Дэвид Моррелл – Тотем (страница 49)
– Хорошо, хорошо, идем.
– Ты – в первую. Ты в четвертую.
– Но почему?..
– Да просто так. Давайте побыстрее. Мне необходимо вас разъединить. Пошевеливайтесь, ради Бога.
Они зашли в камеры, и Аккум, взяв их же ремни и разорвав простыни, связал им руки и заткнул рты. Потом коронер вышел. Оуэнз захлопнул двери и закрыл их на замки.
– Ключи с собой. Второе ружье…
Данлоп подходил к двери, ведущей наверх.
– Нет, уходим другим путем, – сказал Натан. – Ты идешь к выходу наверх. Мы пойдем сюда.
Данлоп казался озадаченным.
– В общем, увидишь.
Слотер прошел вперед и забрал у Оуэнза ключи. Затем открыл вторую дверь и распахнул ее настежь. После этого включил свет и все увидели осклизлый, сырой, кирпичный туннель.
– Он ведет в здание суда. Времени мало.
Мужчины стали двигаться по проходу. Слотер напоследок оглядел охранников, кукующих в клетках. Потом помахал им рукой и, закрыв за собой дверь, запер ее. Повернулся и все побежали.
Было склизко. Какая-то влага капала с потолка, их шаги гулко звучали в туннеле. Слотер увидел, как изо рта вырывается пар, и почувствовал под рукой сырой кирпич. Но бега не остановил. Чтобы не задеть свисающие с потолка лампочки, ему пришлось пригнуть голову. Тут туннель повернул, и мужчины встали перед очередной дверью.
– Она заперта.
Но повозившись ключом в скважине, Слотер почувствовал, что дверь не поддается. Замок не открылся.
– Что это за дела?
Тут он понял, что дверь вовсе не заперта. Была. А он ее как раз закрыл.
– Какого черта?.. Всех уволю.
Но сейчас ему было не до увольнений. Он снова повернул ключ, потом ручку и медленно открыл дверь. Впереди перед беглецами была абсолютная темнота.
– Здесь коридор. Вперед, только вперед, никуда не сворачивая. Сейчас будут ступеньки.
Тут Слотер нащупал выключатель и зажег свет.
– Но мы…
– Не собираюсь становиться мишенью. – Он выключил свет, едва лишь увидел кусок коридора впереди. – Идите по стенке.
Потихоньку мужчины стали пробираться сквозь тьму. Внезапно пол стал кафельным. Шаги стали смутно отдаваться в темноте. Оуэнз на что-то наткнулся и вскрикнул.
– Тише.
– Тут стол.
– Да тише вы. Здесь могут оказаться люди.
Медленно, шаг за шагом они пробирались вдоль коридора. Слотер прошел вперед, прощупывал пространство и, наконец, сказал себе, что вот сейчас должен быть конец, и тут же его ботинок врезался в дерево, а рука наткнулась на перила.
– Получилось, – сказал Оуэнз, и Слотер пожалел, что не успел предупредить его вскрик. Он пошел вверх по ступеням. Сквозь окна пробивался лунный свет, они увидели дверь, а затем уже огромный главный коридор. За дверью слышалась стрельба.
– Тихо, – предупредил он в последний раз, и все втянули головы в плечи, пока Натан прислушивался к тому, что происходит на улице. – Выйдем через черный ход. Вполне возможно, у главного входа могут стоять охранники. Не хочу, чтобы меня сцапали сейчас, когда я почти на свободе.
Он двинулся по сумрачному коридору, комнаты здесь были расположены так же, как в участке. Натан прошел мимо молчаливых кабинетов, добрался до черного хода, выглянул на улицу, посмотрел на следовавших за ним, распахнул дверь и вышел в лунный свет.
Вопли, стрельба.
– Туда. У меня машина на стоянке за участком. Если повезет, сможем уехать.
Он вышел и ступил с тротуара в траву, прислушиваясь к стрельбе, и тут из кустов вышел один человек, затем второй. Слотер, вспомнив двоих юнцов, которые чуть его не пристрелили, едва не прицелился из ружья, едва не спустил курок. Но давнишние дела – не оправдание для чуть не совершившегося убийства. Ладно, значит опять пойман. Что же, он сделал все, что мог и теперь ждал, пока его не заберут и не отведут обратно он вытянул руки, но Реттиг, а это был именно он, – не стал вынимать наручники.
Мужчины сзади с облегчением вздохнули.
– Господь всемогущий, – выдохнул Оуэнз.
– Довольно долго копались. Я чуть было не ушел. Значит, все-таки догадались, как использовать эту гадость…
– Не понимаю, как тебе такое в голову взбрело?
– Не мне. Мардж. – Реттиг повернулся к женщине, подвинувшейся ближе. – Именно она вспомнила, как ты сокрушался, что камеры не имеют достойных запоров, что металл довольно слабый…
– Слава Богу, что я жаловался не при тебе. А то уж было подумал, что переоценил…
– Огромное спасибо.
– Это от всех нас.
Слотер вытянул руку и коснулся Мардж.
– Спасибо тебе.
Он видел, что совсем недавно она плакала.
– Знаешь, я понимаю, эта женщина для тебя…
– Все в порядке, – откликнулась Мардж. – Может быть, для нее смерть оказалась наилучшим выходом. – Она сморгнула.
Выстрелы и крики усилились.
На мгновение Слотер замер.
– Что там за чертовщина происходит?
– Парсонз. Всех оттащил к ярмарочной площади.
– Вот черт.
– Именно. Теперь все там, на открытом пространстве.
Слотер повернулся к остальным беглецам.
– Не знаю, что нам делать, но стоять здесь точно бесполезно. Ярмарка…
– Без меня. – Это Оуэнз. Слотер посмотрел на него.
– У меня жена и дети.
– Не стоит оправдываться. Можете идти. Никто не держит. Когда-нибудь это вспомнится.
– Ага.
Они прекрасно знали, что никто и ничего, и никогда не вспомнит.
Оуэнз исчез. И тут же вернулся, услышал голос Натана:
– Послушайте: подождите рассвета. По крайней мере, помните, о чем обещали.
– Разумеется.
Оуэнз посмотрел Слотеру в глаза, пожал плечами, двинулся вперед, словно решив что-то ответить, но потом медленно отошел, повернулся, прошел мимо здания суда и исчез в тени.