Дэвид Вебер – Любой ценой (страница 63)

«Ну, по крайней мере, это должно быть интересно», – сказала себе Хенке.

– Они разделяются, сэр, – сообщила Инчман.

Её внутрисистемные сенсорные платформы держали мантикорские корабли под наблюдением и она отметила разделившиеся вектора движения под символами двух расходящихся групп крейсеров. – БИЦ присвоил одной группе код Альфа, а другой Бета.

– Собираются взять нас в клещи, – проворчал Бич. – Как я и ожидал. Очень жаль, что они не пошли вперед и не использовали ЛАКи в качестве загонщиков.

– Только взгляните на это, сэр, – произнес Рэндалл, показывая на красные стрелки предполагаемых курсов. – Они могут попытаться получить свободные директрисы для стрельбы по нам, но, судя по их теперешним курсам, дистанция будет меньше семи миллионов километров.

– То есть они немного обеспокоены перспективой нарушения Эриданского Эдикта, – заметил Бич и безрадостно ухмыльнулся. – С другой стороны, максимальная дальность полета в активном режиме ракет, которыми оснащены наши корабли, чуть меньше двух миллионов. Не великое улучшение.

– За исключением того, что мы ещё не истратили ни одной из наших орбитальных подвесок, сэр, – заметила Инчман. – И чем ближе они подойдут до того, как мы выстрелим, тем лучше будут наши данные для стрельбы.

– Верно, – кивнул Бич и задумчиво нахмурился, глядя на дисплей. – Я знаю, доктрина гласит, что нашей первоочередной задачей в подобной ситуации является уничтожение НЛАКов, – произнёс он, чуть помедлив. – Но они не столь любезны, чтобы подводить их ближе. Будь у нас больше подвесок, если бы мы могли создать большую плотность залпа, ещё имело бы смысл в первую очередь атаковать НЛАКи. Однако в сложившейся ситуации, я думаю, что мы не будем открывать огонь до последнего, а затем сконцентрируем всё на Альфе. Подготовьте соответственно этому данные для стрельбы, Сандра.

– Есть, сэр.

– И, пока мы ждем, Майрон, – Бич повернулся к начальнику штаба, – скажите ЛАКам продолжать отступление. Я бы хотел, если у них получиться, чтобы они сместились к востоку системы.

– Вы хотите, чтобы они заняли позицию для удара по Альфе, если подвески действительно добьются успеха, сэр?

– Совершенно верно.

– Как насчет нас, сэр? – Рэндалл махнул рукой на символы, обозначающие линейные крейсера Бича.

– Соблазнительно, но не получится. – Бич покачал головой. – Мы слишком далеко. Даже при максимальном ускорении нам потребуется больше часа, чтобы выйти на дальность действия ракет. Если подвески и ЛАКи не добьются чертовски лучшего, чем я ожидаю, результата, то манти расстреляют нас своими МДР до того, как мы доберемся до них. Хуже того, как только мы покинем укрытие за планетой, нас примется обстреливать Бета. – Бич снова покачал головой. – Нет, мы останемся на месте, используя планету в качестве прикрытия от Беты. Если сможем поразить Альфу – замечательно, но мы не в состоянии позволить себе зайти глубже в воду, когда там акулы вроде этих.

– А там засел довольно хладнокровный субъект, мэм, – заметил коммандер Манфреди.

– Это так, Оливер. Хотя не думаю, что в конечном итоге это принесет ему много пользы. Он явно решил играть до конца, но расклад у него проигрышный.

Хенке развернула командирское кресло, чтобы оказаться перед лейтенант-коммандером Стэкпоулом, её операционистом.

– Джон, я думаю, что он собирается держать подвески в резерве до последнего момента. Я бы на его месте точно так и сделала. И обратите внимание, как «совершенно случайно» его ЛАКи смещаются на фланг нашей траектории.

– Полагаете, он собирается сконцентрироваться на нас и проигнорировать носители, мэм?

– Это то, что сделала бы я. У него в любом случае нет надежды на уничтожение носителей и он не способен отбить нашу атаку. Так что единственное, что ему остается, это нанести нам потери, какие только реально возможно. Это означает выбор в качестве цели нас.

Стэкпоул мгновение обдумывал сказанное. Несмотря на свою привлекательность – он был выше Хонор и почти так же смугл, как и сама Хенке, с высокими скулами и выдающимся носом – он был далеко не так эффектен, как Манфреди с его внешностью звезды головидения. Однако в работе он был, чаще всего, еще более эффективен.

– Вы думаете о подвесках? Так, мэм?

– Да.

– Ну, – задумчиво произнес он, – до сих пор мы их обнаружили несколько сотен. Я имею в виду надёжно подтверждённых. БИЦ предполагает, что их число примерно вдвое больше, но у нас нет ничего, что мы могли бы использовать в качестве надёжных данных для прицеливания. Большинство из выявленных подвесок мы можем уничтожить близкими подрывами боеголовок, но все они находятся крайне близко к планете, мэм.

