Дэвид Класс – Время вышло (страница 11)

Бреннан пристально на него посмотрел, пожал плечами и встал.

– Решение за тобой, но я ничего не имею против сообразительных ботаников, и мое предложение остается в силе. В моем окружении хорошие люди, но они слишком вежливы и уважительны. Что-то подсказывает мне, что у тебя такой проблемы нет. Если ты действительно решишь работать со мной, твоя обязанность будет состоять в том, чтобы быть занозой в заднице, мыслить нестандартно и продолжать задавать мне раздражающие вопросы, до которых другие не додумаются или побоятся задать. Думаю, у тебя это неплохо получится. Собственно, ты, вероятно, станешь такой занозой в заднице, что я пожалею об этом. А теперь отправляйся в Боку и позаботься о своих семейных делах.

Глава 8

На главной улице маленького городка, где жил Зеленый Человек, не было никакого движения, а все магазины давно закрылись на ночь. Он проехал светофор, миновал банк и бакалейную лавку и свернул на проселочную дорогу. Дома остались далеко позади, и вскоре он уже ехал через густой темный лес. Ветви старых сахарных кленов сплетались друг с другом над извилистой узкой дорогой. Заметив свой почтовый ящик, он нажал на кнопку пульта дистанционного управления, и железные ворота медленно открылись. Огоньки датчиков движения замигали, когда по длинной подъездной дорожке он направился к дому, показавшемуся среди деревьев, четко вырисовывавшихся на фоне звездного неба.

Он купил этот участок, заинтересованный его близостью к городу и вместе с тем его уединенностью – пять гектаров земли были окружены заповедным лесом. Зеленый Человек сам спроектировал дом и заказал его постройку фирме из Детройта, чтобы детальная информация о нем не стала известна в окрестностях. Дом был большим, но не претенциозным по местным меркам – в фасаде четырехэтажного белого здания, построенного в колониальном стиле, не было ничего примечательного.

Дети приводили школьных друзей порезвиться на травянистом заднем дворе или поплескаться летом в бассейне, а Шэрон в хорошую погоду часто устраивала приемы в просторном патио. Самые внимательные гости иногда обращали внимание на то, насколько низкое здесь энергопотребление и что это «умный дом» – все устройства здесь контролировались компьютером и «разговаривали друг с другом». Но ни один из гостей никогда не допускался на два верхних этажа, а детей держали подальше от хижины без окон, расположенной в роще и называвшейся в семье «охотничьим домиком».

Ким и Гас легли спать несколькими часами раньше, но Шэрон ждала его и слышала, как он въезжает в гараж. К тому времени, когда он выбрался из фургона, она уже выскочила из двери и бежала к нему навстречу. Несколько минут они стояли, обнявшись и не говоря не слова, и он чувствовал, как она дрожит, прижавшись к нему всем телом. Держа ее в объятиях, он нежно гладил ее по волосам.

– Я тебя люблю, – наконец прошептала Шэрон, и он ощутил ее слезы у себя на щеке. – Я так скучала по тебе, Митч. Добро пожаловать домой.

– Я тоже скучал по тебе, милая, – тихо ответил он, и его хриплый голос дрогнул.

Он был не менее эмоционален, чем она, даже если маскировал это, благодаря давней устоявшейся привычке контролировать все аспекты своего поведения. Он глубоко любил эту женщину, едва ли не с первой минуты, когда впервые увидел ее в Институте искусств в Чикаго. Каждый раз, уезжая на операцию, он думал, что, возможно, в последний раз видит ее и детей, и эта мысль была для него мучительна.

Они вошли в дом рука об руку, и Финн, их стареющий палевый лабрадор, с радостным возбуждением запрыгал вокруг, снова превратившись в буйного жизнерадостного щенка.

– Видишь, кое-кто еще рад, что ты дома, – улыбнулась Шэрон.

Мужчина опустился на колени рядом с верным псом и почесал его за ушами, отчего старый лабрадор едва не упал в обморок.

Шэрон проводила мужа на кухню, где слабо пахло жареной курицей и канадским рисом.

– Что-то подсказывает мне, что ты не останавливался на ужин.

– Надеялся, что мне повезет и у вас что-нибудь останется.

