Дэвид Кордингли – Под черным флагом. Быт, романтика, убийства, грабежи и другие подробности из жизни пиратов (страница 29)
Третий корабль поспешил адмиралу на помощь, но был перехвачен одним из каноэ, которое вступило с ним в ожесточенный бой. Когда подоспел первый корабль, буканьеры убили так много членов его команды, что на борту едва остались люди для управления такелажем. Буканьеры окончательно вывели флагманский корабль из строя, вбив клин в судовой руль. Когда адмирал, старший боцман и две трети команды были убиты, выжившим на флагманском судне оставалось только сдаться. Благодаря двум взрывам на еще одном корабле буканьеры без труда захватили и его. Третьему кораблю удалось скрыться.
Рингроуз поднялся на борт двух захваченных кораблей, чтобы проверить, в каком они состоянии. Результаты взрывов и обстрелов на первом корабле были ужасающими: «…никогда в своей жизни я не видел более печального зрелища. Все люди на борту были либо мертвы, либо смертельно ранены, либо так сильно обожжены, что их темная кожа в некоторых местах была белой – порох прожег ее не просто до мяса, а до кости»[218]. На корабле адмирала в живых осталось 25 человек из 86: «Их кровь реками стекала по палубам, и трудно было найти место, которое не было бы не залито кровью»[219].
Пираты начала XVIII в. почти не использовали для нападений лодки, но несколько таких атак все-таки задокументированы. В апреле 1713 г. вице-губернатор Бермудских островов Пуллен писал, что острова превратились в «пристанище для трех шаек пиратов, которые на лодках грабят корабли, в каждой лодке их примерно по 25 человек»[220]. Двенадцать лет спустя шлюп из Нью-Провиденса «Снэппер» под командованием Тома Петти находился в тех водах. Погода была безветренной, и он почти добрался до острова Раггед-Айленд на Багамах, но тут на корабль напали испанские пираты на пироге. Во главе пиратов был капитан Агустин Бланко, который захватил шлюп и отогнал его на близлежащий остров, где пираты высадились и ограбили местную семью. Похожий случай описывался в
У пиратов всегда было преимущество перед жертвой. Они могли часами и даже днями следовать за кораблем на безопасном расстоянии, оценивая его потенциальную мощь, орудия и численность команды. Если он оказывался большим торговым судном Ост-Индской компании или мощным военным кораблем, пираты разворачивались и отправлялись на поиски жертвы послабее. Однако если судно было легкой мишенью, пираты либо заставали его врасплох, либо атаковали в лоб.
Проще всего застать жертву врасплох можно с помощью фальшивых флагов – тактической хитрости, к которой часто прибегали моряки во время войны. До появления радио и азбуки Морзе парусный корабль, находящийся в море, мог узнать национальность другого судна только по флагам. К 1700 г. у каждой страны уже был свой военно-морской флаг, поэтому опытный мореход по расцветке знамен, развевающихся на стеньгах и флагштоках, без труда определял, кому принадлежит судно.
У пиратов были свои собственные флаги, красные или черные с черепами и другими символами, но на борту всегда имелись и другие. Когда им хотелось скрыть, что они пираты, они вешали государственный флаг. К слову, британские пираты без зазрений совести водружали флаг Великобритании или Англии. В октябре 1723 г. Уолтер Мур, капитан шлюпа «Игл», заметил на берегу заброшенного острова Ла Бланкилья пиратский корабль Лоутера, который пираты после нападения на «Принсесс» планировали перевернуть для килевания. Муру пришлось поднять флаг и направить на шлюп орудия, «чтобы они показали флаги своей страны, и тогда они подняли на стеньге английский флаг»[221]. Атакуя ирландский пинк «Мэри-Энн», Сэм Беллами поднял на мачтах «Уиды» королевские флаги и вымпелы. Когда в 1721 г. королевский корабль «Суоллоу» выследил Бартоломью Робертса, тот встречал преследователей «с английским гюйсом, датским вымпелом и черным флагом на бизань-мачте»[222].
Ранее Робертс перехитрил корабли у Мартиники, подняв голландские флаги и подав сигналы, которые обычно использовали голландские корабли, когда возвращались с черными рабами с побережья Гвинеи. Эта уловка позволила привлечь и захватить четырнадцать французских шлюпов с огромными суммами денег на борту, которые вплотную подошли к кораблю Робертса, чтобы купить рабов. В марте 1723 г. капитан Лоу, столкнувшись в Гондурасском заливе с испанским торговым судном, тоже использовал классический прием с фальшивыми флагами: пираты «подняли испанские флаги и приблизились к шлюпу, затем они их спустили, подняли свой черный флаг, дали пушечный залп и взяли судно на абордаж»[223].
