевателей в радиусе трехсот километров. До меня давно доходили слухи, что вы ищете ворота на Дронон. Мне известны все ворота, какие есть на планете. Скажите мне, какие вам нужны, и я очищу вам путь.

— Те, что в шестидесяти километрах к северу, — сказал Вериасс.

— В том месте нет ворот, — поднял бровь Первичный Джаггет.

— Я замаскировал их так, что они не похожи на обычные ворота. — Вериасс посмотрел на Эверинн. — Нам пора ехать.

— Еще минуту. — Первичный Джаггет достал из кармана своего коричневого кителя манту. — Я носил ее, будучи лордом-протектором. Не хочу, чтобы она досталась врагу. Возьми ее ты. Ты сам долго был лордом-протектором, и сомневаюсь, чтобы она могла многому тебя научить, но прошу тебя, надень ее, когда выйдешь на бой с Повелителями Роя. Быть может, она поможет тебе.

Вериасс принял дар. Манта была старинная, из черного металла, далеко не столь изящная, как та, что Вериасс подарил Галлену. Однако Вериасс отнесся к ней так, как и было задумано, — как к символу надежды.

18

Первичный Джаггет обвел глазами комнату, словно проверяя, не забыл ли чего.

— Нужно торопиться, — сказал он. — Вы готовы?

— Еще пять минут, — попросил Вериасс. — Пройдя в ворота, мы сразу окажемся на Дрононе. Эверинн нужно одеться подобающим образом.

— Хорошо, пару минут я вам дам. Но торопитесь. Время не ждет. — Все вышли из комнаты, кроме Вериасса и Эверинн. Вериасс раскрыл свою котомку, развернул золотой наряд Эверинн. Металлическая ткань платья была на ощупь прохладной и текучей, почти как вода, но в то же время тяжелой и так блестела, точно и впрямь ее соткали из микроскопических колечек чистого золота.

Вериасс провел рукой по платью. Да, именно так и должна быть одета Эверинн в этот день, чтобы предстать Золотой Королевой, человеческим подобием великой госпожи дрононов. Вериасс тысячу раз видел, как люди, глядя на Эверинн, проникаются обожанием к ней. Пусть на то были физиологические причины — что-то шептало Вериассу, что нельзя одной наукой объяснить власть, которую имеет над ним Эверинн. Эверинн — само совершенство. Одни говорят, что все дело в ее фигуре, что каждая кость в ее теле была задумана так, чтобы воплотить некую родовую мечту, образ, который кажется совершенным всем и каждому. Другие утверждают, что суть в комбинации запахов, источаемых Эверинн, в тщательном подборе феромонов, лишающих мужчин разума и толкающих их на самопожертвование.