Дэвид Класс – Время вышло (страница 14)

– Он понимал, что делает, – раздраженно сказала Трейси. – И вот что я тебе скажу: завтра ты должен найти в себе любовь за нас обоих. – Они вышли с грина и направились к ти[24] шестой лунки. По какой-то странной причине они двигались по полю так, словно играли на нем. – А потом сделай мне еще одно одолжение, брат, прежде чем снова исчезнешь, – сказала она, взглянув на него со злостью и тревогой. – Не становись таким, как он.

– С чего ты вдруг об этом подумала?

– Ты пил его виски и держал в руке его пушку.

– Завтра похороны, и я просто думал о нем – вот и все.

– Ты занимаешься его работой.

– Это совершенно другая работа, Трейс.

– Чушь собачья! – огрызнулась она. – Это все равно ФБР.

– ФБР делает правильное и нужное дело – ловит плохих парней. И я не вижу в этом проблемы.

Они достигли шестой лунки, и Трейси остановилась. Рядом находилась водная преграда – колодец с водой, в круглом маленьком озере поблескивало отражение луны.

– Дети алкоголиков становятся алкоголиками, – тихо произнесла она. – Дети мерзавцев – мерзавцами. Это общеизвестный факт. Ты уехал, и я завидовала тебе и восхищалась тем, что у тебя хватило сил порвать с ним. Пожалуйста, не попадайся в эту ловушку сейчас.

– Ты притащила меня сюда, чтобы сказать мне это? – спросил он.

– Отчасти, – ответила она. – Я знаю, чем ты занимаешься. В ФБР. Мама мне рассказала. Не смей его ловить.

– Не имею понятия, о чем ты говоришь, – сухо сказал Том, – но нам лучше вернуться в дом.

– Я разговариваю о нем с дельфинами, – продолжала Трейси.

– Ты все еще работаешь в том месте в Ки-Ларго? – спросил Том, вспомнив, что сестра сходит с ума по Зеленому Человеку, и отчаянно пытаясь сменить тему. – Я думал, они… Думал, это не сработает.

– Почти год я не принимаю наркотики, прошла программу по реабилитации и сдаю анализы каждую неделю. Меня снова взяли на испытательный срок. Все идет прекрасно, и мне это нравится.

– Это просто замечательно, Трейс. Ты всегда была там счастлива.

– Я плаваю с ними по утрам, в заливе, и знаю каждого из них, а они знают меня. И мы разговариваем. Не смотри на меня так, словно я сумасшедшая.

– Я просто слушаю.

– Я не утверждаю, что они понимают каждое мое слово. Мы общаемся друг с другом на ином уровне. Пойдем, поплаваем с нами, и, возможно, ты сам все увидишь и перестанешь быть таким ужасным скептиком.

– Ладно, пожалуй, я соглашусь. А сейчас, может, вернемся? Я замерз, и мне нужно обдумать, что я буду говорить завтра о папе.

– Они чувствуют угрозу. Можешь в это не верить, но они знают, что в море уже не так много рыбы, а температура воды становится выше и что каким-то ужасным образом все медленно и неуклонно меняется. Думаю, они также знают, что мы почти всё уничтожили – зашли так далеко, что отступать уже слишком поздно. И потому, когда я плаваю с ними, то говорю, что есть тот, кто не сдается. Кто-то, кто борется за нас. Человек, который, возможно, спасет нас. Если ты его не поймаешь.

– Можешь оставаться здесь, а я иду домой. – Том повернулся к дому, но она схватила его за руку. У нее были сильные руки, и она его удержала.

– Не делай этого. Ты не такой. Я знаю тебя лучше, чем кого-либо еще.

Он высвободился и снова взглянул на нее.

– Он убийца. Он убивает невинных людей. И вообще, с чего ты взяла, что я смогу его поймать? Я всего лишь маленький винтик в колесе. Совершенно незначительный. Я анализирую данные, ища закономерности, или, по крайней мере, пытаюсь их искать, но еще не нашел ни одной. Я нахожусь под нижней ступенькой лестницы.

– Кто-то звонил из отделения ФБР в Майами, – сообщила Трейси. – Они пошлют за тобой машину, чтобы доставить тебя завтра в аэропорт прямо с похорон.

– О чем ты говоришь? Я собирался побыть несколько дней с тобой и мамой. А кто звонил?

– Они велели передать тебе, что ты нужен Бреннану прямо сейчас. Разве это не тот, с кем когда-то работал папа? Это не похоже на нижнюю ступеньку лестницы. Судя по всему, ты довольно важная персона.

– Это безумие, – произнес Том. – Я ничего не знаю об этом.

– Вот что, младший брат, – с ностальгической и горькой улыбкой сказала Трейси. – Мы всегда соперничали – как будто у меня был шанс! Ты всегда был самым умным – умнее своих учителей, и у тебя все отлично получалось. Ты получал высшие баллы на всех экзаменах. Ты пытался по-своему доказать ему, что достоин его уважения.

