Дэйки Като – БДСМ-гейша (страница 3)

– Она просто выполняет свою работу.

– Ага. Похоже, она получает удовольствие от того, что заставляет других нервничать.

Я не ответила. Я смотрела в зеркало, вглядываясь в свое отражение. Девушка в прозрачной блузке и короткой юбке. Глаза полны тревоги. Щеки розовые от смущения.

Это была не я. Или я просто не знаю, кто я на самом деле?

Глава 3. Первый сын, второй сын

Мы ждали почти час. Иногда дверь открывалась, и Хикэри-сан заглядывала, вероятно, чтобы проверить, не сбежали ли мы, помешавшись от страха.

Порой она подходила к кому-то из нас и говорила:

– Сиди прямо. Спина должна быть ровной. Дыхание размеренным.

Она словно бы учила нас быть идеальными. И совершенно неожиданно я поняла: Хикэри-сан – не просто администратор. Она – ключ к этому миру. Она – первый рубеж, который должен сломить тебя или сделать сильнее. И я решила: я не сломаюсь.

Даже если мое сердце колотилось так, что казалось – вот-вот выскочит из груди. Даже если я чувствовала себя голой не только телом, но и душой. Я останусь. И я сделаю все, чтобы выдержать испытание. Потому что впервые в жизни я почувствовала, что нахожусь на грани чего-то необыкновенного. Чего-то, о чем раньше никогда не думала.

Когда дверь снова открылась, вошел мужчина. Высокий, в строгом костюме, с пронзительным взглядом. Он представился как Ичиро2 Канэко. Босс.

За ним следовал другой – чуть моложе, но тоже внушительный. Джиро3 Канэко. Его брат. Заместитель.

Мужчины сели за стол. Посмотрели на нас. Без улыбок. Без вопросов.

– Первое задание, – произнес Ичиро. – Встаньте. Снимите блузки.

Мы переглянулись.

– Что? Как это? – спросила Томоко.

– Вы слышали. Снимите блузки. Сейчас.

Я посмотрела на Хикэри-сан. Она стояла у двери, как статуя. Лицо непроницаемо.

Мои руки задрожали. Я посмотрела на Томоко. Кажется, впервые та пребывала в растерянности. Понятия не имею, что на меня нашло. Но только я сняла свою блузку первой. Спокойно, без колебаний. Как будто бы я вдруг стала взрослее, чем моя подруга. И ей ничего не оставалось, как последовать моему примеру.

Теперь юбки, – потребовал Джиро.

Я замерла. Но к Томоко уже вернулось самообладание – она потянулась назад, чтобы расстегнуть пуговицу на юбке. Я тоже начала.

– Хватит, – сказал Ичиро. – Оставьте юбки. Только блузки.

Мы стояли наполовину голые. Или, точнее, почти полностью обнаженные, потому что мини-юбка все равно ничего не скрывала. Как только я встала, она задралась так, что открыла ягодицы.

– Отлично, – кивнул он. – Сядьте. Не двигайтесь.

И они начали задавать вопросы.

Не обычные вопросы о предыдущем опыте или образовании. Нет. Они спрашивали о желаниях, страхах, границах. О том, готовы ли мы им подчиняться. О том, можем ли мы принять их власть как данность.

Они играли с нами. Проверяли. Смотрели, как мы реагируем.

Я не помню, как прошла через первый час собеседования. Время будто растеклось в стороны, став размытым и бесконечным. Меня спрашивали – нет, не о работе, не о моих навыках, а о чем-то гораздо более интимном. О моих личных самозапретах. О неприязни к чему-то. О том, могу ли я не смотреть мужчинам в глаза, когда они говорят со мной. Могу ли я молчать, если мне приказывают. Могу ли я подчиняться без вопросов.

Томоко отвечала легко. Иногда даже с вызовом, но так, что это не выглядело дерзостью – скорее игрой. Она знала, как управлять вниманием. Как держаться уверенно, даже когда ее тело почти обнажено.

