Деймон Краш – Уроки подчинения или Это приличная Академия! 2 (страница 6)

— А по какому праву? — встал рядом со мной Ной. — У вас есть доказательства, дозволение и выписка из штаба?

Саргон в несколько шагов приблизился к нам, и от его тяжёлой походки у меня подкосились колени, поэтому я села на свой стул, не сводя напряжённого взгляда со стража порядка. Тот выложил на заваленную травами столешницу передо мной поочерёдно несколько бумаг, при этом так хлопнув сверху, что травы под листами с хрустом рассыпались. Я мысленно уже десять раз выругалась на Ноя за то, что он вообще рот открыл.

— Вижу, с документами у вас всё в порядке, — сухо проговорил Ной, не теряя достоинства. — Как можно обсудить этот вопрос с вашим начальством?

— Молоко на губах оботри, малой, — ответил Саргон. — Можешь приходить на слушание в суде. Хотя слушать там нечего, и так всё понятно. На выход.

Я послушно встала и на подгибающихся ногах пошла к двери, благодаря Богиню за то, что всё-таки ни разу не пошла на чёрный рынок, иначе наказание могло бы быть намного строже.

Когда мы вышли из кабинета, следом за нами выскочили близнецы.

— Мы к дяде Блейну, что-нибудь придумаем, — негромко проговорил Эл, пробегая мимо меня, и я с тоской посмотрела на его спину, когда близнецы, обогнав меня, скрылись за поворотом на лестницу.

— Можешь не надеяться, — холодно заметил огненный дракон. — У нас есть неопровержимые доказательства вашей вины, и в любом случае отвечать перед законом придётся.

Я промолчала, решив, что говорить с таким — себе дороже. И, вскинув подбородок, ускорила шаг.

Парни что-нибудь придумают. Обязательно.

В участке было шумно. Служители закона в характерных чёрно-красных формах быстро проходили мимо, при этом из драконов здесь были только Саргоны, они сияли своими яркими рыжими и красными волосами между обычных людей, которых легко было узнать по довольно скромным одеждам. Среди прочих выделялись люди — боевые маги или артефакторники. Они ходили в длинных, до колен, пиджаках и выглядели самыми расслабленными из всех.

Наконец, мы дошли до коридора с камерами временного заключения. Каждая из них была закрыта стеной из полупрозрачного пламени, но меня провели дальше — до камеры с трёхслойной защитой.

Специальной камеры для магов.

Вместо обычной пламенной перегородки в качестве запирающего элемента стояли три артефакта, слева, справа и над дверью. Вместе они формировали непроницаемый барьер, поглощающий магию, и отключить их можно было только находясь снаружи. Внутри уже сидел понурый всклокоченный парень.

— Ещё одна из этих, — бросил Саргон, который привёл меня, в сторону смотрящего. — Урожай сегодня.

— Давай сюда, — выдохнул смотрящий, принимая из рук дракона бумаги. Подтолкнув меня в спину, тот поднёс руку к каждому артефакту по очереди, и барьер упал. Я не стала дожидаться особого приглашения. Вошла сама и с максимально независимым видом села на скамью напротив подозрительного вида парня.

— Надо бы ректору письмецо написать, — перед уходом заметил силовик. — Совсем его адепты от рук отбились.

Смотритель встал из-за своего стола и восстановил барьер, после чего, насвистывая себе под нос, покинул помещение вместе с моими бумагами.

Некоторое время я слушала едва доносящиеся до меня разговоры заключённых, которые сидели в противоположном конце зала, но потом подозрительный парень поднял голову и направил на меня тяжёлый взгляд покрасневших глаз.

— Ты человек, — констатировал он.

Тоже мне, новость.

— А что, не должна быть?

— У тебя значок академии.

— У тебя тоже.

Он сузил глаза, и от этого вид его стал ещё более болезненным. Видимо, бедняга на что-то серьёзно подсел.

— На углубленном курсе людей почти нет, — пояснил он, и я наконец поняла, к чему он клонит.

На старших курсах не было требования ни к форме, ни к наличию значка, но без него ходить всё равно никто не мог, потому что значок углубленных курсов по сути не отличительный элемент, а артефакт-пропуск на внутреннюю территорию академии.

