Дэйв Дункан – Кривой Домишко (страница 10)

Барсук пожал плечами.

— Не помню. Если я говорил что-то подобное, я соврал. Полагаю, я решил, что Орвил хвастает и придумал историю получше. Помни, мы были детьми.

Большинство из них были детьми. Но не Барсук. Когда его приняли, он твердил о том, что ему пятнадцать. Но никто не поверил. Он брился.

— Ты казался очень убедительным.

— Я хороший лжец. Вполне вероятно, что такой лаз есть. Возможно, я слышал об этом, поэтому утверждал, что видел его. В действительности дом зовется Смейли Холл, но все знают его как Зев Смейли. Это имя провала, в котором исчезает река Смейли. К югу от Браквуда много пещер, а потаённая задняя дверь никогда не бывает лишней в дикой и неспокойной стране. Но мой дом был в Кирквейне, к северу от леса. Я никогда не ходил рядом с Уотерби или Зевом Смейли. Все, что я знаю о Зеве — это то, что она проклята.

— Каким образом? — спросила Изумруд, источая скептицизм.

— С живущими там случаются страшные вещи. Дом старый, но ни одна семья не владела им долго. Они все умерли мерзкими смертями.

— Например?

— Например... если вы узнали название Смейли, то, наверняка, слышали и о Уотерби. Я имел в виду, слышали ли вы об этом месте до убийства Дигби?

— Только то, что Дюрендаль был назван бароном Роландом из Уотерби потому что именно там он спас жизнь короля.

— Ты помнишь, что говорит Литания?

— Конечно.

Доблестный часто слушал, как её читали. Так же, как и другие замечательные рассказы о Клинках, которые спасали жизнь своих подопечных или теряли свои жизни в таких попытках. Дюрендаль был особенным.

— Номер 444: сир Дюрендаль, который шестого дня шестого месяца, 355 года, на лугу возле Уотерби в одиночку выступил против четырех фехтовальщиков, пытавшихся убить его подопечного, и расправился с ними, как и его подопечный не получив ни единой травмы. Единственный раз, когда Клинок уложил сразу четверых, — пояснил он для Изумруд. — Сделать это на открытом пространстве было просто невозможно. В узком...

— Двое из убитых, — прервал его Барсук, — были сыновьями Барона Смейли из Зева Смейли. Их брат был казнен позже, в Бастионе Грандона, но только после того, как убил своего отца, барона. Это, в некотором роде, проклятие.

Доблестный ждал, когда Изумруд расскажет что-нибудь о магии проклятий, но она лишь спросила:

— Значит, здесь тянется давний след измены?

— Возможно. Смотрите, это край Браквуда! — Барсук указал на холмы впереди.

Хотя Браквуд считался королевским лесом, он представлял собой сплошь заросшее деревьями пространство от Уотерби до Кирквейна. Это был суровый край, где лес временами сменялся голыми равнинами. Большая часть открытых территорий представляла собой холмистую местность. Ни единый клочок голой земли не использовался под грядки. Здесь были озера и реки. Все вокруг принадлежало королю, который приезжал сюда охотиться раз в три-четыре года, чего больше не позволял никому. Здесь даже дерево нельзя было срубить без его дозволения. Исполнение непопулярных "лесных" законов и вся связанная с этим головная боль, лежало на плечах лорда Флориана, шерифа Уотерби. Именно у него Доблестный должен был найти помощь в своем деле.

Инструкции Змея были достаточно просты.

— Ты доказал свою храбрость в Квагмарше. На этот раз не хочу никакого героизма, понял? Не смей выделываться в Зеве Смейли, а то у нас вместо одной смерти образуется две. Просто найди того местного проводника, что ходил вместе с Дигби. Узнай у него, что Дигби видел и что говорил. И заканчивай. Узнай все что можно о Братстве. Если сумеешь докопаться до черной магии, найдешь по крайней мере двух независимых свидетелей, отправь сюда курьера. Я быстро приведу Старых Клинков. А пока можешь заняться разведкой местности, чтобы помочь нам спланировать атаку.

Сказав все это, Змей пронзил Доблестного пристальным взглядом.

— Могу я доверить тебе грамоту? Ты знаешь, что теоретически она дает тебе неограниченную власть. Это позволит тебе отправиться на задание, взяв под командование шерифа и всех его людей. Только попробуй отчебучить что-то в этом роде, мальчик, прежде, чем достанешь абсолютное доказательство измены или нападение на Его Величество. Клянусь, я заживо скормлю тебя дворцовым крысам.

Змей описал Уотерби, как милый городок на берегах Брекватер. Он рассказывал, что город давно оправился от осады 355 года, но стены так и не восстановили. Вместо этого, камни были использованы, чтобы значительно увеличить замок. По мере того, как группа Доблестного проезжала по заливному лугу, вероятно, мимо тех мест, где Дюрендаль пятнадцать лет назад совершил свое чудо, мрачное здание, казалось, становилось все более угрожающим. Оно словно нависало над домами, сгрудившимися в тени его башен.

