Дэвид Лайонс – Горящий лед (страница 25)

Буше провели в комнату, где он скинул перемазанную в болотной жиже одежду, принял душ. Ему подготовили медицинский халат, перчатки, бахилы и маску. Он все надел и стал ждать.

Стремительно вошел врач, который говорил с ним раньше.

— Пойдемте, — сказал он. — Быстрее.

Они бросились в операционную.

Дон лежала на животе. Буше встал на колени, чтобы опуститься до уровня ее лица, провел пальцем по ее щеке. Она приоткрыла глаза. Две узкие щелочки — однако она увидела и узнала его. На ресницах показалась слеза — единственная. А потом глаза ее закрылись. Навеки.

Врач положил руку Буше на плечо.

— Она кое-что сказала, пока мы готовили ее к операции. Может, вы поймете, о чем речь. Все повторяла: «Позовите его», и еще — «ДР». Она знала кого-то, чье имя начинается с этих букв?

— Не знаю, — ответил Буше.

Одетый в обноски с чужого плеча, он забрал из своей перепачканной одежды бумажник и ключи и вызвал такси, чтобы вернуться домой.

Фитч позвонил в его дверь в полдень.

— Сил хватит? — спросил он.

— Только если вы сядете за руль.

— После такой ночки — ни за что. У нас есть водитель.

Они уселись на заднее сиденье патрульной машины и поехали по тому же маршруту, которым Буше ехал всего день назад. У Фитча был единственный способ выразить соболезнования — он не задавал никаких вопросов. Они доехали до лаборатории «Рекскона». На парковке было пусто.

— Где же все? — спросил Буше.

— На самом деле это здание не используется, — ответил Фитч. — Там есть охранник, но вчера ему дали выходной; сегодня он вышел на работу и сообщил, что компания купила это здание всего несколько месяцев назад и только начала нанимать персонал.

Они вошли, поднырнув под желтую ленту, какой огораживают место преступления.

— Кантрел сбежал, — доложил Буше. — Тут был еще один тип, настоящий маньяк, по имени Квиллен. Это он додумался искупать нас в серной кислоте.

— Мы нашли пулю, от которой погибла Дон, — сказал Фитч. — Тридцать шестой калибр, обычный, винтовочный.

— Я и не рассчитывал, что она окажется тридцать восьмого калибра.

— Вряд ли бы они стали стрелять из пистолета с такого расстояния. Да, кстати. Я отыскал пулю, которой убили Декстера Джессапа. Правда, отыскать через столько лет и само оружие вряд ли удастся.

— Но если найти другую пулю, выпущенную из того же ствола… Кантрел выстрелил здесь дважды. — Он огляделся. — Они явно где-то в стенах или в потолке.

Фитч позвонил, вызывая экспертную группу.

— С Перри кто-нибудь связывался? — спросил Буше.

— Я утром позвонил ему на работу. Секретарша сказала, что его нет в городе. Возможно, он прямо сейчас на встрече со своими адвокатами.

Буше вышагивал взад-вперед, глядя себе под ноги.

— Что вы ищите? — спросил Фитч.

— Я бросил в Квиллена свой мобильник. Его здесь нет. Выходит, они вернулись за ним. В телефоне есть список моих звонков. Они обнаружат, что Пальметто жив. Нужно его предупредить. Мне бы домой, если мы тут закончили, — сказал Буше.

— Разумеется. Сейчас вас отвезем.

— Можно воспользоваться вашим телефоном? — попросил Буше. Фитч передал ему трубку, он набрал номер.

— Пальметто? Это Джок Буше. Дон погибла. Убили ее Кантрел и один псих по имени Квиллен. У них мой мобильник, Боб. А значит, они в курсе, что вы живы, и могут вас выследить. Предупредите полицию. Скажите, если у них есть вопросы, пусть звонят инспектору Фитчу из Восьмого участка. А я сейчас еду домой. — Он отключился.

На обратном пути Фитчу явно сделалось неловко в полной тишине.

— Все это еще не закончилось, — сказал он.

— Знаю. Я все думаю про слова Дон: «Позовите его». И еще она пыталась произнести что-то по буквам, начиналось с «Д» и «Р».

— Она была в шоке. Док просто ослышался, забудьте вы это.

— А что будет с Перри?

— Если Кантрел его не заложит, скорее всего, выкрутится.

— Ну уж нет, пока я жив, — ответил Буше.

Патрульная машина остановилась у дома Буше. Буше вылез, и тут Фитч сказал:

— Я установлю за вашим домом круглосуточное наблюдение. Вы их не увидите, но они будут рядом.

Буше стиснул обеими руками ладонь Фитча.

— Спасибо.

— Да это моя работа. Вы — главный свидетель. А еще я хочу, чтобы вы сидели дома и отдыхали. Никаких ресторанов.

— И долго?

— Пока мы не найдем Кантрела. Я буду держать вас в курсе.

Патрульная машина отъехала. Буше вскарабкался по ступеням на крыльцо. Казалось, ботинки его налились свинцом. Он отворил дверь, дошел до дивана, откинулся на спинку и зарыдал.

Неожиданно раздался стук в дверь. Буше взглянул на часы. Сколько же времени он провел в этом горестном трансе! Сквозь конические вставки из матового стекла он разглядел два силуэта.

— Кто там? — осведомился он.

— Инспектор Пеабо, уголовная полиция, — откликнулся голос. — Со мной тут один тип. Инспектор Фитч сказал, что если вы его не признаете, чтобы я вез его прямо в кутузку.

Буше открыл дверь. Перед ним стоял Пальметто.

— Я его знаю, — сказал Буше патрульному. — Благодарю вас, офицер. — Он схватил Пальметто за руку и втащил его внутрь. — Что вы тут делаете? — осведомился он.

— Кантрел считает, что я в Новой Англии, и здесь уж точно не станет меня искать. Надеюсь, вам есть где меня приютить.

— Конечно. Строго говоря, не такая плохая мысль. Если мы где и в безопасности, так здесь. Комната для гостей наверху. Хотите поспать? Вид у вас вымотанный.

— Я и правда вымотался. А вы как? — спросил Пальметто.

— Так себе, — ответил Буше. — В Дон попала пуля, которая предназначалась мне. Я не должен был этого допустить.

— Я прекрасно вас понимаю. Декстера убили столько лет назад, а теперь и Рут Калин. Вина за их гибель лежит на мне. Мы должны остановить эту бойню, — сказал Пальметто. — Кантрел обязательно нападет на вас снова. Вы стоите у него на пути.

На следующее утро Фитч позвонил Буше по стационарному телефону.

— Это Фитч. Я получил аудиенцию у его величества Джона Перри. Терпеть не могу, когда мне звонят всякие надутые секретарши и заявляют, что их босс соизволит принять меня в десять. В общем, около полудня буду у вас. Привезти что-нибудь?

— Ну, например, муфалетту.

— Привезу парочку.

— Лучше три. У меня гость.

— А, так он у вас? Хорошо.

Буше сварил кофе во френч-прессе, своем любимом кофейнике. От этого у него возникло ощущение, что жизнь еще может вернуться в нормальное русло.

— Гм, как замечательно пахнет, — заметил Пальметто.

Буше резко обернулся.