Дэй Лакки – Двойная расплата (страница 4)

И теперь я пленница в этом особняке. Впрочем, он достаточно велик и удобств тут куда больше, чем в любой тюрьме. Для прогулок есть небольшой сад, а для занятий спортом – тренажерный зал и три бассейна. Достаточно, чтобы поддерживать себя в форме.

Впрочем, до сих пор я ни разу не воспользовалась ни парком, ни залом, ни бассейном, хотя хозяева щедро выдали разрешение: хватало физической нагрузки от уборки этого огромного дома.

– Эмилия! – раздался с улицы голос одного из моих хозяев, кажется, Клайда.

И я торопливо заговорила в трубку:

– Всё, всё, мамочка, зовёт выпускающий редактор – нужно ещё раз перечитать статью.

Боже! Статью… Врать – далеко не самое любимое моё занятие. Но что поделать, если все складывается именно так?

Я дала отбой и полетела во двор к большому бассейну – кажется, звали меня именно оттуда. За эти несколько дней я уже неплохо ориентировалась в доме.

Рассекая голубую воду крепкими руками, в мою сторону плыл Клайд. На мгновение я залюбовалась им, и вдруг… о боже! Присмотрелась внимательнее, и моя догадка подтвердилась: плавок на нем не было! Он купался в бассейне обнажённым! Я вгляделась, не веря своим глазам, но – никакой ошибки! – вместо ткани под прозрачной водой были видны крепкие ягодицы.

Клайд остановился возле бортика, поднялся на ноги, и я невольно отвела взгляд, чтобы случайно не увидеть то, что мне видеть не положено. Но оказалось, что в бассейне достаточно глубоко. Моему взгляду предстали лишь широкие плечи и накачанные кубики торса, усеянные каплями.

– Принеси чем вытереться, – коротко бросил Клайд, и я моментом скрылась в доме, чувствуя, как предательски пылают щёки.

Полотенце нашлось сразу же, и я, вернувшись, положила его на краешек шезлонга и, даже не оглянувшись на Клайда, собиралась снова исчезнуть, но он окликнул:

– Эмилия, не уходи, ты мне поможешь.

Судя по плеску воды, он вышел из бассейна, а значит – стоял у меня за спиной. Я застыла, понимая, что ни за какие сокровища мира не соглашусь повернуться к нему.

– Эмилия, – в голосе работодателя прорезались стальные нотки, что лишний раз напомнило о моем положении.

Какие сокровища? Мне их никто и не собирался предлагать. Я здесь просто прислуга и должна делать то, что скажут. К тому же это просто работа. Просто работа.

Медленно выдохнув, я повернулась. И тут же мой взгляд скользнул вверх, к влажным волосам, которые сейчас казались гораздо темнее. С них неспешно стекали капли воды, ползли по худощавому лицу Олафссона, будто пытались еще больше подчеркнуть его скулы. Мягко сползали с его шеи на сильные плечи, а после…

Я снова поспешно подняла взгляд и наткнулась на встречный – темный и выжидающий.

С трудом вспомнив, о чем он просил, я подхватила полотенце и протянула ему. Он даже не пошевелился.

– Думаешь, я не мог сам нагнуться за полотенцем? Я рассчитываю на большую помощь.

Он же не думает… он же не хочет, чтобы я…

Мой взгляд заметался, опустился вниз и… да, теперь я увидела то, на что так старательно избегала смотреть.

Олафссон был возбужден.

– Мистер Олаф… – пробормотала я растерянно.

И тогда он показал, чего именно хочет. Потянув меня за руку, приблизил к себе. Сначала я коснулась его кожи ладонью, а едва мои пальцы кольнуло, будто иголочками – наверное, из-за того, что он плавал в прохладной воде, – я тут же дотронулась до него полотенцем. Расправила его под пристальным взглядом. Приложила к груди. Не так. Взяла поудобней и провела мягкой тканью по влажному телу мужчины. По его шее, плечам, груди, рельефному прессу… Здесь задержалась чуть дольше. Но не потому, что полотенце плохо справлялось. Просто…

– Продолжай, – последовало распоряжение.

Подняв взгляд, поняла, что он не шутит. Он ждет. Правда ждет, когда я продолжу.

Ну что ж, я сделаю, как он хочет.

Точных указаний ведь не было. Обойдя его, остановилась у него за спиной. Мне послышалось, что он усмехнулся, но я могла ошибиться: сердце от волнения так сильно стучало, что в ушах заложило. Из-за этого ощущение ирреальности происходящего только усиливалось. Кто бы поверил, что я когда-нибудь буду прикасаться к одному из самых богатых людей страны? Прикасаться к нему обнаженному. И при этом рассматривать его зад.

А там было на что посмотреть. Вытирая его плечи, я то и дело бросала взгляд ниже. Но это все капли воды – они стекали по его позвоночнику, а одна медленно и коварно ползла вниз, и еще ниже, а потом…

Смело!

