Дэвид Вебер – Бескомпромиссная Хонор (страница 111)

Если во Флоте Солнечной Лиги был флаг-офицер, который имел бы более низкое мнение о руководстве и философии Технодайна, чем Киндрик, Кингсфорд не мог бы представить, кто это может быть. Это была еще одна из причин, по которой он выбрал ее для Системных Разработок. У нее было большое уважение к техническим возможностям Технодайна, и он не боялся, что ее отношение к менеджменту настроит ее против любых хороших идей, которые подбросят команды НИОКР, но она явно была не склонна ослаблять корпорацию больше, чем нужно. Это делало ее чрезвычайно критичной аудиторией, когда офис корпорации отправлял ей глянцевый проспект.

"Я все еще перебираю около шести или семи петабайт отчетов и анализов," - продолжила она, когда Кингсфорд выпустил ее руку и она, в свою очередь, пожала руку Дженнингсу. "Этот был отмечен как срочный, и я склонна думать, что на этот раз они сделали это правильно."

"Вы сказали, что думаете, что это может быть даже более важным, чем Катафракт."

Тон Кингсфорда содержал вопрос, и она кивнула.

"Это не будет таким ... тактически гибким, скажем так, как Катафракт, особенно если он продолжат улучшать производительность его бустерного привода."

Она вежливо предложила Кингсфорду и Дженнингсу следовать за ней к тактической команде, ожидающей их на одной из командных палуб симулятора. На данный момент он был настроен как мостик супердредноута класса Ученый, и она провела их через тактический участок. Тактические станции были включены и заняты персоналом, заметил Кингсфорд, глядя на ждущий главный дисплей. На данный момент он был настроен в масштабе системы, и он увидел нечто, похожее на эскадру супердредноутов, стоящих почти неподвижно на расстоянии чуть более трех световых минут.

"Я не думаю, что мы должны действительно рассматривать эту тактическую систему как стратегическую," - продолжила она, когда они шли. "Ее развертывание не будет чем-то, что я бы назвала простым или эффективным с точки зрения логистики, но если оно будет работать в полевых условиях так же, как на симуляторах и в тестовой программе, оно будет стоить этих сложностей."

"Правда?" Кингсфорд скривил бровь, позволив точно оценить скептицизм в его голосе, но она твердо кивнула.

"Действительно, сэр. У меня были сомнения, когда я просмотрела первоначальное предложение, но дело в том, что оно действительно работает, и нам не пришлось изобретать никакого нового оборудования - ну, мы настроили несколько подсистем, которые у нас уже были - чтобы собрать все вместе. Программное обеспечение является радикальным отклонением от всего, что мы когда-либо использовали ранее, и мы обновили основные процессоры компьютера, чтобы оно заработало, но мы прошли более сорока испытаний живого огня реальных прототипов оружия без единой ошибки. Это не означает, что все будет работать так же эффективно в действии, поскольку у нас есть такие безнадежные оценки технологии, против которой она будет действовать, но с точки зрения надежности систем, это, вероятно, наравне с Джавелином или Требушетом."

Кингсфорд почувствовал, как поднялась другая его бровь. Для Киндрик, особенно в том, что касается Технодайна, это было не просто громкое одобрение, а головокружительный энтузиазм!

"Так это проверенная технология?" - спросил Дженнингс.

"Ее текущие компоненты проверены, сэр," - ответила Киндрик. "Нельзя сказать, что это не может быть улучшено. Я, например, ищу способы модернизации лазерных головок и средств проникновения на конечной фазе. На данный момент мы используем последнюю фазу Катафракта-B и лазерную головку Mod-11, но я не вижу причин, по которым мы не можем улучшить это. Я бы предположила, что мы должны иметь возможность заменить текущую конечную стадию на более крупную; вероятно, такую же большую, как у Катафракта-C, или даже чуть большую. Это означало бы перестроить фюзеляж базовой ступени - может быть, точнее было бы назвать его "корпусом", учитывая размеры, о которых мы говорим, - но базовые системы привода и поддержки не нужно было бы расширять. Только физические размеры конструкции, в которой они установлены."

"Все это звучит хорошо," - сказал Кингсфорд. "Предполагая, что это действительно работает. И это работает так, как рекламируется."

"О, пока, сэр. Фактически, вы должны увидеть доказательство этого примерно через…" - она проверила цифровой дисплей времени, который Кингсфорд не заметил в углу тактического дисплея, "девять минут."

"Извините меня?"

"Боюсь, мы устроили вам небольшой сюрприз, сэр." - Киндрик внезапно улыбнулась, что сделало ее еще моложе. "Птички уже в полете. Коммандер," - она показала головой на тактического офицера на командной палубе симулятора, "получил приказ начать пуск, пока я шла вам навстречу. Они уже в пути."

Кингсфорд на мгновение посмотрел на нее, затем повернулся к дисплею. Она посмотрел на него с ласковой невинностью.

