Дэвид Вонг – Что за чертовщину я сейчас прочёл (страница 68)

А затем небо рассекла новая вспышка, яркая, как новорождённое солнце. Настолько яркая, что можно было ослепнуть.

Спустя две секунды грянул бабах.

А затем на всех обрушился дождь из крошечных ярких частиц, падающих с неба и наполнявших воду вокруг мягким шипением.

Джону хватило мгновения, чтобы собрать всё воедино. Тед знал, что существо взмоет воздух, и он воспользовался этим как преимуществом. Тед был солдатом, притом отличным, и он однозначно был умнее монстра. Ему нужно было завести БОГОМЫШЬ??? достаточно высоко в небо, подальше от невинных людей внизу.

Последние из падающих уголков сгорели и всё вокруг снова погрузилось во тьму. Никаких напоминаний о мужчине, сражавшимся с монстром в небе.

На мгновение всё погрузилось в молчание и шум дождя.

А затем дождь прекратился.

Спасательная операция с самого начала была чудовищно затруднительной. Совместными усилиями они смогли вытащить из автобуса ещё двух детей — остальные очень боялись спрыгивать из автобуса на крошечный кусочек земли, боясь, что они упадут в воду и их смоет течением. Эми не могла винить их.

Но вскоре послышался шум моторов и блики сигнальных огней — остаток байкерской банды спешил на подмогу. Они построили лестницу из людей, соединяющих дорогу и аварийную дверь автобуса, спустив целей на землю в целости и сохранности. Чтобы не мешать, Эми, Джон и Дэвид вернулись в трейлер.

Эми была настолько потрясена случившимися событиями, что до момента, пока она не перешагнула порог трейлера, ей не приходило в голову, что она возвращается с новостями о том, что Лоретта теперь вдова и у Мэгги больше нет отца. Она вернулась в крошечную гостиную и задержала дыхание, увидев кровь. Она покрывала мать и дочь, Маркони, маленький диванчик и пол. Лоретта сидела там же, баюкая дочь на коленях, и Эми так и не смогла решить, кто из них двоих выглядел более измотанной.

— Что взорвалось? — спросила Лоретта.

Эми начала было отвечать, но поняла, что не может.

— Тед взорвал монстра, — ответил Джон. — Чудовища больше нет. Но он умер в процессе. И я, эм, сожалею. Он пожертвовал собой, чтобы спасти Мэгги. И вас, и всех нас. Может быть, и весь мир. И если кто-то будет говорить вам обратное, скажите им найти меня. Потому что я видел это своими собственными глазами.

Лоретта закрыла глаза и опёрлась спиной на окно позади неё; в нескольких местах на стекле остались круглые отметины от пуль. Она сжала губы и сглотнула. Эми чувствовала, что женщина старается отрезать чувство горя. Сейчас она нужна своей дочери, и она может найти время для скорби по мужу позднее.

— Как Мэгги? — спросила Эми.

За её спиной заговорил Маркони:

— Насколько я сумел выяснить, несколько гранул ранили её кишечник. Я смог остановить кровотечение и дал ей немного обезболивающего. Но девочке нужно в больницу.

— Она… сможет? — спросил Дэвид.

Эми взглянула на кучку детей за окном, окруженных вниманием своих родителей. Среди них была и водительница автобуса. Эми успела записать её в число погибших, но теперь она представляла её там, внизу автобуса, помогающей детям не утонуть и не задохнуться, поднимающую их наверх. Героиня.

Автобус оттолкнули от берега и он, с жутким скрипом поплыл вниз по течению, столкнувшись с остатками моста. Некоторых дети завопили от восторга.

Маркони подошёл вплотную к Дэвиду и, опустив голос, произнёс:

— То, что я могу наблюдать — маленькую девочку с серьёзными ранами, которой срочно нужна медицинская помощь, иначе сепсис сведёт на нет всю работу. Таковы мои наблюдения.

— Держитесь! — крикнула Чоу с водительского сидения. И она начала движение ещё до того момента, как они закончили разговор. Она, вообще, была в курсе, где находится госпиталь?

— Ребята, мы… — начал Дэвид, — не можем просто взять и уехать. Мы должны… следить за ними. Не терять их из виду. Выяснить, что творится, ну, вы понимаете. Позаботиться о них. Как надо.

— И что вы предлагаете? — спросил Маркони.

Дэвид начал отвечать, но слов так и не последовало.

Я сидел и смотрел в изрешечённое пулями заднее стекло, наблюдая за тем, как трейлер удаляется по мокрой дороге от байкеров с детьми. И чем дальше мы уезжали, тем меньше это меня беспокоило. Я был таким усталым, замерзшим и промокшим. И, прежде всего, сейчас я хотел высохнуть. А затем, пожалуй, сесть на диван с бутылочкой чего-нибудь крепкого и, обняв Эми, смотреть какие-нибудь ужасные японские мультики про девочек-волшебниц, побеждающих зло силой дружбы.

Нет. Я не сделаю ни одной из этих вещей.

Я буду здесь до конца. И неважно, что за этим последует.

