Деймон Краш – Уроки подчинения или Это приличная Академия! (страница 18)

— Не забывай, кто здесь главный, — прошептала она, а когда я собрался ответить, вновь заставила меня молчать, приложив палец к моим губам.

Великая Бездна! Дракон внутри был готов рвать и метать, я хотел накинуться на неё, сорвать с неё эту блузу и погрузиться в свою госпожу, словно там был мой долгожданный дом. И каких трудов стоило сдерживаться.

— Хороший мальчик, — выдохнула она, прижимаясь промежностью к члену, давно уже готовому к бою.

И тут я не выдержал. Зарычал, одним движением повалил девчонку на постель и навис сверху. Бездновы штаны! Если бы не они!..

Я на мгновение замешкался, соображая, как быстрее всего избавиться от лишней одежды — и этого мгновения хватило Стелле для того, чтобы пронзить меня резким ударом тока. Боль охватила всё тело, я выгнулся дугой и упал на кровать рядом с ней. В том месте, где она коснулась моей груди, теперь нестерпимо горел ожог.

— Если не будешь слушаться госпожу, тебя будет ждать наказание, — строго, но с возбуждённым придыханием произнесла она. — И держи своё достоинство в штанах, понял?

Я тяжело поднялся на локтях, глядя на неё сквозь свисающие распущенные волосы, и кивнул. Стелла усмехнулась и выгнулась в груди, опираясь на кровать только ягодицами и плечами. Блуза повисла, подчёркивая каждый изгиб её груди, а луна освещала женское тело, делая его почти произведением искусства. Ох, мать моя драконица!

Я провёл ладонью по её груди, касаясь возбуждённых сосков, и она сильнее прогнулась навстречу моей руке. Это было нестерпимо. Член напрягся почти до боли, даже несмотря на тот разряд, которым только что одарила меня эта опасная женщина.

Попытался расстегнуть блузу, но мелкие пуговки не поддавались — и я всё же порвал её. Пуговицы с треском разлетелись по комнате, а Стелла усмехнулась:

— Эл будет недоволен.

А мне было уже всё равно и на блузу, и на Гриндейла. Она двигалась, то подаваясь грудью мне навстречу, то отдаляясь, и эти живые волны ещё сильнее разжигали аппетит. Нырнув ладонями под тонкую спину, я обхватил губами один из сосков — и Стелла застонала в голос. От этого звука по коже пробежал озноб, и если бы не тот электрический разряд, который всё ещё напоминал о себе болью в груди…

Она положила ладони мне на макушку и надавила, намекая, чтобы я спустился ниже. На ней не было белья, и, раздвинув ноги, Стелла раскрыла источник её терпкого запаха. Невольный стон вырвался из моей груди. Бездна меня раздери…

И я покорно провёл языком по уже набухшему бугорку. Голос её стал глубже и звучней, а дыхание сбивалось от каждого следующего движения. Она тянулась ко мне бёдрами, мешая, сбивая меня с ритма, мне приходилось подстраиваться и ловить каждое колыхание. Обхватив губами бугорок и втянув его в рот, едва не выпустил, когда она возбуждённо содрогнулась.

Нет, так дело не пойдёт.

— Войди в меня, — вдруг прошептала она, и я удовлетворённо усмехнулся. Знал же, что если только поддастся, то отказаться от дальнейшего не сможет. Я поднялся на колени, одной рукой вошёл в неё, заставив выгнуться и громко застонать, а другой начал расстёгивать пуговицы на штанах.

И пусть она приняла меня за Ноя. И пусть пришла после своего Клуба — всё равно удовольствие она получает именно от моих рук.

Стоп.

Я вынул пальцы из её тёплых мягких, влажных тканей и резко вскочил на ноги. Сухой рукой растормошил волосы на голове и отчаянно застонал.

— Стелла! Очнись! Это не ты, это Клуб!

— Госпожа велела тебе молчать! — воскликнула она и бросила в меня плотный сгусток сжатой энергии, но сделала это так медленно и неуклюже, что я легко его поймал в сеть и развеял.

Всё-таки удобно людям, им поддаётся почти любая магия.

— Стелла, очнись, — я обхватил её плечи ладонями и встряхнул. — Стелла! Ты ведь прошла в Клуб. Не знаю, как ты из него вырвалась, но на тебе его паутина.

Взгляд девушки медленно прояснился. Она нахмурилась, глядя мне в глаза, потом вдруг отстранилась и потянула на себя жёсткое покрывало, которым всё ещё была накрыта постель.

— Н-не понимаю, — прошептала она. — Я же ничего не ела и не пила. И ушла оттуда почти сразу… Подожди, в Клубе, конечно, особая атмосфера, но я подумала, что это просто настроение такое, вот и…

— Сама подумай, — горячо шептал я. — Стала бы ты идти к одному из нас просто потому, что захотелось секса, а не потому, что на тебя что-то воздействует? Вспомни нашу первую встречу. Ведь тогда ты не только не поддалась, но ещё и обчистила нас.

Она несколько мгновений напряжённо на меня смотрела, потом твёрдо произнесла:

— Дай мне во что-нибудь одеться.

