Дэвид Льюис – Дитя мое (страница 52)
– Посадили, – улыбнулся Джек.
Дернув рычаг дросселя, пилот подвел самолет обратно к ангару. Оказавшись на месте, он пощелкал выключателями, обесточивая самолет. Келли сняла с головы шлемофон. Волосы оказались в беспорядке, и она попыталась расчесать их пальцами.
– Вам понравилось?
Келли кивнула и нахмурилась, словно это ее немного встревожило.
– Больше, чем я предполагала. Я почувствовала себя… супергероиней…
Джек помог ей вылезти из кабины, крепко сжимая ее руку, когда она, опершись на подножку, соскакивала вниз. Вместе они в полном молчании вернулись в офис. Келли, судя по всему, вновь переживала то, что испытала во время полета.
– Сколько я вам должна? – спросила она.
До этого Джек преднамеренно избегал поднимать этот вопрос. Обычно он запрашивал семьдесят долларов.
– Мой подарок, – сказал Джек.
Келли запротестовала, но не особенно горячо. Потом она несколько секунд стояла на месте, не зная, что на это сказать или как следует поступить. Неожиданно Джек почувствовал к ней сильное влечение. И дело было не только в ее привлекательности, в ее уме и специфическом чувстве юмора. Было в этой женщине еще нечто тщательно скрываемое, таящееся под поверхностью. Джек понятия не имел, что же она прячет, но Келли его заинтриговала. Поскольку было очевидно, что она преодолела немалое расстояние лишь для того, чтобы пообщаться с ним, Джек подумал, что, быть может, Келли захочет продлить это общение.
– Я уже собираюсь закругляться здесь, – сказал он. – Хотите кофе? Здесь недалеко есть одно неплохое заведеньице.
Она без тени смущения взглянула ему в глаза:
– С удовольствием.
Келли ждала его, сидя на одном из легких стульев, стоявших в офисе. Джек убрал со стола, приведя все в порядок. Взгляд его упал на блокнот, на тот самый, в который он заносил свои сумбурные мысли. Вздохнув, Джек вспомнил о том, что туда записывал, и постарался найти оправдание своему импровизированному свиданию с Келли.
«Просто выпьем вместе кофе», – сказал он себе.
Положив блокнот в ящик стола, он запихнул его подальше.
Глава 21
Половина четвертого. В такое время уже нужно думать об обеде, а не о кофе, но Келли не пренебрегла возможностью поговорить с Джеком начистоту в спокойной обстановке. Пока Джек собирался, она листала один из посвященных авиации журналов хозяина офиса и мысленно готовилась к трудному разговору с человеком, чья приемная дочь может оказаться ее Эмили.
Закончив, Джек предложил ей поехать вслед за ним на своей машине.
– Надо двигаться прямо по улице, а затем свернуть направо, – сказал он. – Заблудиться невозможно.
«Понятно», – подумала она, садясь в свою «тойоту короллу».
К сожалению, ее жизнь давно уже свернула не туда, куда нужно. Следуя за его автомобилем, Келли терялась в догадках, чем вызвано его приглашение. Вполне возможно, Джек что-то заподозрил, либо она ему просто понравилась. В любом случае пришло время открыть правду.
Джек ожидал ее у двери кафе. Взяв в руку сумочку, она вышла из машины, стараясь за подчеркнутой непринужденностью скрыть внутреннее напряжение.
В кафе она уселась за перегородкой в глубине зала, предоставив Джеку делать заказ. Глубоко дыша, Келли принялась разглядывать обстановку, надеясь хоть таким образом немного успокоиться. Пол был бетонным, потемневшим, покрытым пятнами. Под потолком пересекались массивные деревянные балки. На стенах – фотообои с пейзажами. Камин, сложенный из дикого камня. Кожаные кушетки светло-коричневого цвета и стулья с мягкими сиденьями. Людей было довольно много. Кто-то читал, сидя в одиночестве, кто-то беседовал, кто-то набирал текст на ноутбуке либо на мобильном телефоне. Обстановка была домашней, радушной и очень мирной.
Для нее это стало первым свиданием за последние лет десять. Они сидели друг напротив друга и вели ни к чему не обязывающую приятную беседу. Наконец Келли решила: пора.
– Я должна кое в чем признаться, – вертя в руках чашку, произнесла она.
Ее слова, судя по всему, позабавили Джека, и он едва не сразил Келли наповал, заявив:
– Я знаю, что вы собираетесь сказать. У нас больше общего, чем сначала казалось.