– Трейс, я делал это для себя, а не ради него. Он едва замечал это. И я никогда с тобой не соперничал…

– Вот и хорошо, потому что он уже мертв. Я всего лишь жалкая дрессировщица дельфинов на постоянном испытательном сроке. Мама – вдова, сидящая на таблетках. Но у тебя все получится, и я хочу, чтобы ты все сделал правильно – правда, Том. Поезжай на запад, где ты учился. Построй себе замок, заведи семью, и я буду приезжать, чтобы пожить в доме для гостей в твоем винограднике. Но не смей ловить этого человека, превратив это в попытку померяться силами. Не ставь перед собой такую задачу, так как мы оба знаем, что ты найдешь способ ее решить. Он действительно наша последняя надежда, и в глубине души ты знаешь это так же хорошо, как и я.

Глава 11

Посреди совещания в кабинет поспешно вошел помощник генерального прокурора и передал ей записку. Явно раздраженная тем, что ее прервали, она недовольно взглянула на него, но, прочтя записку, сразу кивнула и сказала:

– Передайте, что мы уже выезжаем.

Переведя взгляд на влиятельных людей у себя в кабинете, она добавила:

– Господа, нас вызывают, и сейчас же.

Не прошло и десяти минут, как Бреннан, его шеф – директор ФБР Джон Хэвиленд, – министр национальной безопасности Вэнс Мерфи и остальные на двух машинах въезжали в ворота Белого дома. Они прошли регистрацию у сотрудника Секретной службы и безо всякой задержки направились внутрь. Бреннан несколько раз бывал в Белом доме, но никогда не испытывал ничего подобного. В мгновение ока он очутился в Овальном кабинете на брифинге по крайней мере с десятью высокопоставленными министрами Кабинета и советниками президента, не говоря уже о самом президенте Соединенных Штатов, который сидел за столом «Резолют», потягивая имбирный эль и бросая взгляды на телевизор в углу, беззвучно транслирующий игру студенческой футбольной[25] лиги.

Бреннан старался не слишком вдаваться в технические подробности, объясняя относительную редкость перчаточных волокон нейлонового и медного плетения, но подчеркнул, что находка в конечном итоге может принести долгожданный прорыв.

– Наиболее вероятно, что перчатка была изготовлена небольшой семейной компанией, популярной среди охотников на оленей. Подобные перчатки продают лишь в десятке спортивных магазинов в Миннесоте, Висконсине и Мичигане, – сообщил он.

– То есть вы хотите сказать, что Зеленый Человек является охотником на оленей со Среднего Запада? – прервал его президент.

– Мы этого не знаем, сэр. Но действительно, перчатка, судя по всему, была куплена на Среднем Западе, и, возможно, скоро мы сможем более точно установить, где именно.

– Но если он такой умный, зачем ему использовать перчатки, которые продаются в узком кругу и в таком ограниченном районе? – спросила генеральный прокурор. – Почему бы не выбрать что-нибудь более распространенное – то, что невозможно отследить?

– На самом деле, это мудрый выбор. Перчатки такого типа являются исключительно прочными и…

– Что конкретно вы имеете в виду? – немедленно подала реплику генеральный прокурор, не дав Бреннану закончить фразу. – В каком смысле прочными? Объясните нам это непрофессиональным языком, Джим.

– Они не теряют волокон. Он явно надевает эти перчатки каждый раз, когда выходит на операцию, и до сих пор мы не находили никаких волокон. Вероятнее всего, он спонтанно выполнил какое-то незапланированное действие. Как будто прихлопнул москита, и нам повезло…

– Или, может, он дрочил, представляя как будет нас трахать, – сказал президент, и некоторые из его советников-мужчин подобострастно ухмыльнулись.

Бреннан слышал о том, что президент использует вульгарную брань во время совещаний, и все же его неприятно поразили подобные слова в Овальном кабинете с портретами Вашингтона, Линкольна и Джефферсона, смотрящими на них сверху вниз.

Бреннан уже собирался сказать: «Это вполне возможно, сэр», – но промолчал.

Президент ткнул пальцем в Бреннана.

– Так чем же конкретно это волокно нам поможет?

– Ну, сэр, если перчатка действительно куплена на Среднем Западе, это задает нам – причем впервые – некоторую направленность в наших поисках. Если он ездил туда и возвращался назад, мы можем предположительно выстроить его маршрут и отметить дороги, по которым он передвигался на своем, как мы теперь считаем, автофургоне…

– А если он живет в Сан-Франциско и купил перчатки на Среднем Западе лишь для того, чтобы сбить вас со следа? – перебил его министр национальной безопасности.

– Это предположение меня не смущает, – ответил Бреннан. – Кроме того, мы смогли получить с одного из волокон образец ДНК. К сожалению, он крошечный и разложился до такой степени, что немногое может нам сообщить, но наши лучшие эксперты его изучают, и как минимум он будет полезен для идентификации, как только подозреваемый будет задержан.

– Значит, когда вы поймаете Зеленого Человека, то будете знать, что поймали именно его? – спросил президент. – Мне нужно что-то более определенное. – Он наклонился вперед, поставив локти на стол, и посмотрел на генерального прокурора. – Мег, вы действительно привлекли к этой работе своих лучших людей?