Я кивнул, достал из шкафа свою чёрную тренировочную майку и бросил её на кровать. После чего отвернулся и, прижавшись лбом к дверце шкафа, ударил по ней кулаком.

Размечтался. Она пришла к Ною, а не ко мне, и с чего я взял, что после такого она с радостью побежит ко мне в постель снова? Скорее наоборот, обидится ещё на то, что я воспользовался ситуацией. И хотя я скорее попросту растерялся, факт ведь остаётся фактом: воспользовался. И её ошибкой, и её слабостью.

— Драконята плешивые, — говорила она, шурша одеждой. — Эл меня убьёт, он над этой одеждой трясётся, как над хрустальной вазой.

— Это сейчас не главная проблема, — мой голос глухо отражался от шкафа. — На тебе паутина клуба.

— Ты это сейчас серьёзно или аллегориями говоришь?

— Серьёзно. Участники клуба опутаны какой-то паутиной силы, но её природу, как и пользу или вред, определить так и не смогли. Все говорят только то, что жить стало приятнее с тех пор, как в их жизни появился клуб, и потому эту паутину не то что снять не хотят, они её берегут. Бывали даже случаи, когда уже выпустившиеся студенты просились пройти в Академию, чтобы принять участие в очередной встрече.

Я осторожно обернулся. Стелла сидела на кровати в моей майке, которая была ей слишком велика и свободно свисала, полностью скрывая фигуру, и задумчиво смотрела в окно, между штор которого в комнату светила растущая луна.

— Что там происходило? — спросил я, и Стелла нехотя ответила:

— На самом деле, ничего особенного. Там просто огромный зал, похожий на очень большую гостиную. Освещение — красные лампы. Все сидят, пьют шампанское, общаются…

— И поэтому ты, вернувшись, накинулась на меня?

Она поморщилась. Видимо, мозги включились, и теперь самой стало неприятно от того, что поддалась паутине.

— Я ушла до того, как… все успели расслабиться достаточно, чтобы приступить к аморальным действиям. — Стелла бросила на меня резкий взгляд. — Ты знал! Знал, что там будет, и не говорил!

— Не знал. Только догадывался.

Я со вздохом вернулся к Стелле и, сев напротив неё, попытался рассмотреть паутину, но она была настолько тонка, а энергия, из которой она создана, настолько чужеродна, что едва ли смог бы хоть как-то на неё воздействовать.

— Драконы имеют обострённое обоняние, — пояснил я. — Не ко всему, а только к кое-каким гормонам, которые чаще всего совпадают с человеческими. Страх, радость, возбуждение. Чистокровные или более взрослые могут отличать комбинации и количество выделяемых гормонов. Думаешь, мы бы не заметили, что после этих встреч от всех людей-участников несёт так, словно они участвовали в длительной оргии?

Она даже содрогнулась от этих слов, и притянула плечи к ушам.

— И все они туда идут добровольно?

— Вот это и странно, — протянул я и нахмурился. — Сейчас не шевелись, я попробую снять её с тебя.

Она послушно замерла, наблюдая за каждым движением моих пальцев, но, как и ожидалось, ничего толкового из этой попытки не вышло.

— Бездна раздери, — рыкнул я. — Кто бы ни строил эти сети, они сделаны так, что дракон своими толстыми пальцами вряд ли сможет снять.

— Ты же Лоран! — воскликнула Стелла, с отчаянием глядя на меня. — Сделай хоть что-нибудь!

— Да не могу, говорю же! Слишком тонкая сеть.

Я всё ещё чувствовал, что её потряхивает от возбуждения — сеть была активна, и скорее всего пробудет таковой до утра, после чего уснёт и проснётся только к следующей клубной встрече. Если раньше мы могли только догадываться, что что-то насильно повышает либидо участникам клуба, то теперь это становилось очевидным. Но, Бездна раздери, зачем?!

Стелла, видимо, тоже прекрасно ощущала действие паутины. Она нервно покусывала нижнюю губу и с силой сжимала край моей майки.

— Это магия, а на магию сложно воздействовать препаратами, — проговорила она. — У меня есть кое-что, но…

Тут я вскинул указательный палец:

— Можно!

— Что? — моргнула она.

— Можно воздействовать препаратами. Смотри, паутина очень слаба, она не успела закрепиться. И если устроить организму настоящий стресс, то включатся защитные механизмы, которые очистят внешнее поле.

— Стресс, — пробормотала она и, соскочив с кровати, принялась расхаживать по комнате с приложенным к губам указательным пальцем. — Такого эффекта можно добиться с помощью рвотного. Экстремальная доза, полная очистка желудка и верхних отделов кишечника, лихорадка и обезвоживание.

— Подойдёт, — кивнул я. — Но не слишком ли жёстко?

Она остановилась, и в её взгляде заплясали блики. В этот момент больше всего мне хотелось прикоснуться к ней, но выражение её лица совершенно к этому не располагало.

— Тебе, конечно, хочется, чтобы эта дрянь и дальше заставляла меня приходить к тебе и просить того, что вы собирались взять с меня в качестве компенсации.