Дэвид Вебер – Бескомпромиссная Хонор (страница 172)
"Нет, ваша светлость. Ни капельки," - сказал Брантли, и в его мыслесвете блеснуло чувство удовлетворения, ясное и достаточно острое, чтобы пробиться сквозь его беспокойство о ней.
Центральное командование
ФСГ Эйбл-Один
Флотская станция Ганимед
Солнечная система
Солнечная Лига
"Все еще ничего, Ермолай?" - тихо спросил адмирал Гекл, и капитан Володимеров покачал головой.
"Нет, сэр." - Володимеров был вахтенным офицером связи, когда незваные гости перешли в нормальное пространство. "Первый вызов лейтенант Уотсон сделал через пять минут после того, как они завершили свои альфа-переходы. Прошло," - он проверил время "сорок одна минута. Таким образом, они могли связаться с нами двадцать семь минут назад, и теперь они знают, что мы пытаемся поговорить с ними по крайней мере двадцать две минуты. В любом случае, у них было время ответить нам, если они хотят."
Гекл кивнул.
Незнакомцы - они должны были быть манти, хотя им еще предстояло активировать какие-либо транспондеры или идентифицировать себя - были почти ровно в девятнадцати световых минутах от ФСГ. Это было в два раза больше максимального радиуса улучшенного Катафракта, и он сомневался, что это случайное совпадение. Манти, должно быть, получили достаточно Катафрактов, чтобы отлично знать их максимальное ускорение и время работы. В связи с этим они должны были знать, что точность Катафракта на таком расстоянии варьировалась от "в аду нет шансов" до просто "действительно ничтожного", что делало его идеальным диапазоном. из которого можно начать какую-то беседу, чтобы никто не был застрелен с обеих сторон.
Но если бы они хотели поговорить с ним, они могли бы делать это почти полчаса назад. Конечно, в любом разговоре будет задержка передачи на девятнадцать минут, но рано или поздно им придется что-то сказать.
Он хотел бы быть счастливым, когда они это сделают.
Когда-то - на самом деле не так давно - он был бы уверен в способности Флотской станции Ганимед противостоять любой атаке. Достаточно супердредноутов, несомненно, могли бы захватить или уничтожить станцию и все ее платформы даже тогда, но никто, кроме флота Солнечной Лиги, не обладал таким количеством супердредноутов. И поэтому в те невинные времена он был гораздо увереннее в счастливом исходе. В нынешних условиях ...
Он снова взглянул на индикатор времени. Его первый доклад на Старую Землю ушел еще до того, как Володимеров вызвал манти, а сенсорные отчеты и анализы Командования Системного Наблюдения были автоматически переданы как на Флотскую станцию Марс, так и на Старую Землю. Но в тот момент Старый Чикаго находился на расстоянии чуть более сорока шести световых минут, поэтому адмирал Кингсфорд только сейчас узнает о вторжении в систему. Пройдет как минимум три четверти часа, прежде чем любой ответ от него сможет вернуться к Геклу, и он задумался, каким будет этот ответ.
Если здесь будет кто-то, чтобы получить его.
"Какова наша готовность, капитан Цукатани?" - спросил он.
"Все на боевых постах, сэр," - ответил Франклин Цукатани, дежурный офицер центрального командования. "Все мобильные единицы сообщают о Готовности Один вооружения и обороны, у большинства эсминцев и крейсеров импеллеры включены, а клинья и боковые стенки задействованы. Супердредноуты будут немного позже. Противоракетная оборона всех платформ также находится в Готовности Один, и все ракетные подвески подготовлены и включены." - Он слегка пожал плечами. "Мы так готовы, как должны быть, сэр."
Ты уверен в том, что мы "готовы" не больше, чем я, подумал Гекл. Не то, чтобы кто-либо из них мог сказать что-либо подобное.
"Кто-нибудь, принесите мне чашку кофе, пожалуйста," - сказал он вместо этого и изобразил улыбку, которая выглядела почти - почти - естественной. "Похоже, мы можем немного подождать."
КЕВ Император
Солнечная система
"Буй Гермеса на месте, ваша светлость," - сказала Андреа Ярувальская, и Хонор взглянула на операционного офицера.
Она часто думала, что Хэмиш - пронзительный удар боли пронзил ее с этим именем - чувствовал во время своей атаки на базу ДюКвесин в Операции Лютик. Конечно, это было не одно и то же, во многих отношениях. Она сомневалась, что он когда-либо действительно ненавидел даже хевов или любого другого врага Звездного Королевства. Не с глубокой, интуитивной, хищной необходимостью сеять смерть и разрушения, которая горела как жидкий кислород. Нет.
Но она не была им.
"Запуск," - тихо сказала она и повернулась к дисплею.
Центральное командование
ФСГ Эйбл-Один
Флотская станция Ганимед
Солнечная система
Солнечная Лига
"Запуск ракет! Множественные пуски ракет!" - резко объявил лейтенант Энрайт МакГилл.
