Дэвид Класс – Время вышло (страница 7)

– Я и не знал. Для ловли рыбы мне не хватает терпения. Могу я взглянуть на ваше водительское удостоверение и регистрацию?

Зеленый Человек поднял на него глаза.

– Конечно. Регистрация у меня в бардачке. Не возражаете, если я достану?

– Доставайте, – сказал полицейский. – А потом можете ехать домой. Мы получили ориентировку, что должны проверять всех, кого остановим, из-за этой плотины. Осторожность не помешает.

– Да, не помешает, – согласился Зеленый Человек, и его правая рука потянулась к рукоятке пистолета. Ему придется застрелить либо копа, либо себя. Если он приставит пистолет к своей голове, то также выстрелит и в собственную семью. Его дети будут страдать долгие годы и, скорее всего, непоправимо. К тому же, несмотря на все меры предосторожности, Шэрон, одной из двух женщин, которых он когда-либо любил за всю свою жизнь, будет очень трудно доказать, что она не была соучастницей. Для него это будет легкий выход, но ей придется принять удар на себя. И все, что он пытался сделать для мира, все, что привел в движение, вся та чудесная энергия, которая накапливалась с каждой атакой, – все кончится. Так что остается только одно, даже если это будет отвратительно. Указательным пальцем правой руки он коснулся спускового крючка и уже собирался поднять пистолет, как вдруг загремела музыка кантри – хор голосов пел какую-то дурацкую песню о любви и разлуке, и мужчине потребовалось полсекунды, чтобы сообразить, что это рингтон на мобильнике копа. Тот поднес телефон к уху.

– Да, Нэнси, что там такое?

Человек ждал, затаив дыхание. Полицейский нахмурился.

– Скажи Мейбл, чтобы она не пыталась ее снять. Даже если ей это удастся, та ее поцарапает. Скажи, что я уже еду и буду через десять минут.

Парень убрал мобильник и усмехнулся Зеленому Человеку.

– Чертова кошка раз в неделю забирается на одно и то же пекановое дерево.

– Вообще-то я собачник, – улыбнулся тот в ответ, по-прежнему держа указательный палец на спусковом крючке. – Кажется, вам нужно поскорее туда попасть.

– Да, мне нужно поторопиться, – согласился молодой коп, поворачиваясь к своей машине. – Только не забудьте поскорее починить стоп-сигнал.

– Как только смогу, – пообещал Зеленый Человек. – Да, и удачи вам с кошкой.

Глава 6

Эллен проснулась под выпуск новостей о взрыве на плотине Бун и немедленно запрятала это известие в дальний уголок сознания, действуя по своему обычному утреннему распорядку.

Она высадила Джули возле Академии Карлайла, провела в Колумбийском университете утренний семинар по экологически чистым энергоносителям, встретилась с двумя аспирантами, а затем в своем кабинете переоделась в спортивный костюм и отправилась на пробежку в направлении Зеленого центра. Только оказавшись на крутых и извилистых тропинках Морнингсайд-парка, она позволила себе остановиться и втайне возликовать.

День выдался прохладным, и на тротуарах Гарлема было немноголюдно. Она бежала через бульвар Малкольма Икса, стараясь преодолеть все пять километров за полчаса, энергично работая руками и ногами, чтобы не терять темп. Пробежка была частью ее утреннего распорядка, и Эллен понимала, что, занимаясь повседневной рутиной, она легче достигнет эмоционального равновесия, так необходимого ей для того, чтобы держать свои чувства под контролем.

Он поразил еще одну цель – дерзко, блестяще, талантливо – и снова сумел уйти. Таким образом, то, что телеведущие называли «беспрецедентной общенациональной охотой», по-видимому, не давало никаких результатов. Она понимала, что для Зеленого Человека самый опасный период был уже позади и с каждой минутой этот риск становился все меньше.

Эллен могла позволить себе выглядеть взволнованной, так как весь ее маленький мир экоактивистов гудел, но, находясь рядом с ними, она должна была радоваться так же безлично, как и все остальные, – их таинственный герой, их безымянный, но любимый крестоносец ради спасения человечества нанес еще один смелый удар.

Но пока Эллен бежала, она видела перед собой молодое, красивое, полное решимости лицо, всплывшее из глубины подавленных воспоминаний. У него была застенчивая, но обаятельная улыбка, и он носил сдвинутую набок бейсболку Йельского университета, зеленую футболку и джинсы. Она слышала его звучный и резкий голос, который произносил яркую речь, посвященную санкционированным федеральными властями лесозаготовкам в национальных лесных заказниках. Она помнила обращенный на нее взгляд его блестящих, сексуальных карих глаз. Чувствовала объятие его сильных рук, прикосновение его мягких, пытливых губ. Эллен отбросила воспоминания и ускорила бег.

