Дейлор Смит – Точка Бифуркации #17. Финал (страница 4)
Да, много. Но эта информация явно не из городской библиотеки…
— Как это, «настроиться на человека»? — тут же заинтересовалась Соня.
— Это я тебе объяснить не смогу. Но если получится, ты сможешь видеть больше. А ещё, по логике, это будут не случайные видения, а вполне себе регулярные, но связанные как раз с этим человеком.
— А при идеальном раскладе, мироздание будет приоткрывать завесу по твоему запросу… — негромко добавил я, задумчиво уставившись перед собой. Мысль возникла в голове буквально из ниоткуда.
— Это, вероятно, из клановой библиотеки? — так же задумчиво уточнил Степан, уставившись на Алису.
— Да.
— У вашего рода тоже была ясновидящая?
— Нет, — покачала головой моя супруга. — По сути, это, как бы, общеизвестная информация… но где попало её, конечно, не найти. В середине прошлого века была одна известная в нашей империи пророчица. Естественно, за её жизнью многие внимательно следили. В том числе и наша разведка.
Очень любопытно… Однозначно стоит поспрашивать у жены на этот счёт больше подробностей.
— И где она сейчас? — полюбопытствовала Маша.
— Давным-давно на том свете, — опустила взгляд Алиса. — Её убили.
Сказанное погрузило гостиную в тишину. И судя по лицу Сони, она тут же невольно примерила судьбу той женщины на свою шкуру.
— Известно при каких обстоятельствах? — на этот раз уточнил я.
— Да, это тоже не является тайной. Это случилось во время простой прогулки по городу. Пророка застрелил кто-то из бездарных, — и следом отметив, что вопросов у нас стало ещё больше, Алиса продолжила: — Там весьма трагичная история…
Далее супруга поведала нам довольно короткий рассказ, из которого выходило, что знаменитую в прошлом Наталию Свечникову вполне себе ценили и даже очень хорошо охраняли, но неформальное звание народной любимицы сыграло с ней злую шутку. И всему виной, как становилось ясно из этого рассказа, стало неумелое обращение покровителей Наталии со своим «активом». А именно четы Романовых, которые в период невовремя случившихся по всей империи народных волнений выпустили её в качестве так называемого ЛОМа[1]. В итоге она, подчиняясь приказу свыше, была вынуждена откровенно солгать людям о «наступлении десятилетия экономического подъёма и безбедной жизни». И как ни странно, но вкупе с другими принятыми мерами, это помогло — народ по большей части успокоился. Власть же, когда всё поутихло, сначала без лишнего шума, а затем и показательно провела чистки и репрессии, выявив и казнив всех лидеров и активистов уже затухших протестов.
Вдобавок, в этом мире, примерно в середине прошлого века, против слов пророка наступили совершенно другие времена — шла гонка вооружений, в том числе и ядерная гонка, и обычному народу приходилось совсем нелегко. Не сравнить, конечно, с нашими девяностыми, но видимо этого хватило, чтобы нашлись особо обиженные жизнью люди, готовые пойти на подготовку и реализацию вошедшего в историю громкого преступления. Правда в школьной и университетской учебных программах нам, конечно же, такого не рассказывали — то дело клановых учителей, потому как знания были из категории «не для всех». К слову, когда появятся свои дети, нужно будет задуматься о том, чтобы и в нашем роду имелись такие компетентные люди, задачей которых будет восполнять пробелы школьного образования.
— Да уж… вопросов стало ещё больше, — почесав затылок, произнёс Максим.
— А меня в этой истории удивило то, что она смогла позволить себе врать. Ну-у… в том смысле, что без боязни потерять дар.
— Да, я тоже обратила на это внимание, — оживилась Алиса. — Тут мнения аналитиков расходятся: кто-то считает, что дар пророка не опирается на такие качества как честь, и позволить себе откровенную ложь они могут. Другие уверены, что Свечникова никого и не обманывала, просто в результате ряда неправильно принятых решений история пошла другим ходом и предсказание не сбылось. Кто-то и вовсе уверен, что Наталия потеряла свой дар много раньше и потому могла говорить и делать что угодно. По той же причине её стали чаще выводить в люди и хуже охранять, что сделало возможным успешность будущего покушения. Здесь только гадать… — повела плечиком супруга, очевидно не отдавая какой-либо из озвученных версий своего предпочтения.
— Соня, — улыбнулся я, привлекая внимание девушки, которая сейчас была явно серьёзно впечатлена услышанным. — Советую тебе сильно не грузить свою голову на эту тему. Как я раньше тебе и обещал, этот дом и мы будем стараться обеспечить твою безопасность в должной мере. И здесь будет не лишним всем присутствующим напомнить, что дар Сони должен ради этой самой безопасности, причём не только её, но и нашей с вами, оставаться в тайне. В том числе, настоятельно запрещаю любой поиск информации на эту тему.
— Не маленькие, Лёха, — покивал на мои слова Стёпа. — Все всё понимаем.