Смутившись, я пожала плечами:

— Всё равно это не делает удивительным тот факт, что среди них попадаются люди.

— Какова вероятность встретиться в таком маленьком замкнутом пространстве двум людям с драконьего курса?

— Невелика, — признала я.

— Мик, — парень ударил кулаком в грудь и протянул его в мою сторону. — Митчелл Ковак, второй год, отделение стальных драконов. Специализируюсь на драгоценных металлах.

— Выгодное направление, — признала я. — Перспективы хорошие.

И, коснувшись кулаком его протянутой руки, добавила:

— Стелла. Отделение Лоранов, первый год.

Он поморщился.

— Перспективы, говоришь. Конкуренцию с Артасами трудно выдержать. Они везде своих берут, люди им не интересны.

Воцарилось неловкое молчание, которое было прервано скрипом открывшейся двери и шагами приближающегося Саргона.

— Ковак, — бросил смотритель, глядя в раскрытую папку. — Через десять минут за тобой придут — и на выход.

— Но, шеф! — воскликнул Мик и встал, приложив ладони к барьеру. — Я утопил кошку и заслуживаю в наказание дюжину дней заключения! А так как топил с особой жестокостью, то даже две!

— Кошку нашли уже, — с непередаваемой иронией ответил смотритель. — Состава преступления нет. Ещё раз такое выкинешь — выпишем штраф за ложные показания.

— А заключение выпишете? — с надеждой в голосе спросил Мик.

— Только штраф.

Саргон положил папку на стол и снова покинул зал. Митчелл разочарованно упал обратно на скамью.

— Ты что, серьёзно так хочешь, чтобы тебя здесь закрыли? — искренне удивилась я. — Но зачем?!

Митчелл затравленно огляделся и, склонившись ко мне, прошептал:

— Скажи, тебя принял в свои стены Тайный Клуб?

— Д-да, — кивнула я.

— Беги оттуда, беги, пока не поздно!.. — потом с разочарованным стоном откинулся к стене и покачал головой: — Нет, слишком поздно, ты уже попала в его сети.

— А почему это проблема? — осторожно спросила я.

— Да ты посмотри на меня! — Мик внезапно сорвался на крик и, вскочив на ноги, принялся нервно расхаживать по камере из стороны в сторону. — Думаешь, я всегда был такой? А? Думаешь, у меня просто крыша едет, да? Думаешь, меня надо отвести в психушку?!

С этими словами он встал передо мной и склонился так близко, что я почувствовала его дыхание своей кожей.

— А вот и надо, — произнёс он бархатным, вкрадчивым голосом. — В психушке мне самое место.

И со вздохом развёл руками:

— Но не берут! Говорят, я здоров. По мне разве заметно, что я здоров?

— А почему ты считаешь себя нездоровым? — осторожно поинтересовалась я.

Мик поморщился и, сев рядом со мной, тяжело опёрся локтями о колени.

— Я ведь давно учился, чтобы поступить на курс Артасов. Специализируюсь на артефакторике, делаю разные цацки со спецэффектами. И всё то время, что учился в академии на общем курсе, каждое утро запитывал силой свои побрякушки.

— Замечательное рвение, — заметила я. — Не удивительно, что ты поступил.

— Ага. Только вот когда я начал ходить в клуб, сначала вовсе забывал по утрам напитать артефакты, а позже стал замечать, что после ночи в клубе я пустой. То есть, совсем, понимаешь? Тогда я стал вспоминать, что же такого делал в клубе, что наутро не имею в себе ни капли силы.

— И не смог, — понимающе кивнула я.

Мик вскинул указательный палец:

— Вот! Ты знаешь.

— И что было дальше?

— Дальше я решил не ходить в Клуб, — он снова начал нервно наворачивать круги по камере. — И не мог. Если я нахожусь неподалеку в дни открытия Клуба, меня тянет туда непреодолимая сила. Единственный способ не пойти туда — это в течение нескольких дней быть максимально далеко или в таком месте, откуда невозможно выйти. Дважды пытался сесть за решётку, но оказался недостаточно решителен, чтобы совершить настоящее преступление. Дважды сдавался в психушку, но там мне отказывают, заверяя, что по всем тестам я нормальный. Но я не нормальный!!!