Дэвид Вебер – Бескомпромиссная Хонор (страница 67)
Но откуда, черт возьми, они взяли эту способность? - внезапно спросил его разум. Мы никогда этого не предвидели, но мы же не просто сидели здесь! Наша сенсорная сеть поднята, так где же, черт возьми, Гипатия взяла что-то - по крайней мере три штуки - что прошло через наши сенсоры совершенно незамеченным? Это же не...
"Атака!" - внезапно рявкнула Купман. "Ракетный след - множественные ракетные следы! Дальность запуска - четырнадцать целых шесть десятых миллиона километров. Начальная скорость сближения - пятнадцать тысяч километров в час. По нашим оценкам, приблизительно триста пятьдесят ракет приближаются на сорока пяти тысячах пятистах g. Время полета двести двадцать пять секунд!”
КЕВ Фантом
Система Гипатия
“Все три цели уничтожены, Сэр!” - торжественно объявила коммандер Илькова.
"Превосходно!" - ответил контр-адмирал Котоуч. "Отличная работа, Маркета. Теперь давайте посмотрим, насколько хорошо сработает остальная часть плана.”
"Да, Сэр!" Илькова решительно кивнула, но ее сине-зеленые глаза удовлетворенно блеснули. И не без оснований, подумал Котоуч.
По крайней мере, пока.
Он надеялся, что, когда вице-адмирал Хайду смягчился и в первый раз продлил лимит, что Солли все-таки разрешат полную эвакуацию. Бросать жизни своих людей на весы, чтобы спасти ”только" промышленные платформы и дома Гипатийцев, было бы еще более трудным решением. Он мог бы это сделать в конце концов, но если бы Хайду просто подождал достаточно долго, пока прибудет Вукодлак и другие обещанные подкрепления, ему бы это не понадобилось. При таких обстоятельствах Солли, возможно, лучше было бы совершить акт бессмысленного и масштабного разрушения. Всегда было легче принять правильное моральное решение, когда кто-то ждал, чтобы выстрелить тебе между глаз, если ты этого не сделаешь. Так что, да, Хайду мог бы решить оставить Гипатию в покое, если бы он увидел Мантикорскую эскадру, несущуюся на него с чем-то похожим на супердредноут во главе.
Не то чтобы Котоуч действительно рассчитывал на это. Если Хайду был готов хладнокровно убить несколько миллионов Гипатийцев, которые просто не успели вовремя убраться с его пути, то с тем же успехом он послал бы такой мощный ракетный залп, какой потребовался, чтобы обеспечить разрушение инфраструктуры системы, прежде чем он исчезнет в гипере. И если бы Вукодлак не пришел точно по правильному вектору, даже Мантикорские компенсаторы не смогли бы помочь ему перестроиться до того, как он пересек гиперграницу и сбежал.
Но это было бы здорово, подумал он почти с тоской. Я всегда восхищался Эдвардом Саганами, но никогда не хотел им быть.
Часть 2-2
КФСЛ Лепанто
Система Гипатия
На флагманском мостике КФСЛ Лепанто было очень тихо. Тишина шока и ошеломления, абсолютного неверия, подумала коммодор Сандра Хаскелл в коконе собственного оцепенелого непонимания. Как начальник штаба эскадры линейных крейсеров 4012, она имела наилучшую информацию, и все еще не могла понять, не могла даже начать обдумывать то, что только что произошло.
Вся схватка длилась меньше восьми минут. Как такое вообще возможно? Как могла Оперативная группа 1030 начать сражение с девяноста восемью линейными крейсерами, сорока крейсерами и тридцатью двумя эсминцами и оставить всего девяносто три боевых корабля, в общей сложности, менее чем через восемь минут?
И все же это произошло...а нынешняя боеспособная численность оперативной группы была еще ниже: двадцать девять эсминцев, тридцать шесть крейсеров...и одиннадцать линейных крейсеров. Она была почти уверена, что четыре крейсера и три эсминца, которые они потеряли, были случайными. Концентрация манти на линейных крейсерах была очевидной, сокрушительной и смертельной. Все боеспособные выжившие—за исключением КФСЛ Хамиди и самого Лепанто-получили по крайней мере некоторые повреждения. Технически, было еще семнадцать, чьи корпуса можно было бы починить, если бы был какой-то способ вернуть их домой. Но его не было. А это означало, что они были мертвы, как Трубадур, Стивидор и Торговец Март.
И как вице-адмирал Хайду Гьезо.
Эта мысль заставила Хаскелл оторвать взгляд от тактического дисплея и посмотреть на высокого, крепко сложенного мужчину, сидевшего в командирском кресле в центре флагманского мостика. Контр-адмирал Мартин Гогунов, командующий эскадрой линейных крейсеров 4012. Кроме Лепанто, из восьми первоначальных кораблей Гогунова уцелели только два: КФСЛ Королева и КФСЛ Месть.