Более двух веков во всем Западном мире черный флаг с белым черепом и скрещенными костями символизирует пиратство. В таком виде он появляется у авторов романов от Вальтера Скотта до Роберта Льюиса Стивенсона и художников. Вне всяких сомнений, этому образу помогли закрепиться в сознании людей удивительные рисунки Говарда Пайла в «Пиратах Южных морей» и иллюстрации Ньюэлла Конверса Уайета к изданию «Острова сокровищ» 1911 г., к тому же он постоянно появлялся на сцене и экране. Уильям Гилберт в режиссерских указаниях для «Пиратов Пензанса» пишет, что актер, играющий роль пиратского короля, должен развернуть черный флаг с черепом и скрещенными костями во время исполнения куплета «Уж лучше жить и умереть / Под черным флагом песни петь». В начале и конце немого фильма 1926 г. «Черный пират» с Дугласом Фэрбенксом в главной роли зритель видит традиционный пиратский флаг, развевающийся на ветру. Этот мотив присутствует почти во всех пиратских фильмах.
Именно поэтому вызывает удивление тот факт, что череп и скрещенные кости не были единственным пиратским символом. В золотую эпоху, в начале XVIII века, на пиратских флагах появилось множество разных образов: истекающие кровью сердца, горящие пушечные ядра, песочные часы, копья, абордажные сабли и целые скелеты. Вплоть до середины XVIII в. красные флаги упоминаются в документах так же часто, как и черные.
Общей чертой всех пиратских флагов (и это относилось как к берберским, так и к англо-американским пиратам) было желание пиратов приводить в трепет моряков торговых судов, которые были их жертвами. Как писал Маркус Редикер, часто символы на флагах представляли из себя «триаду взаимосвязанных символов – смерти, жестокости и ограниченности во времени», которые пираты использовали для того, чтобы жертвы понимали, что надо немедленно сдаться, иначе последствия будут ужасающими.
Остается открытым вопрос, когда пираты стали использовать свои собственные узнаваемые флаги. Череп, или, как его чаще называли, «адамова голова», со скрещенными костями, был общепринятым символом смерти еще со Средних веков. Это изображение часто можно найти на гробницах в церквях и соборах, на надгробиях сельских кладбищ, из-за чего некоторые ошибочно полагают, что в могиле похоронен бывший пират. Капитаны кораблей, записывая количество погибших членов команды в судовом журнале, тоже иногда использовали этот символ. В какой-то момент, в период между 1700 и 1720 гг., некоторые пираты переняли изображение черепа как символ угрозы, часто сопровождавшийся песочными часами или оружием. В золотую эпоху пиратства некоторые капитаны придумывали свои собственные символы. Бартоломью Робертс велел команде изготовить флаг, на котором будет изображена его фигура, стоящая на двух черепах – губернатора Барбадоса и губернатора Мартиники. Это показывало, насколько Робертс недоволен тем, что власти этих островов пытаются его поймать. На флаге Калико Джека была изображена адамова голова над скрещенными саблями.
К 1730 г. череп и кости на черном флаге, по всей видимости, вытеснили другие символы и стали использоваться английскими, французскими и испанскими пиратами, охотившимися в Вест-Индии. Однако есть свидетельства, что до этого года иногда использовались просто черный или красный флаг. Традиционно черный цвет символизировал смерть, красный – войну. Хотя Фрэнсис Дрейк обычно поднимал на кораблях английский крест святого Георгия, есть данные, что в 1585 г. во время похода на Картахену, на его корабле «были подняты черные флаги и вымпелы, грозящие смертельной битвой». В воспоминаниях Бэзила Рингроуза о плавании на пиратском судне во главе с Бартоломью Шарпом есть описание случая, произошедшего в январе 1681 г. Буканьеры на захваченном корабле «Тринидад» встретили у островов Хуана Фернандас три испанских военных корабля. «Только нас заприметив, они подняли красные флаги, мы тоже подняли флаги, чтобы показать, что им нас не запугать».
Существовали и другие значения флагов красного и черного цветов. Во французской книге 1721 г. есть вручную раскрашенные гравюры пиратских флагов, в том числе черный с различными символами, а также красный флаг и красный вымпел. Под красными флагами написано «Pavillon nomme Sansquartier» (фр. «флаг – “пощады не будет”»). Такое значение красного знамени подтверждается словами Ричарда Хокинса, которого в 1724 г. пираты захватили в плен. Позже он опишет, как «они поднялись на палубу и водрузили «Веселого Роджера» (так они называют черное знамя с изображенным большим белым скелетом, у которого в одной руке копье, пробивающее окровавленное сердце, а в другой – песочные часы). Когда они нападали с «Веселым Роджером» на мачте, врагов щадили, но под красным флагом они не знали пощады».