Дэвид Класс – Время вышло (страница 38)

Он и раньше видел нефтяные месторождения, но они не могли сравниться с тем, что вскоре возникло посреди пустынного ландшафта, словно металлическая страна Оз. Это был сверкающий город из огромных резервуаров, змеящихся трубопроводов и тысяч буровых установок с дизельными двигателями, закачивающими глубоко под землю токсичную жидкость, чтобы раздробить сланец. Вышки были усеяны множеством рабочих, грузовики ездили туда и обратно, перевозя материалы и нефть, а охрана была очень жесткой.

Окружавшее месторождение проволочное ограждение достигало двенадцати метров в высоту, а поверх него поблескивали мотки колючей проволоки. Бросив взгляд на сторожевую вышку, Зеленый Человек, не замедляя скорости, объехал периметр. Обогнув месторождение, он направился на север, к тому месту, где под ограждением протекала река Килдир. Он с удовлетворением отметил, что здесь не было принято никаких специальных мер предосторожности и не установлено дополнительных постов охраны. Он свернул на грунтовую дорогу, ведущую вдоль реки, проехал полтора километра вверх по течению, за пределы видимости с месторождения, и остановил машину на берегу, усыпанном черным гравием.

Зеленый Человек сбросил одежду и ботинки и вошел в реку шириной метров десять. Вода оказалась на удивление холодной. Он нырнул, наслаждаясь приятным холодом, и открыл глаза. Было неглубоко, но даже посредине реки он находился больше чем на метр ниже поверхности, чего, безусловно, будет достаточно для его операции. Даже днем было бы трудно заметить пловца, одетого в черный прорезиненный гидрокостюм, цвет которого соответствовал цвету базальтового русла реки. А в полночь он будет абсолютно невидим.

Зеленый Человек выбрался из воды, и уже через десять минут послеполуденное техасское солнце полностью высушило его. В нескольких километрах от месторождения Зеленый Человек заметил крутой холм и двинулся к нему, подпрыгивая на ухабах и срезая дорогу по участкам гравия и песка с тем, чтобы держаться примерно в полутора километрах от ограждения. У подножия холма он увидел небольшую дубовую рощу, где смог оставить машину. Он поднялся на плоскую вершину холма, откуда открывался отличный вид на месторождение Хэнсон. С этой выгодной позиции он мог видеть его планировку достаточно ясно, в том числе сверкающую реку Килдир, которая, ныряя под ограждение с севера, разделяла месторождение надвое и вытекала с юга.

Зеленый Человек достал из кармана бинокль «Апач» и поднес к глазам. Сектор за сектором он обследовал местность, которую уже знал по опубликованным картам. Его взгляд медленно перемещался по округлым резервуарам для хранения нефти и газа, соединенным паутиной трубопроводов; бесконечным рядам гидроразрывных высоких установок с копошащимися на них рабочими; плоским складским зданиям для песка и химикатов к металлическим цистернам для нефтесодержащих отходов, которые находились отдельно, у реки. Высотой метров пятнадцать, цилиндрической формы, раскрашенные в лимонно-зеленый оттенок, они стояли рядом друг с другом. Каждый резервуар был подсоединен к выпускному клапану с тем, чтобы выделяющийся из жидкости газ можно было сжигать.

Ему придется проплыть под водой почти километр с северной стороны месторождения до резервуаров со сточными водами. Лучше, если он сделает это в безлунную ночь, и, хотя месторождение будет освещено фарами машин и сигнальными ракетами, выбравшись из воды, он сможет укрыться в ночной тени цистерн. Они были изготовлены из тяжелого металла, но клапаны, предназначенные для удаления вредоносных газов, делали их уязвимыми, а минимальное расстояние между баками представляло собой фатальный недостаток. Если взорвется один резервуар, то взорвется и соседний. Если взорвутся пять – сдетонируют все пятьдесят. Если взорвутся пятьдесят, месторождение Хэнсон будет уничтожено – и он надеялся, что цистерны для нефти и газа, находящиеся на противоположной стороне, не будут затронуты и не отравят атмосферу еще больше.

Сидя в своем джипе, Зеленый Человек съел бутерброд с ветчиной. С наступлением вечера тысяча газовых факелов внизу – видимых днем, но совсем не производящих впечатления – заплясали в сгущающейся тьме. Зеленый Человек уже увидел то, что должен был увидеть, и мог уходить, но все еще стоял на холме. Он шел на осознанный риск – с каждой минутой задержки возрастала опасность быть обнаруженным, – но Зеленый Человек хотел увидеть месторождение в кромешной темноте – таким, каким оно будет выглядеть, когда он вернется, чтобы его уничтожить.

Глава 30

– Как там поживает ваш босс? – поинтересовалась доктор Роннинген.

