Дэвид Вебер – Гвардия Бога Войны (страница 4)

– Вот что я вам скажу, парни, – заговорил он серьезным и сдержанным тоном, указав кивком головы на стоящих на берегу докеров, которые с любопытством поглядывали на них с причала. – Здесь, в Белхадане, многие считают, что хороший градани – это такой градани, из горла у которого торчит фут или больше стали, а на бродяг у них нюх. Вам лучше не сходить на берег, пока я не дам знать знакомому портному. – Он умолк, разглядывая их, потом продолжил: – Если у вас туго с деньгами, я мог бы…

– Ты только послушай его. – Базел помотал головой, снова улыбнулся и взглянул на Брандарка. – Ты когда-нибудь встречал более щедрую душу? Причем он вечно старается убедить других в том, что вместо сердца у него ком навоза! Слезы умиления наворачиваются мне на глаза!

Эварк заворчал, а Конокрад негромко рассмеялся, выпустив изо рта облачко пара, и положил руку на плечо карлика.

– Шутки в сторону, я ценю твое предложение, Эварк, – ответил он. – Но мы не испытываем нужды в деньгах. – Он встряхнул висевший на поясе кошель, когда-то принадлежавший Пурпурному Лорду. – Кроме того, нам не придется бродить по Белхадану в одиночестве.

– Не придется? – изумился Эварк.

– Не придется? – эхом повторил Брандарк и удивленно посмотрел на своего громадного товарища. – Приятно слышать. Почему ты раньше не сказал мне об этом? И откуда, ради Финдарка, ты сам об этом знаешь?

– Я не мог сказать раньше, потому что он сам сообщил мне об этом, только когда мы входили в порт, – пояснил Базел, и Брандарк с Эварком одновременно захлопнули рты. Базел захихикал.

Брандарк первым пришел в себя.

– Не припоминаю, чтобы я видел на палубе какое-нибудь божество, – произнес он ровным голосом. Базел пожал плечами.

– Уверен, если бы ему вздумалось дать знать о своем появлении, он явился бы под грохот фанфар со вспышкой молнии, – пояснил он добродушно. – А раз он так не сделал, мне приходит в голову единственное объяснение: он не хотел, чтобы его видел кто-то, кроме меня.

– Ах, благодарю тебя за ценные разъяснения! – огрызнулся Брандарк.

На этот раз Эварк захохотал вместе с Базелом. Брандарк некоторое время слушал их смех, потом ткнул товарища кулаком в грудь.

– Ладно, долговязый, – сказал он сурово. – Кончай веселиться и объясни толком, что значит «не придется бродить в одиночестве».

– Здесь нет никакой загадки, коротышка, – парировал Базел. – Нас встретят, и если я не ошибаюсь, – он махнул рукой, – тот парнишка как раз ищет нас.

Брандарк посмотрел туда, куда указывал палец Базела. Его брови удивленно поднялись, словно он увидел в доках привидение.

Остальные тоже обернулись, чтобы посмотреть. На самом деле слово «красавчик» подошло бы больше. В районе доков Белхадана не часто встречали воплощенное великолепие и грациозность. Прекрасный золотовласый незнакомец был выше Брандарка, а значит, необычайно высок для человека, но, несмотря на широкие плечи, казался тонким и изящным по сравнению с крепко сбитым Кровавым Мечом. Его отделанная серебром кольчуга блестела, камни на белой перевязи, говорившей о его принадлежности к одному из рыцарских Орденов, сверкали до рези в глазах. Так же переливались самоцветы на ножнах меча. Высокие мягкие сапоги были того же темно-зеленого оттенка, что и накидка, и отделанный мехом плащ.

На накидке серебряными и золотыми нитями были вышиты скрещенный меч и булава, атрибуты Томанака.

– Кортрала! – пробормотал Эварк. Он обеими руками тянул книзу свои роскошные усы, пожирая глазами сияющее видение. – За то, что на нем надето, я мог бы купить полный комплект парусов!

– Да уж, его нельзя не признать… эффектным, правда? – Базел усмехнулся.

– Ты понимаешь, что происходит? – спросил карлик, не в силах отвести глаз.

– Нет, но мне кажется, что кое-кто решил преподнести нам сюрприз, – ответил Базел. Брандарк вздохнул.

– Чудесно. Не припомню, чтобы хоть где-нибудь говорилось о чувстве юмора у богов.

– Ты о чем? – спросил Эварк.

– Я знаю кучу легенд и сказаний, – пожаловался Кровавый Меч. – Я изучил почти все песни, перечитал почти все хроники, просмотрел все, что только смог найти о Падении…

– И? – нетерпеливо переспросил Эварк.

– И нигде ничего, – горестно подтвердил Брандарк. Карлик продолжал вопросительно глядеть на него, он пожал плечами. – Нет конечно, везде твердят, что Хирахим Легкая Нога – большой любитель дурных шуток, но это же его ремесло. Если верить сказителям, Томанак должен быть серьезным, солидным богом… во что трудно поверить, если он мог послать такое, – он кивнул в сторону приближавшегося франта, словно сошедшего с модной картинки, – встретить нас.