И несмотря на шестидесятипроцентные потери, в эскадре Гогунова было больше выживших, чем во всех тринадцати эскадрах линейных крейсеров Оперативной группы 1030.
Девять кораблей, подумал Хаскелл, глядя на человека, который только что унаследовал то, что осталось от оперативной группы вице-адмирала Хайду. Они сделали это девятью кораблями.
Она мысленно встряхнулась. Да, манти сделали это только с девятью кораблями, но этих смертоносных восьми минут было достаточно, чтобы выпустить девятнадцать залпов в пространство, прежде чем ужасный пуск Оперативной группы 1030 снял их с доски. Семьдесят пять сотен ракет были едва ли шестью процентами от огня, который получили манти, что делало соотношение потерь еще более гротескно несбалансированным, но Хаскелл думала как тактический офицер. Наблюдая за этими ракетами, наблюдая за их РЭБ, чудовищными глушилками и невероятными ложными целями, наблюдая, как их профили атаки изменяются и корректируются, она поняла, что в управлении огнем манти действительно есть компонент сверхсветовой связи. Это был единственный способ, которым они могли так быстро адаптироваться или поддерживать телеметрическую связь так долго, и если ей нужны были какие-то доказательства, то это было то, что случилось с последними атакующими залпами..
Не осталось никого, кто мог бы снабдить их дополнительной тактической информацией, и их точность, и особенно, выбор цели заметно снизились, и это при том, что сеть противоракетной обороны Оперативной группы 1030 была разорвана в клочья предыдущими пусками.
Так что, если уж на то пошло, неудивительно, что кто-то с таким радиусом действия, таким превосходством в РЭБ и сверхсветовой связи выбил из нас все дерьмо. Особенно когда вы добавляете в уравнение полную и абсолютную неожиданность.
Несмотря на ее шок, несмотря на ее холодное осознание того, какая технология показана здесь, несмотря даже на потерю по крайней мере ста пятидесяти тысяч жизней космонавтов ФСЛ, она чувствовала невольное восхищение этими манти. Она ненавидела то, что вице-адмирал Хайду сделал с теми, кто остался в живых на борту их кораблей, и сожалела об этом еще больше, размышляя о том, какое мужество потребовалось всего лишь девяти кораблям, каким бы большим ни было их тактическое преимущество, чтобы противостоять ста семидесяти.
Они не могли знать, как сильно ранили нас, едва ли. Они, вероятно, ожидали, что наши потери будут тяжелыми, но не могли ожидать, что они будут так тяжелы. И что бы они ни думали сделать с нами, они чертовски хорошо знали, что не вернутся домой.
И это была даже не их звездная система.
Ей даже не хотелось думать о том, что это может означать в будущем. Ее не волновала неизбежная реакция “Великого альянса " на нарушение Оперативной группы 1030 Денебских соглашений. Соглашения были чертовски конкретны о том, чтобы не стрелять по явно поврежденным кораблям, пока они эвакуируют свои экипажи. Конечно, иногда такое случалось. Часто было просто невозможно прервать атаку на корабль, как бы он ни был поврежден, особенно с помощью ракет. Но здесь произошло совсем другое. Залп, который прикончил калек манти, был произведен только после того, как стало очевидно, что они полностью выведены из строя.
Когда манти и их друзья узнают об этом, придется чертовски поплатиться, мрачно подумала она. Так и должно быть. Черт побери, должно быть. Есть причина, по которой Денебские соглашения были написаны в первую очередь, и—
“Я хочу, чтобы как можно скорее были обновлены общие запасы боеприпасов. - Голос у Гогунова был жесткий, ровный, а глаза мрачные. “Я знаю, что большинство наших выживших получили повреждения. Теперь, когда мы потеряли подвески, мне нужно знать, что у кого есть, когда мы переназначим цели.”
Хаскелл содрогнулась внутри. Конечно же, он не имел в виду ...
“Мы продолжим с "Флибустьером", сэр? - спросила она.
“Ну конечно же! Удивление Гогунова было очевидным, и он пристально посмотрел на нее. “Вот почему мы пришли! Вице-адмирал Хайду может и погиб, но это не меняет задачи!”
“О, конечно, нет, сэр! - Быстро сказала Хаскелл. “Мы немедленно сообщим вам эти цифры. - Она кивнула на коммандера Грегори Хэма, оперативного офицера Гогунова, и Хэм начал вбивать запросы в свою панель.
“Хорошо. Выражение лица Гогунова немного смягчилось,и он повернулся к капитану Алексису Чой, своему офицеру связи. “Пока Грег собирает цифры, поднимите контр-адмирала Янца. Сообщите ему, что он теперь заместитель командующего оперативной группой. Скажите ему, что я поручаю ему оперативное управление нашими крейсерами и эсминцами и что я хочу, чтобы он лично командовал поисково-спасательными работами.”
“Да, сэр, - быстро ответил Чой. Он взглянул на Хаскелл краем глаза и начала вводить код КФСЛ Яшима, флагмана тяжелых крейсеров контр-адмирала Томаса Юнца.