"У вас настоящие живые птички там, в пути - с работающим приводом - прямо сейчас," - спросил он, не отводя взгляда.

"Да сэр. Это так."

"А как далеко ваши дроны?"

"Тридцать миллионов километров, сэр. На полпути к стартовым площадкам."

Кингсфорд покачал головой. В это было трудно поверить, даже после изучения того, что она послала ему.

Дженнингс встал рядом с ним, затем двинулся, чтобы посмотреть через плечо тактического офицера.

"В соответствии с этим, их скорость тридцать семь тысяч км/сек и менее пяти миллионов кликов до дронов… почти четыре минуты осталось на часах, сэр," - сказал он.

Начальник штаба звучал почти благоговейно, и Кингсфорд не обвинял его.

"Я думаю, сэр," - сказала Киндрик, и когда Кингсфорд снова повернулся к ней, ее тонкая жесткая улыбка не выглядела ни молодой, ни милой, "что это то, что манти никогда не увидят. Во всех смыслах этого слова."

Зал Совета директоров

Здание Директоров

Город Колумбия

Система Беовульф

"Ну, слава Богу, все кончено!" Председатель системы Чиянг Бентон-Рамирес откинулся на спинку стула и поднял кружку пива у плавающего над ним голографического изображения, где только что был опубликован финальный счет. Возможно, это была не самая подходящая Председателю поза, которую он мог принять, но это была очень долгая ночь, и никто из его товарищей по совету директоров системы Беовульф не выглядел оскорбленным.

"Что это за фраза, которую так любит ваша племянница, Жак?" - спросила директор по обороне Кадделл-Маркхэм, глядя на маленького, с миндалевидными глазами мужчину, сидящего напротив нее за столом. "Что-то насчет конца начала?"

"У нее есть вкус к древним цитатам," - признал Жак Бентон-Рамирес и Чоу. "Не представляю, где она это подцепила. Но ты права, Габриэль. За исключением того, что я не уверен, что это даже так далеко в будущем, как конец начала. Мне кажется, это скорее случай ратификации начала."

"Понятная точка зрения," - признала Кэдделл-Маркхэм.

"На самом деле, это очень хорошая точка зрения," - сказала высокая женщина со светлыми волосами. "Я надеюсь, что никто не будет обижен, если я скажу, выступая в качестве главного прокурора Республики, насколько глубоко я рада тому, что мы не получили, как я полагаю, того, что могли бы назвать юридически неоднозначной ситуацией."

Хотя Деворе Офир-Джиаккони было всего шестьдесят восемь лет, что было очень мало для директора Беовульфа, она возглавляла Управление юстиции Беовульфа уже почти девять лет. Она была умным, уважаемым членом адвокатуры Беовульфа и упрямым защитником целостности судебного процесса. Что, как размышлял Бентон-Рамирес-и-Чоу, несомненно, объясняет ее полное презрение к нынешнему состоянию Солнечной лиги.

"О?" - улыбнулся он ей. "Ты имеешь в виду, что теперь мы все официально предатели?"

По залу заседаний пробежал хор смешков, возможно, с небольшой нервозностью, и Офир-Джиаккони фыркнула.

"На самом деле, Жак, я имею в виду, что мы больше не предатели. Спорно, по крайней мере."

"Простите меня?" Константин Брюле-Чоу поднял обе мохнатые брови. Директор по гуманитарным делам был почти на восемь сантиметров выше Офир-Джиаккони, но его ноги были на самом деле короче ее, и он был очень широкоплечим и крепко сложенным. Это, вероятно, помогло объяснить его прозвище "Медведь", но его тяжелые брови, низкая линия лба и большие, сильные руки внесли свой вклад в неизбежность этого. "Я думаю, что тот факт, что мы только что наблюдали за голосованием по выходу из Солнечной Лиги, определенно делает нас предателями, по крайней мере, в Старом Чикаго!"

"Нет," - сказала Офир-Джиаккони. "Мы были предателями, в то время когда, будучи членом Солнечной Лиги, активно помогали и поддерживали звездную нацию - нет, три звездные нации - которые находятся в состоянии войны против Лиги. Теперь мы либо независимая звездная нация, либо повстанцы, а не предатели. Есть юридическое различие. Наша собственная судебная система истолковывает это так, что впервые за семьсот семьдесят три года мы снова стали независимой звездной нацией благодаря законному осуществлению наших конституционных прав как члена системы Солнечной лиги. Это означает, что, как и у любой независимой звездной нации, наша внешняя политика, включая любые военные союзы, которые мы выбираем, является нашим делом, и ничьим другим, поэтому никто не может обвинить нас в измене за то, что мы решим. Я сомневаюсь, что кто-то в Старом Чикаго заинтересован в нашей интерпретации, но это другой вопрос. И как придирчивый адвокат, я рада выйти из морально-правовой неопределенности."