— Мастер Люк, — сказал Доблестный. — Кастелян может встретить нас с охраной. Тебе бы лучше начинать одеваться, как девочке.

— Чем скорее, тем лучше. Как вы вообще носите эту ужасную одежду?

— В твоей я был бы очень странным фехтовальщиком. А ты, брат, должен зваться сир Барсук, раз уж носишь этот меч.

Барсук немного подумал.

— Предположим. Не вижу причин отказываться.

— А это вообще законно? — спросила Изумруд. — Разве может кто-либо кроме Клинка носить мечи с кошачьим глазом?

— Не очень, — признался Доблестный. — Никто, кроме Великого Магистра не станет возражать против того, чтобы меч Дигби отомстил за убийство хозяина, но кандидат не должен выдавать себя за полноценного члена ордена.

Возможно, было ошибкой дать Барсуку меч, но было в этом и доля разумности. Другие мечи в Айронхолле были не лучше лопаты. Надев его, кандидат совершил серьезное преступление, пошел на крупный обман, который мог бы привести его к смертной казни. Все Орден взвыл бы, словно орда драконов. Уже собственный статус Варта, первого несвязанного Клинка, был достаточно скандальным, хотя он был подкреплен приказом короля и одобрен Предводителем.

— Тогда представь его Барсуком из Кирквейна, и не дай людям заблуждаться. А мечами просто поменяйтесь.

— А?

Она вздохнула, словно Варт был невыразимо туп.

— Неужели ты будешь возражать против того, чтобы взять меч лорда Дигби?

— Почти нет.

— И, разумеется, ты сможешь одолжить свой Барсуку?

Мужчины обменялись задумчивыми взглядами. Барсук выдавил одну из своих кислых улыбок.

— Как ты смотришь на это, брат?

— Неплохая идейка, — согласился Доблестный. Он улыбнулся Изумруд, показывая, что действительно благодарен. — Давай попробуем.

Неволя и Ловкость были вынуты из ножен, поменяны местами, подняты и опробованы.

Хмурые взгляды были брошены, а губы надуты.

— Хорош для нарезания мяса, — заявил Доблестный. Он ненавидел сабли, так как привык брать скоростью, а не силой.

— Хорош для штопанья носков, — проворчал Барсук.

Ловкость вернулась к своему владельцу, а Неволя — к самозванцу.

— Идея хороша, — сказал Доблестный Изумруд, — но действительно хорошие фехтовальщики, вроде меня, владеют рапирой. Барсучий меч для безмозглых кузнецов. Хотя ты права на счет имен. Брат, ты станешь мастером Барсуком из Кирквейна. Если кто-то начнет навешивать тебе титулы — делай вид, что не замечаешь. По возможности, прячь рукоять под плащом. И позволь говорить мне.

— О, Великий Вождь, я буду молчаливым и невидимым.

Барсук надвинул шляпу на глаза.

Проехав через город, они добрались до замка. Дорога резко обрывалась у зловонного рва, канала, идущего от реки. Через него был натянут мостик, охраняемый людьми с пиками, но солдаты не предприняли никаких действий, чтобы помешать незнакомым людям пересечь проток. Копыта барабанили по доскам моста, эхом отскакивая от стен узкого туннеля, проходящего под башней. Проехав под ужасной решеткой и миновав массивную дверь, посетители оказались в освещенном солнцем дворе замка. Это была тесная маленькая площадь, с сухими и ухоженными лошадьми, вооруженными людьми и товарами, выложенными на продажу в лотках. Женщины сплетничали, мужчины спорили, дети кричали, собаки лаяли, а голуби ворковали.

Вновь прибывшие едва успели спешится у ворот крепости, как толпа вокруг них застыла, чтобы внимательнее разглядеть их. Прибежали мальчишки, желавшие взять у них лошадей. Вытирая руки о передник появился пухлый человечек, одетый, как слуга. Разумеется, он поклонился Барсуку. Видимо, решил, что Доблестный его оруженосец.

— Милорды... Катберд, стюард, сейчас отсутствует. Я — Каплин. Могу ли я вам чем-то помочь?

— Пожалуйста, сообщите шерифу, что сир Доблестный здесь и желает с ним поговорить, — сказал Доблестный.

Каплин поклонился снова и сказал, обращаясь словно бы в пустое пространство между ними.

— Я посмотрю, на месте ли его светлость, сир Доблестный.

Барсук взревел:

— Ему лучше быть на месте! У нас важное поручение от короля!

Вздрогнув, Каплин отступил на несколько шагов, а затем развернулся и побежал в дом.

— Я велел тебе держать язык за зубами! — мрачно сказал Доблестный, стараясь не кричать. Неправильно, неправильно, все неправильно! Безумный поступок Барсука соответствовал обычному поведению важных государственных чиновников. Но Змей послал сюда Доблестного именно потому, что юноша знал, как быть незаметным. Крик Барсука услышали так многие наблюдатели, что известие о людях короля через час расползется по всему городу. Вокруг шерифа наверняка крутятся шпионы Братства!