Дэйв Волвертон – На пути в рай (страница 58)

«Боже, — подумал я, — действует! Я могу его задушить!» Зубы у меня стучали. Пот выступил под мышками и побежал по коже. Он лил по рукам, смачивая пояс. Я чувствовал, что вот-вот выпущу его и что он начинает выскальзывать. Испугался и закричал:

— Абрайра, на помощь! Быстрее! На помощь!

Я двумя коленями стал на спину Хуана Карлоса, лишний раз обернул оба конца оби вокруг своих рук, затянул сильнее и продолжал звать Абрайру. Я вдруг сообразил, что не знаю, как долго душу своего убийцу. Он не сопротивлялся, но нет никакой гарантии, что он не придет в сознание, если я его отпущу. Видимо, через это проходят и другие душители: возбужденные схваткой, теряют представление о времени и выпускают жертву слишком скоро. Поэтому, продолжая давить, я начал считать секунды, говоря себе, что не отпущу, пока не пройдет три минуты. Один… два… три… четыре… пять…

Живот болел в том месте, где его пробил меч. Я чувствовал, что острие торчит у меня из спины. И подумал, что хорошо бы получить медицинскую помощь. Трансмиттер, с помощью которого можно открыть шлюз, лежал на полу, в двух метрах от меня. Я звал Абрайру, просил ее помочь. Смотрел на дверь. Она не открывала. Я продолжал душить Хуана Карлоса.

Хуан Карлос снова начал пинаться и размахивать руками, и я подумал: «Сукин сын, притворялся, делал вид, что умер!» Я очень рассердился и изо всех сил рванул оби, пытаясь сломать ему шею. Хуан Карлос вцепился пальцами в пол и снова обмяк. Я продолжал натягивать пояс.

Посмотрел на дверь.

— Абрайра, меня ударили мечом, — пожаловался я. — Я себя плохо чувствую. У меня кружится голова. Помоги же мне, шлюха! — Перед глазами вспыхнули огни. — Флако! — просил я. — Флако, помоги мне!

Хуан Карлос не сопротивлялся. Я потянул еще сильнее. Мышцы на спине у киборга спазматически напрягались и расслаблялись. Я душил, пока спазмы не прекратились, потом вытер пот со лба.

Очень устал, и сил душить его больше не было, но Хуан Карлос не шевелился. Голова раскалывалась, перед глазами словно вспыхивали язычки пламени. Они ослепляли и мешали видеть. В горле поднималась желчь. Я перевернул Хуана Карлоса на спину и следил за его грудью. Она не поднималась и не опадала. Пальцы еще немного подергались в спазмах, и я взял его за руку и проверил пульс. Пульса нет.

Потом я прижался ухом к его груди и послушал сердце. Собственное сердце стучало в ушах, я хрипло дышал, к тому же мешали отдаленный топот и крики. Я не мог понять, бьется ли сердце Хуана Карлоса.

«Послушай, послушай, научись свободно владеть мягким языком сердца». Я вспомнил слова Тамары. Но она совсем не это имела в виду. Я повернул голову, посмотрел на человека с серебряным лицом — у меня на глазах его мышцы расслабились. Кимоно задралось, и я увидел белье, пожелтевшее от мочи, — опустошился мочевой пузырь.

Я дернулся вперед, меня вырвало, и кровь смешалась с рвотой. Пол поднялся мне навстречу.

Кто-то перевернул меня на спину. Опять далекий топот и крики. Незнакомый человек с прыщеватым лицом прошептал:

— Ему почти конец.

Кто-то другой за его спиной посоветовал:

— Возьми меч. Он ему все равно не нужен.

Я увидел, что шлюз надо мной открыт. Кто-то еще прорвался из модуля А. Прыщеватый человек сказал:

— Прости меня, сеньор, — и вытащил меч у меня из живота. Вытер окровавленное лезвие о мое кимоно, потом поднес меч к свету, осматривая его.

Я застонал, и все вокруг потемнело.

Я пришел в себя от запаха страха. Почувствовал грубые руки на своем теле. Кто-то украдкой обыскивал карманы моего кимоно. Я приоткрыл один глаз. Темнокожая женщина повернулась и стала подниматься по лестнице. Мне показалось, что пахнет дымом. Свет снова померк.

Шепот…

Меня ударили ногой в ребра, и я пришел в себя. Смутно разглядел фигуру человека.

— Отвечай мне! Отвечай! — кричал он.

Я шире открыл глаза, ко мне приблизилось ужасное лицо со шрамом от глаза через нос ко рту. Это был Люсио… Он еще раз пнул меня и отвернулся. За ним виднелось еще несколько человек, они держали лазерные ружья. «Где они взяли оружие?», — удивился я.

— Возьмите медикаменты в той комнате. Заткните дыру этому козлу и впрысните в него кровь. Я хочу, чтобы он видел…

Отдаленные голоса перекрыл крик. В воздухе пахло дымом и озоном. «Начался мятеж в модуле С», — подумал я и обрадовался. Теперь самураи повернут корабль, и мы полетим домой.

Кричала женщина, и близко — высокий тонкий звук, почти стон, почти мяуканье котенка.