Это была высокая, ростом почти сто восемьдесят сантиметров, тридцатилетняя женщина с потрясающей внешностью – невероятно красивое сочетание норвежских и израильских черт.

– Мне очень понравился старик Бреннан, – сказала она. – Настоящий оригинал. Жаль, что он заболел.

– Это всего лишь аритмия, и ему поставили кардиостимулятор, – пояснил Том. – Было страшно, когда это случилось, но теперь с ним все будет в порядке. Он должен соблюдать диету и не переутомляться, хотя и то и другое для него, пожалуй, настоящая мука.

– Ну да, готова поспорить, что это ему сильно не нравится, – с усмешкой сказала она, бегло просматривая отчеты о нападениях Зеленого Человека.

Она была в состоянии поддерживать непринужденный разговор и одновременно читать с большой скоростью. Том обратил внимание на то, что доктор Роннинген не делала пометок, но, вероятно, ей это и не требовалось. У нее была репутация рок-звезды – стипендиатка Родса[44], которая много публиковалась, завоевала несколько престижных премий за достижения в области техники, а в тридцать лет стала профессором.

– По-моему, он больше страдает от невозможности работать двадцать четыре часа в сутки, чем скучает по «Гиннесу», – сказал Том, – но это тревожный сигнал. Я очень надеюсь, что он будет следовать хотя бы некоторым из предписаний врачей.

– Я бы не стала на это полагаться, – возразила она, закончив просмотр сводки о разрушении плотины Бун. – Вычленение конкретных навыков, которые он использовал в каждой своей операции, сделано весьма основательно и будет для нас полезно. Кто это подготовил?

– Видимо, я, – признался Том.

Он провел много времени в академических кругах и никогда не видел такого большого кабинета, особенно у столь молодого профессора. Это была скорее лаборатория, чем офис, – здесь могли бы одновременно трудиться с десяток инженеров, нисколько не мешая друг другу.

– Хорошая работа, – отметила она. – Но зачем нам потребовалось изучать письма, которые он присылает после каждого нападения, и его манифест?

– В каждом письме он подробно описывает некоторые особенности методов, которые использует. А в манифесте оценивает многочисленные экологические угрозы планете и то, как они связаны друг с другом, достаточно говорит о том, что он думает о различных отраслях науки. Кроме того, я считаю, это важно, что мы слышим его голос.

– Вы так думаете? Мне это кажется пустой тратой времени. – Тем не менее она решила не спорить. – Ладно, это не заняло у меня много времени.

Я готова влезть в это дело, но должна предупредить, что настроена против долгого сна и продолжительных перерывов для приема пищи. Особенно учитывая тот факт, что, как я понимаю, вы столкнулись с дефицитом времени.

– Ну да, мы должны заниматься этим в полном составе. Меня устраивают ночные дежурства, и я готов оставаться с вами столько, сколько потребуется.

– Посмотрим, – с легким вызовом сказала она. – Джавад будет здесь с минуты на минуту. Давайте начнем с атаки на Бун и вернемся назад, поскольку для того, чтобы изготовить дрон и разрушить плотину, нужны весьма специфические инженерные знания. Самодельная торпеда, которую он использовал, чтобы потопить яхту, также является довольно оригинальной и многое нам расскажет.

– Кто такой Джавад и чем он занимается? – спросил Том.

– Компьютерным моделированием. Он конвертирует мои инженерные оценки в профиль данных, по которому можно производить поиск…

– Я могу сам производить компьютерное моделирование, – сказал Том.

– Уверена, что можете. – Она улыбнулась вежливой, но немного пренебрежительной улыбкой, которой удостаивала своих недостаточно опытных аспирантов. – Никаких обид, но Джавад в этом прекрасно разбирается.

– Не хочу никого задеть, но я тоже.

Она внимательно посмотрела на него.

– Чем конкретно вы занимаетесь в ФБР?

– Тем, что им сейчас нужно. Но у меня диплом инженера-компьютерщика, если вы спрашиваете именно об этом.

– И где вы учились?

– В Калифорнийском технологическом.

– У кого?

– Моими главными преподавателями на факультете были доктор Бойер и доктор Ивасаки.

Ее блестящие черные глаза слегка расширились.

– Вы учились у Кендзи?

– Я никогда его так не называл.

Доктор Роннинген достала мобильный телефон. В Лос-Анджелесе было на три часа меньше. Она быстро просмотрела свои контакты, нажала нужный номер и поднесла телефон к уху.

– Кендзи, это Лиз, – услышал Том. – Нет, боюсь, что в этом году мы с Эрнстом не сможем добраться до Давоса. Послушай, у меня тут один из твоих бывших студентов. Он говорит, что сейчас работает в ФБР. Нет, правда. Его зовут Том Смит, и он утверждает, что… – и она отошла в сторону, держа телефон возле уха.