Деймон Краш – Уроки подчинения или Это приличная Академия! 2 (страница 35)

— Какой игры?

Ной сел за руль и, пристегнувшись, поднял на меня удивлённый взгляд:

— Ты что, вообще ничего про драгонбол не знаешь? Эл тебе вроде не чужой человек, а Линда и та уже который раз спрашивала его о готовности к чемпионату.

— Так, погоди, давай по-порядку, — я разгладила на коленях юбку своего старого платья, искоса посматривая на хозяина дома, который провожал меня хмурым взглядом через окно. — У Эла чемпионат?

— Да, с завтрашнего дня начинается межмировой чемпионат по драгонболу среди команд академий, и Виригия участвует в нём первый раз за всю историю. Ты даже газет не читаешь? Эл же на первых страницах уже которую неделю!

Мне стало стыдно. И это ещё мягко сказано. Даже в голове не укладывалось, что настырный и прямолинейный Эйлар может быть настолько скромен, что умолчал о такой незначительной детали своей биографии. Да, он прямо говорил о том, что у него утром перед учёбой тренировка, и пару раз мне даже довелось застать несколько минут, когда они уже заканчивали игру и понаблюдать, как драконы выделывают в воздухе разнообразные фигуры и кульбиты.

— И зачем быть таким таинственным, — проворчала я. — Ни про Эбигейл ничего не рассказал, ни про чепионат.

— А, то есть, для тебя его отношения с Эби и историческое участие в чемпионате — вещи одного порядка? — весело уточнил Ной, окончательно вогнав меня в краску. Я скрестила руки на груди и некоторое время мы ехали молча.

— Давай ещё раз по порядку, — вздохнула я, собравшись с мыслями. — Выходит, первая игра послезавтра. И мы, конечно, должны на неё явиться.

— Думаю, он ничего не скажет, если ты не придёшь, но я бы рисковать не стал. Мне с ним ещё долго жить. Особенно если Кэмерон добьётся своего и заставит нас жениться на Эби.

Я стянула с себя шарф и, сложив его вчетверо, хлестнула Ноя. Тот тихо рассмеялся.

— Какая ты сегодня агрессивная, — заметил он.

— Где и когда?

— Ты и этого не знаешь?

— Как?! Я вообще ничего про этот ваш чемпионат не знаю! Простите, что не интересуюсь спортом!

Мне стало обидно, и я отвернулась. В конце концов, не интересоваться спортом — это нормально, а что они ничего не рассказывали об увлечении Эла — так в том не моя вина.

— Так как Виригия в этом году впервые участвует в чемпионате академий, то проходить он будет у нас. Недалеко за городом построили специальный стадион.

Ника положила руки на спинку водительского сидения и высунула голову, оказавшись рядом с Ноем:

— А можно мне с вами?

— У тебя уроки вообще-то!

— Ну пожа-а-алуйста!

— Уроки каждый день, — заметил Ной. — А когда будет следующая возможность посмотреть на игру настоящего драгонбола — неизвестно.

— Ладно, — отмахнулась я. — Поедем вместе.

Через несколько минут мы остановились у школы, и Ника, демонстративно попрощавшись с Ноем, гордо зашагала в сторону здания. В отличие от нас, у неё был всего один выходной, и тот пролетел незаметно. Когда мы остались одни, Ной не торопился заводить машину, и некоторое время мы сидели, наблюдая, как школьники спешат на первый урок, словно школа их засасывает в себя.

— Ты чего-то ждёшь? — спросила я спустя несколько минут задумчивого молчания. Холодный ветер задувал между надвинутой крышей и стеклом автомобиля, напоминая о том, что зима приближается.

— Да нет, просто задумался… как было бы здорово, если бы ты любила меня так же, как Ника.

— Я… — я запнулась и смутилась. — Почему ты вообще подумал об этом?

— Ты спрашивала меня насчёт Клуба и моих размышлениях о нём, — внезапно напомнил Ной. — Эл мне этого не простит, но я тебе расскажу кое-что.

— Давай, я слушаю.

— Не здесь. Пойдём куда-нибудь… в более уютное место.

Он вышел из машины, обошёл её по кругу и, открыв мою дверь, протянул руку.

— Что? Куда?.. — растерянно ответила я и только теперь заметила, что с потемневшего неба начал сыпать крупный снег.

— Прогуляемся, если ты не против.

— Нет, но…

Он открыл багажник и вытащил оттуда довольно объёмную коробку, украшенную элегантным стильным бантом.

— Подарок? — я вскинула бровь.

— Подарок.

— Боюсь подумать, чем обязана, — я осторожно потянула крышку коробки, чтобы заглянуть внутрь.

— Никаких обязательств. Никаких намёков. Я просто заметил, что ты мёрзнешь.