– Слишком близко, – согласилась Хенке. – Особенно для МДР на такой дальности. Может получится ужасный инцидент, и адмиралу Харрингтон это не понравится.

– Да, мэм, точно не понравится, – с чувством согласился Стэкпоул.

Хонор сделала предельно – можно даже сказать до боли – ясным, что её не порадует что-либо хотя бы отдалённо напоминающее нарушение Эриданского Эдикта, хотя бы и случайное. А если попадание в обитаемую планету, пусть и случайное, девяностопятитонной ракеты, несущейся со скоростью в половину скорости света, не могло считаться «использованием оружия массового уничтожения», то им могли считаться только очень немногие вещи.

– Тем не менее, думаю, мы всё ещё способны отыскать способ заставить их использовать подвески с большой дистанции, – произнесла Хенке. – Альберт.

– Да, мэм? – отозвался лейтенант Камински.

– Сообщение адмиралу Трумэн. Мои комплименты и я была бы благодарна, если бы она могла приказать, чтобы ЛАКи нанесли удар по подвескам.

– Есть, мэм.

– Антонио.

– Да, мэм, – ответил лейтенант-коммандер Брага, астрогатор Хенке.

– Рассчитайте нам новый курс. Я хочу выйти на те же самые позиции, но предполагая, что адмирал согласится позволить ЛАКам расстрелять для нас подвески, я хочу уменьшить ускорение, чтобы дать им больше времени.

– Есть, мэм. Насколько больше времени?

– Они уменьшили ускорение, сэр.

Бич качнул своё кресло к коммандеру Инчман.

– Насколько?

– Почти на пятьдесят процентов, – ответила Инчман.

– А их ЛАКи?

– Меняют курс и идут прямо на планету, сэр, – судя по тону Инчман, было очевидно, что она ожидала второго вопроса адмирала. Бич печально кивнул.

– То есть они не займут первоначально предполагавшихся огневых позиций до тех пор, пока ЛАКи не подойдут достаточно близко для того, чтобы начать уничтожать наши подвески, – сказал он.

– Да, не займут. И, – Инчман повернула голову так, чтобы взглянуть в глаза Бича, – если они будут достаточно близко для уничтожения подвесок, они также будут достаточно близко, чтобы уничтожить все наши орбитальные платформы с той стороны планеты.

– ЛАКи на траектории перехвата?

– Да, сэр. При текущем профиле полета они совершат разворот примерно через двадцать минут.

– Дерьмо, – Бич секунду постучал пальцами по подлокотнику, затем пожал плечами.

– Вот и накрылась идея использования «Скимитеров» против Альфы. Свяжись с капитаном Аберкромби. Отдайте приказ, чтобы он изменил курс и атаковал ЛАКи манти.

– Есть, сэр.

– По крайней мере, они встретятся достаточно далеко от линейных крейсеров и их эскорта, чтобы не попасть в зону поражения стандартных корабельных ракет, – тихо заметил коммандер Рэндалл.

– Это должно немного помочь, – согласился Бич, хотя оба знали, что большой разницы не будет. Системное командование Гастона располагало тремястами двадцатью ЛАКами типа «Скимитер». В ударной группе манти было чуть больше двухсот «Шрайков» и «Ферретов» и к настоящему времени они должны были знать о «Тройной волне». С учетом разницы в характеристиках кораблей обеих сторон, ЛАКам Бича придется платить за успехи мучительно дорого.

Теоретически Бич мог вывести линейные крейсера для их поддержки, так как ЛАКи манти должны будут войти в зону поражения его собственных, менее дальнобойных корабельных ракет. Но это требовало, чтобы он вышел из-за планеты и подставил свои корабли под огонь МДР.

Этого Бич позволить себе не мог. Так что он сидел в командирском кресле, наблюдая на дисплее, как его «Скимитеры» развернулись и направились к своим намного более грозным противникам.

– Изменение вектора! – объявила лейтенант Вероника Черницкая. – Их ЛАКи возвращаются, кэп.

– Они должны защитить подвески, Вика, – философски заметил капитан Тремэйн. – На самом деле я немного удивлен, что они не двинулись раньше.

– Наверное им не нравилась разница в силах, кэп, – ответил из-за пульта механика ЛАКЕВ[26] «Дакойт» старший уоррент-офицер Харкнесс. – Может быть их командующему потребовалось несколько минут, чтобы решить, что он должен стиснуть зубы и так или иначе это сделать.

Тремэйн кивнул, однако его внимание было приковано к дисплею «Дакойта», на котором плотный строй хевенитских ЛАКов несся с ускорением почти 700 g к его собственным кораблям. Численно соотношение сил было более чем три к двум в пользу хевенитов; в смысле реальной боевой мощи их даже примерно нельзя было сравнивать. Исследование захваченных в сражении при Сайдморе хевенитских ЛАКов показало, что «Скимитер» нёс больше ракет, чем даже «Феррет», но эти ракеты очень сильно уступали находящимся в магазинах ЛАКов Тремэйна. И у хевенитов не было ничего хотя бы отдаленно сравнимого с тяжёлым гразером, установленным на его «Шрайках».