Сердце екнуло у нее в груди. Должно быть, Джек нашел ее через Интернет, хотя это было не так легко. Так уж получилось, что в Акроне проживало много женщин по имени Келли Мейнс. К тому же так звали популярного сенатора штата от демократической партии, впрочем, излишне консервативную даму, по мнению Келли. Сенатор происходила из богатой и влиятельной семьи Мейнс. Дело перешло к ней от ее отца, Маршалла Мейнса, а к тому – от ее деда Фредди. Если ввести в поисковик это имя, то до десятой, а то и одиннадцатой страницы выйти на Келли невозможно, но настойчивый человек и не на такое способен. Если Джек все знает, то это лишь облегчает ее задачу.
Видя ее нерешительность, он продолжил:
– Я уверен, что за нашей встречей стоит Сан.
Сан? Келли кивнула лишь для того, чтобы выиграть время.
– Она давным-давно делает все, чтобы женить меня.
Келли с трудом сглотнула. «Свидание вслепую. О нет!» Она лихорадочно искала выход из создавшего положения. «Скажи ему правду!»
– Я рад, что вы вернулись, – вдруг заявил Джек, надеясь, что Келли не сочтет его излишне прямолинейным. – Я боялся, что вы передумали.
Незамысловатый комплимент, похоже, немного ее испугал. Джеку же ее реакция на его слова показалась забавной, даже милой. Особенно очаровало его то, как настороженно Келли на него взглянула. Его не удивило, что свое знакомство с Сан она отрицать не стала.
– Кстати говоря, у вас есть сестра или брат? – спросил он.
Миновала, казалось, целая вечность, прежде чем женщина ответила:
– Нет. Я одна…
Келли бросила на него пристальный, пытливый взгляд, похоже, о чем-то задумалась, но потом черты ее лица разгладились. Затем она сказала, что ее мать сейчас живет в Кливленде. Туда она переехала после смерти мужа.
– Я была близка с папой. У мамы довольно строгий характер. Сейчас она живет ради приходских групп, клубов по интересам и благотворительных концертов.
Джек внимательно слушал Келли, очарованный ее робостью, отражавшейся на румяном лице и в голубых глазах. Темные волосы свободно спадали на плечи. В голову ему пришло, что, пожалуй, со временем, когда Натти повзрослеет, она станет внешне похожа на эту женщину. Вот только Келли, казалось, все больше и больше нервничала.
«Она нервничает из-за меня», – решил он.
– У меня был старший брат, но он умер пять лет назад, – сказал Джек.
– Сочувствую.
– Автомобильная авария, – принялся рассказывать он. – Мы с Сан прежде не были близки. Сестра – из тех, кто любую няньку с ума сведет. Только после появления у меня Натти мы с сестрой начали ладить.
Джек умолк, опасаясь, что сболтнул лишнего, но Келли в ответ лишь улыбнулась.
– А как у вас появилась Натти?
Второй раз задавать один и тот же вопрос ему не пришлось. Джек с радостью рассказал все от начала и до конца.
– Сначала я согласился ради памяти брата, – сказал он, – и ради Натти. Я хотел, чтобы девочка не только была в безопасности, но и
Взгляд Келли затуманился.
– У вас было несчастливое детство?
Джек пожал плечами.
– Скажу так: моей матери не стоило рожать детей.
– А-а-а… Я знаю таких женщин…
Откинувшись на спинку стула, он с интересом разглядывал эту очаровательную и очень скрытную особу. Ему хотелось спросить у нее: «Зачем вы приехали в Вустер? Не ради же полета, это ясно».
– Знаете, ваши волосы в лучах солнца становятся почти рыжими. У Натти я заметил ту же особенность.
Келли, сжимая чашку, смотрела на золотисто-коричневую поверхность чая, на которой плавали сливки. Она вежливо улыбнулась и приподняла голову. Их взгляды встретились. Джек мог бы поклясться, что видит напряженную работу мысли в глубине ее встревоженных глаз.
– Джек… – произнесла она, явно волнуясь, – вы очень ее любите?
Он кивнул.
– Натти – смысл моей жизни. Я иногда задумываюсь о будущем, и это меня пугает. Мне кажется, что пройдет совсем немного времени и ей исполнится десять лет… затем одиннадцать… двенадцать… Мне кажется, что я ее теряю. Не представляю, куда уходит время.
– Вы всерьез думаете, что можете ее потерять?
Джек невесело рассмеялся.
– Ну… я понимаю, что, когда Натти вырастет, мы, безусловно, отдалимся, но временами у меня возникает страх, что она и так далека от меня. Девочку удочерил мой брат, а до этого кто-то дал ей жизнь. Я просто оказался в нужном месте в нужное время. Я все время боюсь совершить грубую ошибку, стараюсь быть самым лучшим отцом на свете, защищаю от всех возможных опасностей.
Он вздохнул, понимая, что пустился в ненужные объяснения.