Дэвид Уилсон – Собор Дарвина. Как религия собирает людей вместе, помогает выжить и при чем здесь наука и животные (страница 15)

С точки зрения эволюционной теории перечень утверждений Старка можно причислить к объяснениям, считающим религию побочным продуктом развития, «антревольтом». Вкратце его взгляды таковы. Утверждения 1, 2 и 3 описывают психологические характеристики, которые в целом свидетельствуют о высокой приспособленности и легко могут быть поняты как итог естественного отбора, просто в случае религии их проявление неадаптивно. Если религия, по факту, не обеспечивает получение дефицитных ресурсов, для чего, собственно, и были выдуманы сверхъестественные сущности, все предприятие становится пустой тратой времени, особенно если на кону стоит выживание и оставление потомства. Раса людей-мутантов, способных «задействовать» указанные психологические атрибуты только тогда, когда те обеспечивают получение мирских благ, и «выключать» эти атрибуты во всех прочих случаях, быстро вытеснила бы сам вид Homo religiosis. Религия же продолжает существовать лишь потому, что люди не способны проводить столь тонкую подстройку своих психологических свойств. И потому, когда речь идет об эволюции человеческой психологии, религия всегда остается на затратной части баланса.

Во всех своих сочинениях теоретики рационального выбора, как правило, весьма критично отзываются о функционализме, изображая его мертвой традицией, которую ни в коем случае нельзя воскрешать. От случая к случаю Старк так язвителен, что кажется, будто он вообще отказывает сторонникам функционализма в способности рассудочно мыслить, – к слову, он не отказывает в ней даже религиозным фанатикам. Итак, теория Старка – это в чистейшем виде объяснение религии как побочного продукта, празднующее триумф над теорией, которая предполагает, что группы способны к адаптации. Правда, триумф этот иллюзорен, однако прежде, чем я поясню свою мысль и предложу более детальный анализ теории Старка, нам необходимо познакомиться с традицией функционализма, казалось бы, провалившегося на научной сцене столь незавидным образом.

Таблица 2.1. Теория Старка (рациональный выбор в религии) и ее следствия в виде перечня утверждений

1. В пределах своих знаний и понимания, ограниченные доступными возможностями, ведомые предпочтениями и вкусами, люди стараются совершать выбор на рациональных основаниях.

2. Люди наделены сознанием, памятью и разумом и способны формулировать объяснения того, как получить награды и избежать затрат.

3. Люди постараются оценить объяснения по итогам, сохраняя наиболее эффективные.

4. Награды всегда в дефиците – даже если их просто не существует в наблюдаемом мире.

5. В той мере, в какой награды дефицитны или вообще недоступны, люди будут склонны формулировать и принимать объяснения того, как получить эти награды в отдаленном будущем или в каком-либо ином принципиально непроверяемом контексте.

6. В стремлении к наградам люди будут пытаться пользоваться и манипулировать сверхъестественным.

7. Люди не обратятся к сверхъестественному, если более дешевая или продуктивная альтернатива известна и находится в их распоряжении.

8. Желая награды, люди будут пытаться наладить обмен с богом или богами.

9. Чем больше богов, которым поклоняется группа, тем ниже цена обмена с каждым из них.

10. При обмене с богами люди заплатят настолько высокую цену, насколько – по впечатлениям людей – боги достойны доверия.

11. При обмене с богами люди заплатят настолько высокую цену, насколько – по впечатлениям людей – боги отзывчивы.

12. При обмене с богами люди заплатят настолько высокую цену, насколько, как кажется людям, шире возможности богов.

13. Чем шире возможности богов (и чем отзывчивее сами боги), тем более достоверным будет представляться то, что боги могут дать награды, которых нет в этом мире. И наоборот, обмен с богами, чьи способности невелики, будет склонен ограничиться кругом земных благ.

14. В стремлении к потусторонним наградам люди будут принимать отношения неэквивалентного обмена.

15. В стремлении к потусторонним наградам люди будут принимать отношения эксклюзивного обмена.

16. Люди будут стремиться отсрочить выплату религиозных затрат.

17. Люди будут стремиться минимизировать свои религиозные затраты.

18. Религиозные организации будут способны требовать неэквивалентных и выполняемых в пользу единственного получателя обязательств в той мере, в какой они предлагают потусторонние вознаграждения.

19. Магия не может создавать образцы неэквивалентного или эксклюзивного обмена.

20. Маги будут обслуживать индивидуальных клиентов, но не будут возглавлять организации.