Я открыл глаза и повернул голову. Дверь в комнату, где спряталась Абрайра, открыта. От двери поднимается дым, она покосилась набок. Местами ее полотно оранжево светится цветом раскаленного металла. Кто-то перерезал ее лазером, понял я. Женщина снова закричала, и я подумал, что, наверное, это Абрайра, хотя никогда не слышал от нее такого жалобного звука, даже представить себе не мог, что она так закричит.

Что делается в комнате, я не видел. В воздухе висел дым, и я еще не мог сфокусировать взгляд. Перевернулся на живот и пополз. Оказалось, у меня еще есть силы. Перед дверью лежали два тела. Я перебрался через них, удивляясь, откуда они взялись.

Заглянул в комнату. Несколько человек собрались у операционного стола. Двое мертвых лежали рядом на полу. Над ними к потолку поднимались струйки голубого дыма. Я услышал звуки тяжелого дыхания. Кто-то дергается на столе, остальные держат его. Человек наклоняет голову вперед и назад. Свет ударил ему в лицо. Лицо Люсио с ужасным шрамом. Люсио улыбался.

Мяуканье повторилось, перешло в негромкий крик. Руки переместились, и я увидел, что Люсио вовсе не дергается и что держат не его. Он забрался на другого человека и вдавливается в него, и улыбка у него на лице — улыбка оргазма.

Под ним стонала и дергалась Абрайра. Он рассмеялся и сказал:

— А ну давай еще.

Один из державших ее людей передвинулся, и я увидел ее лицо: два серебряных глаза, окруженных кровоподтеками, вырванная прядь волос. Я вскочил, собираясь бежать к ней, освободить ее. Но потерял слишком много крови, и от неожиданного движения голова у меня закружилась. Я отключился.

Абрайра снова закричала, я поднял голову и увидел на ней другого мужчину — Даниеля, одного из старых компадрес Люсио. Он поднял кулак и ударил Абрайру.

Я встал на колени и смог удержаться так несколько секунд. На животе почувствовал какую-то слизь — резиновая повязка, еще влажная. Внизу снова закричали: мятеж в модуле С продолжался.

Один из людей Люсио направил на меня лазерное ружье.

— Старик пришел в себя. Прикончить его?

Люсио выглянул из-за спины своих людей, стоящих у конца стола. Он улыбнулся мне и сказал:

— Нет, но держите его на прицеле. Я обещал, что убью его и буду трахать его женщину. Хочу, чтобы он видел, что я человек слова. Но теперь я подумал, что можно потрахать и его…

Я пытался удержаться на коленях и осматривал пол в поисках оружия. Одна из жертв Абрайры в двух метрах от меня лежала в луже крови. Между глазами у этого человека торчал мой хрустальный нож. Я посмотрел на ствол ружья. И поклялся: «Когда соберусь с силами, схвачу нож и пущу в ход». Со всеми людьми Люсио я не смогу справиться, но доберусь хотя бы до него самого.

Неожиданно пол подо мной дернулся, и я повалился, словно меня поразила рука Господа. Половина криотанков раскрылась, оттуда выплеснулась на пол розовая жидкость. Я почувствовал леденящий холод. Меня перевернуло со спины на живот, снова на спину, опять на живот — что-то тащило меня к стене. Я прижался к полу, но меня все равно несло, хотя больше не переворачивало. Шум мятежа неожиданно стих, видно, всех одновременно швырнуло на пол.

Человек у стола крикнул:

— Корабль движется!

Стол был жестко прикреплен к полу, и люди Люсио уцепились за него, в страхе оглядываясь по сторонам.

Мой сторож тоже упал на пол, но пришел в себя и тут же снова нацелил на меня ружье.

Корабль действительно начал поворачиваться вокруг своей оси, и я представил себе, как он вращается, потеряв управление. Постоянное ускорение корабля в направлении Пекаря создавало искусственное тяготение, к которому мы привыкли, но если корабль будет продолжать вращаться, набирая обороты, ускорение добавится, и нас может раздавить о стены, словно в гигантской центрифуге.

И словно подтверждая мои страхи, вращение ускорилось, огромная невидимая рука потащила меня мимо операционного стола к дальней стене. Трение больше не удерживало меня на полу.

Кто-то закричал:

— Что происходит?

Мой охранник спросил:

— Сержант, можно, я поджарю этого?

Люсио в ответ крикнул:

— Пока нет!

Я пытался ползти вперед, но был слишком слаб. Кончилось тем, что меня прижало к стене, в спину вдавилась ручка управления криотанка. Мертвецы, включая того, с моим хрустальным ножом промеж глаз, скользили по гладкому полу, как марионетки, которых дергают за ниточки. Постепенно всех сбило в кучу рядом со мной. На столе Даниель продолжал насиловать Абрайру, словно считал, что это его последний в жизни поступок.

Мой охранник в нерешительности смотрел, как я вытаскиваю хрустальный нож из черепа мертвеца и бросаю его в Даниеля. Он просвистел мимо, ударился в стену, отскочил и оказался снова рядом со мной. И я понял кое-что важное: если бы мы находились на оси вращения корабля, то центробежная сила расшвыряла бы нас в разные стороны. Но теперь мы все приблизительно на одном расстоянии от центра, и значит, нас прижмет к одной стене комнаты.