Когда крышка наконец поддалась, и коробка открылась, я обнаружила внутри мягкое пальто с шерстяным подкладом. Провела по нему ладонью. Мягко и так нежно, что, не удержавшись, я взяла полотно в руки и прижалась к нему щекой.

— Нравится? — не без удовольствия спросил Ной.

— Очень, — призналась я.

— Тогда иди сюда.

Он жестом показал, что готов снять с меня старенькое протёртое пальто, и я послушно расстегнула его, позволив ему одеть меня в новое. На него тут же упало несколько крупных пушистых снежинок, а я приложила к лицу рукава и втянула тонкий свежий аромат, который смешивался с запахом утреннего морозца.

— Но почему?.. — выдохнула я. Мне казалось, что те “странные” отношения, которые были между нами, когда неясно кто из нас чья игрушка, уже отошли на второй план и остались разве что на словах.

— Потому что ты мёрзнешь, — просто ответил Ной и накинул мне на голову капюшон.

Мне стало одновременно и приятно, и неудобно. С одной стороны хотелось отказаться, с другой — понимала, что для него этот подарок пустяк, просто забота от чистого сердца. Поэтому просто качнулась вперёд, упав в его объятья и спряталась носом в его плотном чёрном пальто. Снежинки на нём растаяли от моей близости.

— Спасибо, — прошептала я.

Он приобнял меня за талию и подтолкнул вдоль улицы. Мы шли медленно. Снег постепенно усиливался, покрывая мощёные дорожки мягким ковром, замирая на наших руках, головах и ресницах. Не нужно было никаких слов. Мир замер и затих, позволяя просто слушать биение собственного сердца и скрип снега под ногами.https:// /profile/1972/books

Глава 17.2

Молчание затянулось. Первое снежное утро в этом году, которое должно было заставить меня замереть в тихом восторге, отозвалось внутри тревогой. Великая Праматерь, я ведь обещала себе, что расспрошу Эла о драгонболе после встречи с Линдой перед испытанием! Но потом столько всего произошло…

— Вон, смотри, кажется, приятное местечко, — Ной указал на небольшое кафе на углу шестиугольной площади. Вдоль навесной крыши над крыльцом и окном висели крупные круглые фонари, горящие тусклым жёлтым светом, тряпичные края трепетали на ветру, а сверху уже скопилась снежная шапка. От кафе тянулся тонкий аромат свежей выпечки и кофе.

Над нашими головами бряцнул колокольчик, когда дверь открылась — и ещё раз, закрываясь.

— Доброе утро, молодые люди, — поприветствовала нас маленькая пухленькая хозяйка в белом фартуке и с чепчиком на пышной причёске седых волос. — Предложить вам утреннее меню или хотите взбодриться крепким ароматным кофе?

— Меню, пожалуйста, — уверенно попросил Ной. — Мы задержимся у вас на некоторое время, слишком уж уютно.

— Да оставайтесь, сколько хотите, — она смущённо махнула рукой и, взяв со стойки два больших картонных листа, по очереди вручила нам по одному. — Вон там прекрасный уголок у окна, и не увидит вас там никто. Кроме меня, конечно.

Она подмигнула и, напевая себе под нос, отправилась за стойку, где расположилась большая печь. Судя по запаху, огонь в ней был самый настоящий, и никакого отношения к магии Саргонов не имел. Женщина надела на руки большие перепачканные сажей рукавицы и аккуратно сняла чёрную крышку, чтобы следом с помощью деревянной лопаты вытащить из печи несколько румяных пирогов.

Через несколько минут хозяйка приняла у нас заказ и ушла на кухню, оставив нас вдвоём за небольшим столиком, частично скрытым за колонной. Она оставила нам чайничек с чаем, который стоял над крошечной свечкой, и две чайные пары.

— Так о чём ты хотел рассказать? — спросила я, разливая чай.

— Мы от тебя кое-что скрыли, — ответил Ной, насыпая в чай сахар, ложку за ложкой. Хотя он всегда так делал, я в очередной раз мысленно поморщилась, представив себе, каково это на вкус и пригубила свой напиток, в котором не было ни грамма сахара — чистый травяной аромат и лёгкая терпкость.

— Вы многое от меня скрываете. Я уже почти привыкла.

Он усмехнулся и пару минут задумчиво размешивал сахар, наблюдая, как постепенно растворяются его частички.

— Почти месяц назад нас вызвали на разговор Золотые, — с тяжёлым вздохом начал Ной. У меня медленно отвисла челюсть. — Оказывается, насчёт…

— Те самые Золотые? — возбуждённым шёпотом перебила я и огляделась, почему-то испугавшись, что кто-то услышит. — Прям вот… те самые?!

— Те самые, — кивнул Ной.