— Хорошо, — так же кивнул я. — Лично для тебя, Соня, ещё раз подчеркну: лишние переживания из головы постарайся выбросить. Живи спокойно, работай, если тебе нравится твоё нынешнее занятие, ну и развивай дар. Оно всегда полезно. Но наперёд скажу, что лишнюю ответственность на себя вешать не нужно — ты и так сделала уже очень и очень многое, — поймав ответный взгляд провидицы, я бегло оглядел присутствующих, и добавил: — На этом вынужден вас оставить. Нужно во дворец.
— А праздник?
— Так это вечером. Думаю, успею!
Поднявшись из-за стола, я отметил, как вслед за мной заторопилась и супруга. Следом поравнявшись плечами, она направилась вместе со мной в сторону спальни.
— Что-то случилось?
— Да. Я хотела с тобой кое о чём поговорить.
Глава 3
— Слушаю, — улыбнувшись, ответил я, оглядывая супругу и одновременно указывая ей на одно из двух имевшихся в нашей спальне уютных кресел.
Алиса приняла моё предложение и, поудобнее разместившись, молча уставилась на меня, очевидно подбирая слова для начала разговора. Мешать я ей с этим делом не стал и также молча уселся во второе кресло.
Молчание растянулось едва ли не на полминуты, по истечению которых девушка наконец собралась с мыслями и заговорила:
— Это касается моей охраны, — начала она, пересекаясь со мной взглядом, и, быстро сглотнув, тут же продолжила. — В первые дни после того как мы поженились, они разместились в нашем особняке, заняв ряд отведённых под персонал помещений. Но несколько дней назад, как я поняла по твоему личному приказу, их выселили из нашего особняка и выпроводили к воротам.
Да уж, ситуация действительно непростая, и этого неудобного разговора, я, честно говоря, ждал. Точнее, понимал, что в самое ближайшее время он обязательно произойдёт. Я было даже хотел выступить его инициатором, но за всей этой праздничной кутерьмой и небольшой войной в Габоне, вкупе с думами о более глобальных проблемах, сначала запамятовал, а затем и вовсе пустил на самотёк.
— Всё верно, Алиса. Сложилось так, что мне пришлось пойти на эти меры.
— Но, Лёша… это ведь мои люди… — по ходу разговора стала всё сильнее волноваться супруга. — Они меня охраняют, у них клятвы… Я не могу позволить себе поступать так с теми, кто не раз рисковал своей жизнью ради меня!..
— Технически, так поступаешь с ними не ты, а я… — начал было я, но отметив как хмурятся её бровки и надуваются щёки, застыл на месте. Зрелище, надо сказать, редкое и необычное.
Даже любопытно, что будет дальше? Конфликт? Ссора? Или обойдётся? Так-то я настроен очень миролюбиво, но кое-кому всё-таки придётся очень сильно подвинуться…
— Лёша!.. — с лёгкой обидой в интонации ответила на мои слова девушка. А я тем временем осознал, что не смогу и не захочу с ней вести разговор так, как я это привык обычно делать со своими оппонентами.
— Хорошо, давай серьёзно. Ты понимаешь почему я так поступил?
— Не совсем, — качнула головой княгиня, тут же успокоившись.
— Хм, как бы так… — начал я, подбирая слова. — В общем… вся суть проблемы в том, что ты называешь этот боевой отряд своими людьми, но в действительности это не совсем так, Алиса.
— Лёша, они мне присягали, — тут же произнесла супруга, удивлённо на меня уставившись. — Как же может быть иначе?
На лице Алисы отразилось искреннее непонимание. Собственно, я изначально понимал, что моя жена в этих вопросах пока что несведуща. Что на самом деле довольно удивительно, так как обычно именно она как никто другой могла мне объяснить некоторые нюансы аристократической жизни и то, как в дворянских семьях обстоят дела. Этот же вопрос почему-то прошёл мимо её светлой головы. Ну да не страшно.
— Легко, если клятвы тебе и твоему отцу не противоречат друг другу, — ответил я, и, видя на лице супруги зарождающееся понимание, продолжил: — По сути, это обычная практика в любой семье. Не могут телохранители детей не подчиняться главе рода. Так что твоя охрана — это в первую очередь люди дома Белорецких.
Предпоследняя фраза, судя по выражению лица Алисы, сняла все сомнения. Это было логично, и с этим нельзя было спорить. Да и если подумать, то наверняка она могла вспомнить десятки разных случаев, когда «её люди», вытянувшись по струнке, держали перед её отцом отчёт.
— Поэтому допустить жить в наш дом боевую группу, которая находится под присягой у твоего отца, я не могу. Несмотря на наши тёплые и союзнические отношения, это будет с моей стороны непозволительной глупостью и плохим прецедентом, — немного подумав, я решил дополнить свой ответ: — Ошибкой было не обсудить это с тобой и твоим отцом раньше, но что есть. Сама понимаешь, не бездельничаем.