Коммодор Бенджамин Шалкен быстро повернулся на объявление. Он и его персонал, Командование Системного Наблюдения, наблюдали за манти уже более часа. Напряжение этого долгого ожидания было более мучительным, чем все, что он когда-либо переживал. Прошедшие секунды превратились в долгую, затяжную водную пытку, которая, как он знал, должна была стать худшей вещью, которая могла когда-либо случиться с ним.
Теперь, когда он подошел к плечу МакГилла и посмотрел на дисплей лейтенанта, он обнаружил, что был неправ.
"Две тысячи с лишним!" - объявил МакГилл. "Начальная скорость двенадцать сотен км/сек, ускорение четыре-пять-один км/сек в квадрате!"
Шалкен положил руку ему на плечо и смотрел, как их векторы по всему дисплею тянутся к Ганимеду.
"Ответный огонь, сэр?" - спросил капитан Цукатани, и Гекл кивнул.
"Вы можете открыть огонь, капитан," - сказал он формально. "План огня Агинкур."
Цукатани на мгновение посмотрел на него. Затем его рот сжался, и он кивнул.
"Да, сэр. План огня Агинкур."
Он отвернулся, отдал приказ, и через пятнадцать секунд 120 000 подвесок улучшенных Катафрактов отрыгнули 720 000 ракет в манти.
Гекл наблюдал, как их иконки пронеслись по дисплею и посмотрел на Паталоешти.
Начальник штаба оглянулся, затем пожал плечами.
Большинство их планов огня предусматривали использование их подвесок в гораздо меньших количествах, в тщательно спланированных и дозированных залпах. Агинкур был не таким. Агинкур был броском "все или ничего" игры в кости, предназначенным для получения максимально возможного веса огня - всех Катафрактов, которыми обладал Ганимед - в одну огромную волну. Они не могли управлять всеми птичками залпа Агинкур, даже при всей огромной способности телеметрии ФСГ, и он не был удивлен, что Цукатани не был счастлив сжечь их всех за один спазм. Но Катафракты были всем, что у них было, и они должны были использовать их, прежде чем надвигающийся огонь разорвет их на куски, пока они все еще находились в их подвесках.
Семьсот двадцать тысяч ракет - почти три четверти миллиона, более семи тысяч на цель - представляли собой ужасающий вес металла. И все же правда была в том, что ни он, ни Паталоешти действительно не ожидали, что они многого добьются. При любых обстоятельствах нацеливание было бы… сомнительным за девятнадцать световых минут, дальность была слишком велика для любого управляющего звена, и с учетом заявленной эффективности систем ЭБ и ПРО манти, "сомнительное", вероятно, собиралось стать "бесполезным". Даже не учитывая того, что манти были за пределами гиперлимита Юпитера.
Но у него не было выбора. Их собственный запуск сделал это совершенно очевидным. Так же как и полная, ледяная тишина комм-линка.
Они даже не пытались говорить с нами, мрачно подумал он. Ни слова. Они просто вошли, взорвали эскадрилью Нин-ю, а затем сидели там в течение проклятого часа, заставляя нас потеть. И все время они планировали это.
Маридорс Гекл был одним из соларианских офицеров, которые никогда не покупали официальную линию о Мезанском Зверстве. Он встречался с несколькими мантикорскими офицерами, включая адмирала Джеймса Вебстера, убитого мантикорского посла в Лиге, и ни один из них не был маньяком-убийцей. Он не знал, что произошло в Мезе, но был уверен, что знает, что не произошло, потому что невозможно было представить, что эти офицеры преднамеренно убивают миллионы мирных жителей.
Теперь он задумался, не ошибся ли он... и что должно было случиться со звездной системой - местом рождения человечества, если он ошибся.
"Марк-23" мчался прочь от Большого Флота, разгоняясь с постоянным ускорением 46 000 g. Шесть минут спустя, все еще на расстоянии более 312 000 000 километров от Флотской станции Ганимед, их импеллеры отключились, и они двигались по баллистике вперед на скорости в пятьдесят пять процентов скорости света.
"Если текущая оценка УРФ производительности ракет манти является точной - а было бы неплохо, если бы она, наконец, была такой, учитывая цену, которую адмирал Каприотти заплатил, чтобы получить нам эти числа - они должны снова выключиться через двадцать восемь минут, сэр," - тихо сказал капитан Цукатани, и Гекл кивнул.
Их собственные катафракты возьмут больше времени. Если предположить, как сказал Цукатани, что цифры УРФ были в итоге точными, то общее время полета манти через девятнадцать световых минутах составит порядка тридцати семи минут. Импеллеры первой ступени катафрактов сгорают быстрее и разгоняют до меньшей скорости, это означает, что их баллистическая фаза будет на 56 000 000 километров длиннее, чем у прибывающих птичек, и что им потребуется почти вдвое больше времени, чтобы покрыть ее: пятьдесят пять минут в отличие от двадцати восьми манти.