Я отвернулся от окна и осторожно наблюдал за личинкой по имени Мэгги. Затем я моргнул, и перед моими глазами была маленькая девочка. Кровавые волосы облепили бледное лицо, между передних зубов была небольшая трещинка. Соус отпустил.

Такая маленькая, такая хрупкая, её грудная клетка еле-еле вздымалась и опускалась, цепляясь за жизнь.

С нечеловеческим усилием Мэгги открыла глаза. И посмотрела прямо на меня.

Собрав всю свою силу, она подняла свою крошечную руку и показала мне средний палец.

Глава 31: Госпиталь Неназванного привели в порядок и теперь это очень славное заведение

Последние несколько часов мы провели, тихо сидя в больничной комнате ожидания, мокрые, как тряпки для мытья пола. Мы пили газировку и перекусывали едой из торгового аппарата.

Зачем мы сидели здесь? Чтобы увидеть, как «Мэгги» идёт на поправку? Чтобы попытаться сдержать её, если она превратится в гигантскую всеразрушающую тень? Блядь, знал бы я. В итоге Джон уснул, растянувшись на пяти стульях и протяжно храпя. Эми наклонилась ко мне и положила свою мокрую голову на моё плечо. Чоу — которая была абсолютно сухой — непринуждённо пилила свои ноготки. Маркони остался снаружи, чтобы покурить трубку и переговорить с кем-то по телефону — кажется, у него были на примете люди, которые могли дать совет в подобных делах. Наверное, это было к лучшему.

В конце концов Лоретта решила прогуляться по коридору, и я отметил, что она больше не выглядит, будто её покусала акула — теперь она была целой. Разумеется, не потому, что она неожиданно стала целой — Соевый Соус прекратил воздействие и теперь я видел то же, что и остальные. Я подумал, что если я как следует сосредоточусь, то иллюзия спадёт, но мои мозги больше не могли сосредотачиваться. К тому же, я всё равно знал правду.

— Доктор сказал, что с ней всё будет хорошо, — сказала Лоретта.

Джон сморгнул сонливость и поднялся на локте:

— Это… здорово. Она выглядит, эм, нормальной и всё такое?

— Она прошла через многое.

— Мои соболезнования о Теде, — сказал Эми.

Лоретта вздохнула и села на один из стульев напротив нас.

— Наверное, я покажусь бездушной, но Тед… Его никогда по-настоящему не было дома. С того момента, как он вернулся с Ирака, я имею в виду. Мы начали встречаться в школе, и… ну, не думаю, что вам это интересно. Я о том, что он, казалось, не мог простить себя за то, что случилось там. Как будто он должен был заплатить жизнью за что-то, словно за какой-то просроченный штраф. Мы продолжали переезжать с места на место, у него разыгралась паранойя насчёт правительства, как будто они придут за ним и заставят заплатить по долгам. И когда Мэгги похитили, клянусь, он вёл себя так, словно это должно было произойти. Не подумайте, что я хочу сказать, что он не расстраивался, нет — но в те дни и часы он был живым, как никогда. Я не видела его таким с того самого момента, как он возвратился домой. В его жизни, наконец-то, появилась очередная война, на которой он мог сражаться.

Лоретта утёрла глаза.

— Я надеюсь, — ответила Эми, — что там, куда он отправился, он обрёл покой.

— Если бы не он, — ответила Лоретта, — то кто-то из нас совершил бы то же самое. А этот сукин сын получил то, что хотел. Большую героическую жертву. И теперь мы должны убирать бардак. Наверное, он думал, что поступил бескорыстно или что-то в этом духе. Но вы посмотрите, с чем он нас оставил. Это самый эгоистичный поступок, который он только мог сделать. Я хочу найти мудака, который убедил мужиков, что самопожертвование — это круто, и врезать ему по зубам.

Лоретта закрыла глаза и снова сжала губы. Восстанавливала контроль над собой. Затем она тихо извинилась и вновь ушла к своей дочке.

Чоу оторвалась от своих ногтей и сказала:

— Интересно, работает ли ещё Ваффл Хаус.

— Ты вообще можешь есть? — спросил я.

— Не будь мудилой.

Эми села, моя рука скатилась с её плеча. Она наблюдала за тем, как Лоретта пробиралась обратно к своей монстро-детке.

— Мы ошибались, разве нет? — сказала она. — Мы думали, что эти жучки используют против нас наши слабости, но ведь это не так. Тед встретил свою битву. Джон, ну, устроил погоню, ага? Как будто…

Она умолкла, следя за тем, как Лоретта исчезает за углом.

Маркони появился за нашими спинами:

— Я полагаю, что наши величайшие страхи и наши величайшие желания, по сути, две стороны одной монеты. Я знал многих, кто умер раньше времени, сжимая их монету в кулаке. Образно, разумеется. — Зачем-то он продолжал стоять позади нас, в пальто, наброшенном на плечи.

— Иисусе, а вы можете не выныривать из ниоткуда позади людей и не начинать внезапно изливать на них потоки мудрости? — спросил я. — Хотя бы не сейчас. — Я повернулся к Эми. — Что ж, судя по его словам, твоя сильная сторона монетки — вафли, ага?