Дэвид Моррелл – Торговец смертью (страница 46)

— Ты прав, не стоит мне этого знать. Вдруг сюда кто-то заявится.

Сиена нарушила молчание:

— Вполне могут заявиться. — Она посмотрела на Малоуна. — Клинт — один из основных коллекционеров твоих произведений. Вполне логично предположить, что мой муж проследит эту цепочку и постарается выяснить, не обращались ли мы к нему за помощью.

— О том, что я являюсь главным почитателем Чейза, не знает никто, — сказал Брэддок. — Одной из причин моего успеха является то, что я не позволяю другим совать нос в мои дела.

— Так ты сделаешь то, о чем мы тебя просим? — спросил Малоун.

После недолгих размышлений Брэддок ответил:

— С одним условием.

— А именно?

— Одной из десяти работ должен быть портрет… — Брэддок посмотрел долгим взглядом на Сиену. — Я полагаю, на самом деле вас зовут не Беатрис?

— Нет, — извиняющимся тоном ответила она.

— Я хочу, чтобы одной из работ был ваш портрет.

— Об этом не волнуйся, — с улыбкой проговорил Малоун. — В каком-то смысле она действительно Беатрис, или, точнее, Беатриче. С этого дня я буду часто писать ее.

5

— Спасибо вам. — Сиена поцеловала Брэддока в щеку.

Это происходило на следующее утро. Небо было ясным, ветер — освежающим. Малоун, Сиена и Брэддок стояли на внешней террасе.

Брэддок потер щеку в том месте, куда его чмокнула Сиена, и просиял.

— Эх ты, это почти справедливое вознаграждение за то, что я вам дал.

Малоун держал в руке коричневый чемодан с полученными от Брэддока деньгами. Десять тысяч банкнот по сто долларов каждая весили меньше, чем ожидал Малоун, — всего около десяти килограммов. Чтобы деньги не болтались, Брэддок сунул в чемодан еще несколько рубашек и джинсы для Малоуна. В сумке Сиены находилось то же самое, только ее размера.

— Как только мы где-нибудь осядем, я сразу приступлю к работе, — пообещал Малоун. — Через месяц-два начнешь получать картины.

— Можешь не торопиться. Твоя работа требует вдохновения.

— Чего-чего, а вдохновения у меня будет предостаточно. — Малоун с нежностью посмотрел на Сиену. — Кстати, Клинт, картины я буду тебе высылать не из того места, где мы обоснуемся.

— Я уже догадался. Как догадался и о том, что мы с тобой в течение некоторого времени не увидимся.

Малоун пожал плечами.

— Возможно, мы не увидимся очень долго. — Он отвел глаза в сторону.

— Будь осторожен, мой друг.

— Постараюсь.

Несколько секунд все молчали.

— Пожалуй, нам пора, — сказал наконец Малоун. В горле его пересохло от нахлынувших чувств. Они с Брэддоком крепко пожали друг другу руки. Когда они с Сиеной садились в машину, у него заломило в груди от боли, вызванной необходимостью навсегда положить конец этой дружбе. «Хорошо еще, что я так и не обзавелся семьей, — подумал он. — Мне пришлось бы порвать и с ними». И сразу же вслед за этим Чейз понял, что ошибается. У него есть семья! Он посмотрел на Сиену, которая в этот момент забиралась в машину, и пожалел, что у него нет времени нарисовать ее прямо сейчас — с распущенными волосами и в белой блузке, оттеняющей чудесный цвет ее кожи. Впрочем, Малоун знал, что ему теперь никогда не расхочется ее рисовать.

6

Машина представляла собой восьмилетний «Форд Эксплорер». Брэддок купил ее у одного из своих помощников по ранчо за такую баснословную сумму, которую тот никогда в жизни даже в руках не держал. У нее была помятая радиаторная решетка, из выхлопной трубы валил черный дым, но, если не считать этого, она была вполне на ходу.

В бумажнике, который Малоун забрал у застреленного агента, обнаружилось удостоверение на имя Дейла Пери. В Абилине Малоун использовал его, чтобы получить водительские права штата Техас на имя Пери, и на это же имя зарегистрировал «Эксплорер».

Они ехали на запад.

7

Юма, штат Аризона. Малоун был здесь двенадцать лет назад во время учений, на военно-воздушной базе морской пехоты, расположенной на окраине города. Летом городок был маленьким, с населением около пятидесяти тысяч человек, но зимой народу здесь оказывалось в два раза больше. Солнечный климат и Колорадо-ривер привлекали множество отдыхающих с севера, которые слетались сюда, как перелетные птицы, и жили преимущественно в трейлерах. В конце марта городок все еще был наводнен приезжими.

Малоун и Сиена арендовали индивидуальное хранилище и забили его старыми столами и комодами — мебелью в таком ужасном состоянии, что любой взломщик, проникнув сюда, плюнул бы и отправился искать счастья в другом месте. В дальнем углу они поставили старый сундук, в который Малоун положил чемодан с миллионом долларов.