Нет, он давно ушел. Умер и похоронен. На его похоронах она произнесла надгробную речь и под конец разрыдалась. Эллен рванула вперед, ее локти заработали, словно поршни, отгоняя призрак. Она мчалась через 137-ю улицу с такой ожесточенной яростью, что поворачивающая машина едва не сбила ее, а водитель прокричал из окна: «Смотри, куда бежишь, черт побери!»

Зеленый центр располагался в пятиэтажном доме из бурого песчаника, где во времена сухого закона нелегально торговали спиртными напитками. Когда экологи нашли его, дом находился в полном запустении и был предназначен под снос, но с помощью спонсора из хеджевого фонда его реконструировали с нуля, и теперь он выглядел просто великолепно.

Ее впустила Ванда, и Элен ступила на полированный дубовый пол, ощутив жаркое уютное тепло. В большом камине потрескивал огонь, и дымный воздух был пропитан ароматом курящегося шалфея и йоговского чая, который кто-то готовил на кухне. Обычно здесь царила по-домашнему расслабленная хипповская атмосфера, но сегодня утром настроение было далеко от спокойного – с первых минут Эллен окружил тот возбужденный хаос, который обычно наполнял центр экологического движения во время празднования Международного дня Матери-Земли.

Расхаживая по коридору с мобильником в руке, Ричард давал интервью какому-то ведущему изданию, крича в телефон, что он, конечно, сожалеет о гибели людей на плотине, но что действительно имело значение, так это то, о чем заявил сам Зеленый Человек: «наш моральный долг заключается в том, чтобы действовать, пока не поздно».

– Мы ведем ожесточенную битву за спасение нашей Земли, и единственный способ ее выиграть ведет к разрушению собственности и, как это ни трагично, нескольким жертвам. У вас есть собственные дети? Вы чертовски правы – это касается лично меня. Все, что он пытается сделать, – дать вашим детям шанс прожить свои восемьдесят лет на неистощенной планете, какой ее оставили в наследство наши с вами предки.

Джози, руководившая программами работы с населением, собрала вокруг своего стола несколько молодых сотрудников, где с экрана компьютера на них смотрело лицо Зеленого Человека, созданное воображением художника. Понимая важность существования «портрета» как объединяющего символа, а также, разумеется, его роль в сборе средств, «Гринпис» вынес изображение на главную страницу. Гринписовцы не оправдывали действий Зеленого Человека, но демонстрировали миру весьма человечное лицо. Таким образом, он выглядел сильным и в то же время добрым, чем-то средним между Христом и молодым Бобом Диланом[10].

– Что ты об этом думаешь? – позвала Джози Эллен, когда та проходила мимо. – Они гребут деньги лопатой. Нам тоже нужен сексуальный образ.

– По-моему, это не Зеленый Человек, – покачала головой Эллен. – Она моложе, темнокожая и спортивная.

– Думаю, Зеленый Человек или Зеленая Леди сексуальнее всего без лица, – сказал один из исследователей. – Оставьте это на волю воображения.

– Ни в коем случае. На этом рисунке у него мечтательный взгляд, – заметила молодая латиноамериканка-стажер с колечком в носу. – На это я обращаю внимание в первую очередь. Душа всегда отражается во взгляде.

– Это же не сайт знакомств, – возразила Эллен. – В пять часов мы собираемся в конференц-зале. Обязательно приходите все.

Она поднялась по лестнице на второй этаж и направилась вдоль длинного коридора мимо дверей кабинетов. Ее торопливые шаги гулко стучали по половицам. Луис сидел в своем офисе с распахнутой дверью и что-то изучал в своем мобильном телефоне, положив на стол ноги в чулках. Сквозь дырку в правом чулке проглядывал большой палец. Когда Эллен проходила мимо, Луис помахал ей рукой. Он был активистом экологического движения около пятидесяти лет, и его жидкая седая борода и добрые глаза придавали ему сходство одновременно с Джоном Мьюром[11] и Санта-Клаусом. В его кабинете хранились две памятные фотографии. На одной из них двадцатилетний Луис был запечатлен на первом праздновании Дня Земли в 1970 году в Филадельфии в компании таких знаменитостей, как Эдмунд Маски, Ральф Нэйдер и Аллен Гинсберг[12]. На второй Рейчел Карсон[13] вручала ему первое издание «Безмолвной весны» со своим автографом, и оно занимало теперь почетное место на полке за его столом.

– Его еще не поймали? – поинтересовалась Эллен, глядя, как он сосредоточенно уставился в экран телефона. Ей не нужно было пытаться сдерживать беспокойство в голосе – никто в Центре не хотел, чтобы Зеленого Человека поймали.

– Не-а. Они перекрыли большую часть Айдахо, но он давно ушел.

– Дай-ка я угадаю – наши пожертвования растут?