Почему-то подумалось: смогла бы я так? Прикасаться к нему не через полотенце, а открыто. Пальцами… Языком… Скользить по горячей коже, впитывать его жар…

Странное желание, непонятное. Может, солнце сегодня слишком активное и нагрело макушку? Но я на секунду даже представила, как откидываю в сторону полотенце и заменяю его своими ладонями. Глажу эти плечи, опускаюсь к рукам, исследую пальцами позвоночник, а потом повторяю тот же путь своими губами. Забирая влагу, от которой блестит его тело, наслаждаясь ею и ощущениями, которые чувствую.

Видение, как я делаю это, настолько яркое, что я на секунду прикрываю глаза и меня уносит в жаркий водоворот…

Картинка та же – бассейн, хозяин этого дома и я с полотенцем в руках. Только я уже не просто стою позади Олафссона – я практически вжимаюсь в него и вдыхаю… жадно вдыхаю его запах. Холодные ноты – освежающего бриза – и чуть терпкие, которые я не могу распознать…

Скорее всего, это его собственный запах, запах мужчины и власти, которые переплетаются так, что кружат голову. И делают меня гораздо смелее, подстрекают не останавливаться.

Да… Мне хочется большего…

Помедлив, я обхожу его. Он наблюдает за мной. Я чувствую его взгляд, но пока не решаюсь взглянуть на него. Мы оба играем в игру, что я просто вытираю его полотенцем, хотя он же чувствует, да и видит, что по его телу скользит не ткань, а мои пальцы.

Я повторяю путь, который уже проходила, но на этот раз все не так. Его запах, взгляд, дыхание, которое касается моих щек, заставляя их покрываться румянцем. И теперь полотенце в моих руках – лишь прикрытие, повод продолжить.

Сильная шея, выпирающий кадык – хочется пройтись по нему языком, слизать маленькую каплю воды. Но пока все, на что я решаюсь, – смахнуть ее подушечкой пальца.

Слышится чей-то громкий выдох – его или мой? Не знаю. Не хочу отвлекаться на пустые загадки. У меня ведь еще столько работы, я не везде к нему прикасалась.

У него нет волос на груди, лишь дорожка от пупка опускается вниз. И да, я иду по ней. Жар его кожи передается и мне, и кажется, я начинаю гореть изнутри.

Мой жадный вдох сливается с его выдохом, когда я задеваю рукой член. Сделала больно?

Поспешно поднимаю взгляд и обжигаюсь, наткнувшись на встречный. У него карие глаза – я отлично помню это поразительное сочетание: светлые волосы и карие глаза. Но сейчас они кажутся практически черными. Как будто за мной следит бездна.

Становится страшно. Потому что теперь я понимаю, чем был вызван его резкий выдох. Это желание. Неприкрытое, крышесносное. От которого у меня подгибаются ноги и холодеет внутри. С таким я не сталкивалась. И не уверена, что выдержу, что хочу. Похоже, я переоценила свою смелость: она идет на попятный, жалко поскуливая.

Еще не поздно… еще не поздно все отыграть назад, притвориться, что мне это не нравится, что я не хотела, что все это просто случайность!

– Я… – Облизываю пересохшие губы. – Я закончила.

– Серьезно? – Светлая бровь моего хозяина удивленно взлетает вверх. – А мне кажется, нет.

Его взгляд опускается вниз.

Я делаю так же и…

Я не верю, что он этого хочет. Не может же он на самом деле рассчитывать, что я… он же не думает, что я и правда смогу…

– С остальной работой ты так же халатно справляешься? – его бесстрастный голос как удар плетью, от которого и больно, и жарко, и стыдно. – Ну что ж, давай я тебе помогу…

Но что такое стыд, я узнаю секундой позднее. Когда он вновь обхватывает мое запястье и кладет мою ладонь на свой член.

– …Нежнее, – подсказывает он.

На этот раз его голос уже не кажется резким. Может быть, именно это меня подкупает. Мне хочется, чтобы он был мной доволен. Хочется слышать в его голосе пусть не ласку – с чего бы? – но приятную хрипотцу. И я слышу ее, когда делаю первое движение, а он решает подбодрить меня:

– Да, так. А ты старательная, Эмилия. Теперь я вижу, что в тебе ошибался.

– Спасибо, – тихо бормочу я.

– Думаю, у тебя много талантов. Которые просто нужно раскрыть. Ты бы хотела, чтобы я это сделал? Чтобы раскрыл тебя? Распахнул новые горизонты? – Подцепив пальцами мой подбородок, он заставляет взглянуть на себя. – Тебе бы понравилось то, как я бы с тобой поработал.

Обещание.

Это звучит как обещание, которое он давал ночной гостье… Не остается сомнений, как именно он хотел бы меня раскрыть.

Наверное, от неожиданности я сжимаю его член слишком сильно. Тут же расслабляю пальцы. Провожу осторожно, едва касаясь. От усердия кажется, что я дышу как паровоз, и мое дыхание горячей волной касается его кожи, как и мои пальцы.

– Теперь можно сильнее, – следует очередная подсказка. – Сожми его. Да, правильно. Проведи вверх. Теперь вокруг головки. И вниз. Да, все правильно, Эмилия. У тебя хорошо получается. Продолжи сама.

Нет, это точно солнце. Или неожиданная похвала. Что-то из двух вскружило мне голову и выбивает все связные мысли. Я вожу по члену вверх, вниз, нарезаю круги возле головки. И снова те же движения.