– Неужто? Но если верить легендам, он и не из тех, кто выбирает себе помощников из градани, разве нет? – поинтересовался Базел. Брандарк только помотал головой, и Базел хлопнул его по плечу. – Значит, либо твои знатоки преданий не такие уж знатоки, либо что-то изменилось. Как бы то ни было, я более чем уверен, что у него была причина послать к нам «такое».

– Не сомневаюсь, – пробормотал Брандарк. – В чем я не уверен, так это в том, что причина придется мне по душе.

В доках было даже холоднее, чем опасался Вейжон. Ему казалось, что его нос вот-вот отвалится, а потом за ним последуют и остальные части тела, но, несмотря на дискомфорт, он с любопытством осматривался по сторонам.

Он не чувствовал тяги к морским приключениям. При одной мысли о возможном путешествии по морю зимой его желудок сжимался в комок. За время своего пребывания в доме Ордена послушник побывал в порту всего два раза. Ему не повезло – оба раза он приходил сюда в разгар лета, а Белхадан был не только крупнейшим торговым портом Норфрессы, но и рыболовецким центром. И оба раза дела приводили Вейжона именно к рыболовецким причалам. От рыбной вони его лицо становилось таким же зеленым, как накидка, поэтому он всячески избегал походов в порт. К счастью, на этот раз ему было нужно в другую часть порта, к тому же зимняя стужа полностью уничтожила рыбный запах, за что Вейжон был ей весьма признателен.

Он посмотрел в бумагу, которую ему вручил сэр Чарроу, и кивнул головой, сравнивая написанные в ней цифры с теми, что были нарисованы на сваях причала. Ему сказали, чтобы он искал шхуну (что бы ни подразумевалось под этим словом) у девятого причала Торгового пирса. Вейжон убрал бумагу за пояс, как только заметил девятый причал. Толком разглядеть корабль он не мог, судя по всему, тот стоял гораздо ниже уровня причала, но у судна было всего две мачты, и оно казалось совсем маленьким. Вейжон засомневался было, что избранник Томанака станет путешествовать на таком суденышке, но он быстро прогнал эту мысль. Истинный рыцарь идет туда, куда ведут его долг и честь, кроме того, присутствие избранника ставит под защиту Томанака даже самый жалкий корабль.

Воодушевленный этой мыслью, он ускорил шаг и расправил плечи. Толпа докеров уставилась на него в восхищении. Он был знаком с подобной реакцией и, направляясь к сходням, слегка вздернул подбородок, достаточно высоко, чтобы показать, что он заметил их восторг, и не слишком высоко для того, чтобы выказать при этом излишнюю гордость.

– Боги! – бормотал Брандарк, следя за приближением великолепного молодого человека. – Как ты думаешь, Томанак очень расстроится, если мы разок окунем его в воду? Я сразу же его вытащу, клянусь!

– Ну что ты несешь! – возмутился Базел. – Мне кажется, Брандарк, сын мой, он мог бы преподать тебе пару уроков, как следует одеваться.

– Он? – засопел Брандарк. – Мы столько времени провели вместе, а ты так и не смог оценить настоящую элегантность, строгий стиль и покрой, тщательно подобранные ткани моего гардероба?! – Он изящным жестом обвел свои лохмотья и печально вздохнул. – Кто угодно может нашить на платье драгоценные камни, ты, невежественный варвар, но это не значит, что у этого «кого-то» есть чувство стиля! Кстати, мне не придется макать его в воду, если он будет продолжать в том же духе. Когда он задерет нос еще на пару дюймов, то шагнет мимо причала и утонет, захлебнувшись собственным совершенством.

– Так вот в чем дело! Кажется, мне послышались завистливые нотки, – заметил Базел посмеиваясь. Брандарк хотел было ответить, но передумал. Молодой человек уже подошел к краю причала и теперь озадаченно смотрел вниз на «Штормовую плясунью».

Вейжон в смущении оглядел лодку, нет, поправил он себя, шхуну. Он знал, что пришел к нужному причалу, но избранника нигде не было видно, равно как и его свиты. При ближайшем рассмотрении судно оказалось не таким утлым, как он опасался. На самом деле оно не было лишено определенного изящества, а очертания его корпуса казались удивительно стройными и подчеркнуто правильными, но команда состояла из одних карликов. Да, карликов и двоих…

Сэр Вейжон из рода Алмерасов похолодел. Он ни разу в жизни не встречал градани, потому что подобные дикари не живут среди цивилизованных народов, но он сразу же узнал их по подвижным лисьим ушам. И еще по росту одного из них. Гигантский градани был величиной с двух нормальных людей, наверное, он весит килограммов двести или даже больше, а более гнусную внешность трудно даже представить. Свою одежду он, должно быть, снял с какого-то бродяги, которого лишил также и древней кольчуги, его штаны и башмаки, казалось, вот-вот рассыплются в прах. Из-за левого плеча торчала рукоять меча, ледяной ветер теребил подобие косы, какую носят воины, служащие на границах. Градани поменьше был таким же потрепанным, но рядом со своим приятелем он выглядел почти прилично.