Я же чувствовала себя, как на операционном столе. Разобранная на части, вывернутая наизнанку. Каждое слово, каждый взгляд, каждое движение оценивались. Не как часть теста, а как показатель чего-то большего.

– Встаньте, – приказал вдруг Ичиро. – Его голос был глубоким, холодным, как вода из колодца зимой. – Обе.

Мы повиновались. Я почувствовала, как ноги слегка подгибаются. Юбка прилипла к коже от пота и стесняла движения, хотя теперь она была единственной защитой от их пронзительных взглядов.

– Подойдите ко мне, – продолжил он.

Мы сделали несколько шагов вперед. Томоко шла первой, уверенно, почти грациозно. Моей же твердости хватило лишь на первые несколько секунд этой странной встречи – тех, когда мне пришло в голову, опередив подругу, снять блузку. Теперь же я робко следовала за Томоко, стараясь не запнуться.

Ичиро медленно встал. Когда он оказался рядом, я почувствовала его запах: дорогой парфюм, немного кожи, немного власти.

– Теперь опуститесь на колени, – потребовал он.

Его тон был жестким.

– Что? – спросила я, не осознав, что произнесла это вслух.

Он был гораздо выше меня и посмотрел сверху вниз. Его глаза были темными, пронзительными, но не злыми. Скорее… требовательными.

– Я дал команду. Выполняйте.

Томоко опустилась первой. Медленно, с достоинством. Ее голова оставалась высоко поднятой, но плечи слегка напряглись.

Я колебалась. Только секунду. Но этой секунды хватило.

– Мизуки, – повысил на меня тон Джиро, который до этого в основном молчал. – Ты хочешь быть здесь?

– Да, – поспешно выпалила я, сама не понимая, почему ответила именно так.

– Тогда покажи, что ты можешь слушаться. Без сомнений. Без задержек.

Я опустилась на колени. Пол был настолько холодным, что сразу пробрал меня до костей. Я чувствовала, как край юбки трется о мою самую нежную плоть, как воздух играет с кожей, как внутри все дрожит от смешения страха и чего-то еще… чего-то, что я не могла назвать. В голове все помутилось. И, черт, я начала возбуждаться…

– Хорошо, – удовлетворился между тем Ичиро. – Теперь положите руки на бедра. Ладонями вверх.

Мы выполнили.

Он обошел нас, остановившись позади. Я не видела его, но ощущала присутствие, потому что мужчина стоял слишком близко, чтобы быть просто наблюдателем. Затем я услышала щелчок ремня. Он снимал его с брюк.

Мое сердце заколотилось.

– Это испытание, – сказал он. – Просто испытание. Никакого наказания. Пока.

Ремень лег на мою ладонь. Твердый, кожаный, тяжелый.

– Держите его.

Томока тоже подставила свои руки.

– Не двигайтесь. Не позволяйте ему упасть.

Мы сидели так долго, что руки начали неметь. При этом внизу я была уже вся мокрая. Я не знала, сколько прошло времени – десять минут, полчаса? Мне казалось, что время снова запуталось и потеряло свой ход.

Ичиро вернулся к своему месту. Джиро наблюдал за нами, ни разу не вмешавшись.

– Отлично, – сказал он через некоторое время. – Теперь встаньте. Медленно.

Мы встали. Руки болели. Ремень упал с ладоней, но Томоко перехватила его и протянула обратно хозяину.

– Хорошая реакция, – слегка улыбнувшись, одобрил Ичиро. – А теперь следующее задание.

Он подошел к Хикэри-сан, которая все это время стояла в углу комнаты, словно манекен. Они переговорили – тихо, потом он кивнул.

– Мизуки, – позвал он. – Ты будешь первой.

– Что нужно сделать? – спросила я.

– Подойди к стене. Лицом к ней. Руки вверх. Ладони на стену.

Я пошла. Шаги давались тяжело, будто я шла не на задание, а на экзамен, результат которого решит мою судьбу.