Таблица 2.2. Гипотеза, согласно которой религиозные группы действуют как адаптивные единицы. Перечень утверждений

1. Множество ресурсов и иных ценных предметов потребления могут быть получены только путем координированной деятельности личностей. Когда члены социальной группы действуют в таком формате, они действуют как адаптивная единица.

2. Адаптация на уровне групп с немалым трудом развивается путем естественного отбора, поскольку поведение, направленное на достижение общего блага, не повышает безусловным образом относительную приспособленность индивидов внутри групп. Требуется процесс группового отбора, посредством которого хорошо функционирующие группы превосходят другие группы в конкуренции.

3. Человеческие группы действуют как адаптивные единицы преимущественно ввиду того, что у них есть этические системы, регулирующие поведение членов группы внутри нее.

4. Этические системы зачастую получают свое выражение в религиозных терминах. Многие особенности религии, такие как характер сверхъестественных сил и их отношений с человеком, могут быть истолкованы как адаптации, призванные к тому, чтобы позволить человеческим группам действовать в качестве адаптивных единиц.

5. В некоторых случаях адаптивные свойства религии развиваются посредством действия механизма слепого перебора вариантов и выборочного их сохранения; имеет место ситуация множества социальных экспериментов, причем лишь немногие случаи завершаются успехом.

6. В других случаях адаптивные свойства религии представляют собой непосредственный итог психологических процессов, таких как сознательное намеренное мышление или имитирование. В то же время эти процессы сами по себе должны пониматься как результат многоуровневого отбора, имевшего место в отдаленном прошлом.

И вновь Дюркгейм

Моим главным образцом функционализма станет книга Эмиля Дюркгейма «Элементарные формы религиозной жизни» (Durkheim [1912] 1995). До Дюркгейма двумя наиболее влиятельными теориями религии выступали «анимизм» и «натуризм», или естественная религия. Анимизм предполагает, что религиозные верования восходят к сновидениям и грезам, в которых чей-либо призрачный двойник способен, покинув тело, путешествовать вне его. Сон, обморок, сумасшествие, смерть – все это ведет к представлению о мире духов, входящих и выходящих из тела человека по собственной воле. Стоит только вообразить этот мир – и можно будет объяснить все.

Так они создают поистине арсенал причин, всегда им доступных, никогда не оставляя безоружным разум, ищущий объяснений. Кто-то кажется вдохновленным? Красноречиво говорит? Как будто превознесся над собой и обычными людьми? Это потому, что в нем – благой, животворящий дух. Кто-то охвачен приступом болезни или безумием? Это злой дух, вселившись, терзает его. И нет болезни, которую нельзя было бы приписать такому влиянию. При таких объяснениях власть духов возрастает от всего, что им приписывают, и возрастает настолько, что в итоге человек обнаруживает себя пленником воображаемого мира, хотя именно он сам – творец и модель этого мира. Человек становится вассалом тех духовных сил, что созданы его собственными руками и его собственным воображением. А раз эти духи столь могучи и могут наделять здоровьем или насылать болезни, даровать благо или причинять зло, то мудро искать их благосклонности или задабривать их, когда они раздражены. Именно здесь – корень обетов, жертвоприношений, молитв, то есть, коротко говоря, всего аппарата религиозных обрядов (Durkheim [1912] 1995, 49).

В натуризме верующий тоже предстает пленником воображаемого мира, созданного им же самим, но чуть иначе – не через опыт грез, а через страх перед силами природы. В современных эволюционистских терминах и анимизм, и натуризм можно было бы назвать теориями, возникшими как побочные продукты, сходными по духу, если не в деталях, с утверждениями Старка. Человеческая способность мыслить очень адаптивна, но ее специфическое проявление в случае религии не выполняет никакой функции и может быть столь затратным, что дает ложную картину мира и порождает неадекватное поведение. Отрывок, приведенный выше, даже предвосхищает концепцию «эгоистичных мемов» (Dawkins 1976; Boyer 1994, 2001; Blackmore 1999), согласно которой культура предстает в виде паразитического организма, в собственных целях использующего своего носителя – человека.

Однако Дюркгейм сомневался в том, что нечто столь распространенное и влиятельное, как религия, может быть настолько бесполезным и даже вредным. В ранние времена, пребывая на грани смерти, люди вряд ли могли заниматься таким пустым теоретизированием, ведь верования, не способные дать практических выгод, были бы скоро отброшены, сменившись более адаптивными.