Он опустил стальную дверь на полозьях, запер ее и отдал Сиене один ключ, а второй сунул в карман. С двадцатью тысячами долларов они посетили несколько банков и, чтобы не привлекать к себе внимание, в каждом меняли понемногу, переводя их в мексиканские песо. Когда они окажутся в Мексике, этой суммы им хватит надолго.

Погрузив в машину все самое необходимое, они поехали на юг и через сорок минут уже были на мексиканской границе.

Пункт пересечения границы находился в городе под названием Сан-Луис. Мексиканские пограничники едва взглянули на «Эксплорер». С таким же разгильдяйским отношением мексиканцев к своим обязанностям Малоун столкнулся двенадцать лет назад, после окончания военных учений в Юме. Согласно правилам американцы, въезжающие в Мексику, должны иметь туристическую карточку и так называемое разрешение на временный импорт автотранспортного средства, но Малоун направлялся в один из пунктов свободной торговой зоны Сонора, а для въезда в нее эти документы не требовались. Не ограничивалась и продолжительность визита. Но даже если бы пограничники вдруг решили остановить и обыскать «Эксплорер», они не нашли бы ничего предосудительного. Пистолет, который Чейз взял у мертвого Дейла Пери, давно покоился на дне канализационного люка в Юме.

Городок уступил место маленьким фермам, затем они стали встречаться все реже, и наконец вокруг не осталось ничего, кроме песка и разбросанных там и сям пучков травы.

— Чувствуешь? — спросил Малоун.

— Что?

Калифорнийский залив разделял материковую часть Мексики и западный полуостров Баха-Калифорния. В юности Малоун был удивлен, узнав, какое небольшое расстояние — всего два часа езды — разделяет южную Аризону и Тихий океан, и навсегда запомнил поездку к нему.

— Влажный воздух. Запах соли. Океан! Когда мы поднимемся на следующий пригорок, наверняка увидим его.

Однако вместо океана они увидели военный блокпост.

Сиена напряглась.

— Не волнуйся, — успокоил ее Малоун, — военные ищут наркотики, нелегально доставленные с моря, поэтому их интересуют машины, которые едут не в сторону моря, а от него.

Слева и справа от заграждения стояли по трое вооруженных солдат. На противоположной стороне дороги обыскивали потрепанный пикап. Дежурный офицер, усатый и узколицый, наблюдал за происходящим сквозь стекла зеркальных солнцезащитных очков.

На глазах Сиены тоже были очки, на голове — широкополая соломенная шляпа, на лице — никакого макияжа. Тем не менее Малоун опасался, что военные заметят ее привлекательность и захотят рассмотреть ее поближе. Однако он тревожился напрасно. Солдаты были настолько поглощены обыском пикапа, что лишь махнули им, веля проезжать дальше.

Поглядев в зеркало заднего вида, Малоун заметил, что капитан провожает удаляющийся «Эксплорер» внимательным взглядом.

— Ну вот, — сказал Чейз Сиене, — беспокоиться не о чем.

8

— Я вижу! — воскликнула Сиена, указывая вправо, где внезапно открылось безбрежное синее пространство, отражающее солнечные лучи.

Теперь дорога шла параллельно берегу, и расстояние между ними постепенно сужалось. Через пару миль появились строения, пальмы. Это были предместья города. Малоун проехал мимо универсального магазина и автомастерской. Возле двухэтажного здания песочного цвета с красной черепичной крышей притулилась хибара, сложенная из зольных блоков, а за ней — пустырь, заваленный грудами мусора. Это было обычным явлением для прибрежных городков, не претендующих на звание курорта: дорогие дома располагались рядом с бедными, и никого это не удивляло.

Чуть дальше мостовая закончилась, превратившись в широкую песчаную дорогу. Справа они увидели открытое пространство со скамейками, расставленными под раскидистыми деревьями, слева, за оградой из проволочной сетки, тянулась вереница одноэтажных школьных корпусов. На ухоженной территории — видимо, сейчас как раз была перемена — играли школьники.

— Это Санта-Клара, — пояснил Малоун, — рыбацкий городок. Его с великой радостью открыли для себя американцы, у которых есть трейлеры и которые ищут места для дешевого отдыха. Здесь обычно бывает так много американцев, что мы не будем выглядеть белыми воронами. Более того, если мы будем держаться особняком и тратить деньги, мы станем здесь желанными гостями.

— Держаться особняком — это именно то, что мне хочется больше всего на свете.

Несколько улиц уходили влево, но основная их часть шла вправо, в сторону пальм, деревянных баров и ресторанов, тянущихся вдоль берега. Не обращая внимания на эти съезды к океану, Малоун ехал вперед — до тех пор, пока постройки не закончились. Остался только песок. И море.

— Конец дороги, — сказал он.

— Значит, мы вернемся в город и найдем какое-нибудь место, где можно остановиться? — спросила Сиена.