Пока он ел, она сидела рядом, потягивая красное вино и глядя на него, не отрываясь, словно это было их первым свиданием. И это действительно походило на первое свидание, поскольку, думая о важных и серьезных вещах, они просто болтали о пустяках: она рассказывала об уроках рисования Ким, о футбольной команде Гаса и о том, что в холодильнике намерзает чересчур много льда. Зеленый Человек ничего не говорил о своей операции в Айдахо и не расспрашивал ее о последних новостях ФБР, которые Шэрон выискивала в различных источниках, регулярно их проверяя. Они никогда не говорили ни о чем серьезном ниже третьего этажа, даже поздно ночью, когда дети уже крепко спали.

Финн сидел под столом, иногда касаясь хозяйских ног, и мужчина время от времени тайком подбрасывал собаке кусочки жареной курицы. Шэрон не нравилось, что он кормит Финна едой со стола, но, видимо, в этот раз он проделывал это так ловко, что она ничего не замечала, или просто не хотела обращать внимание на его слабость в ночь возвращения домой.

Пользуясь специальной компьютерной программой, они заблокировали входные двери, и Зеленый Человек со своей обычной скрупулезностью проверил, что датчики движения и контроля безопасности включены по всему участку. Они вместе поднялись на второй этаж, и он открыл дверь в комнату Ким. Девочка лежала с двумя большими плюшевыми игрушками – Винни Пухом и Минни Маус, которые ее охраняли. Опустившись на колени, Зеленый Человек легонько поцеловал свою шестилетнюю дочь, и она зашевелилась, слабо улыбнувшись во сне.

Выпрямившись, он увидел ее новый рисунок, приклеенный к стене над кроватью. Тот был все еще детским, но Зеленый Человек мог с легкостью узнать на нем одну из лучших подружек дочери. Всю свою жизнь он чертил и рисовал, и ему нравилось видеть, что дочь унаследовала его острый глаз.

Комната Гаса находилась в пяти шагах от спальни сестры, и Зеленый Человек, войдя внутрь, увидел сына, который спал почти поперек кровати, свесив ноги с одной стороны, а голову – с другой. Лицо мальчика было повернуто к столику, стоявшему поблизости, словно он сторожил расставленные там футбольные кубки, которых насчитывалось не меньше десятка. Шэрон осторожно развернула сына и накрыла его одеялом.

Держась за руки, они поднялись на третий этаж, в главную спальню. И только там, активировав еще один уровень безопасности, они заговорили открыто, хоть и вполголоса. Они расспрашивали друг друга почти полчаса – сначала Зеленый Человек подробно рассказывал о каждом моменте проведенной им операции, а Шэрон задавала ему уточняющие вопросы. Она прошла подготовку в качестве судебно-медицинского антрополога и проработала в правоохранительных органах почти десять лет, включая два года службы в отделении ФБР в Чикаго. Она обсудила с ним каждый шаг его операции и проанализировала все его решения и меры предосторожности с исчерпывающей полнотой. Когда он подошел к своей встрече с полицейским в Небраске, она спросила, уверен ли он, что на копе не было видеорегистратора.

– Несомненно, – твердо сказал он. – Я внимательно осмотрел его. Они все еще не очень распространены за пределами больших городов. Нам повезло.

– А с задним фонарем – нет.

– Можно ли было представить, что эта дурацкая лампочка перегорит после такой подготовки? Ладно, милая, теперь твоя очередь.

Он начал с их круга общения. Задавал ли кто-то вопросы, хоть сколько-нибудь подозрительные? Друзья детей и знакомые семьи в городке знали, что он бизнесмен, который часто совершает деловые поездки. Все они явно были удовлетворены – никто не задавал никаких конкретных вопросов ни об этой поездке, ни о том, когда он должен вернуться, ни о том, что он делал. Он часто уезжал из дома лишь для того, чтобы все привыкли к его недельному отсутствию.

Затем Зеленый Человек убедился, что Шэрон замела его следы на тот случай, если найдется кто-то достаточно умный, чтобы искать изменения в стереотипах его поведения. Она заходила в операционную систему, используя его учетные записи, по несколько раз в день. Она расплачивалась его кредитными карточками. Она звонила с его мобильного телефона. И водила семейную автомашину по привычным маршрутам в привычное время. Любой, кто будет искать Зеленого Человека, пытаясь идентифицировать информационный след, связывающий его с путешествием в Айдахо, останется ни с чем. Любой, кто проверит, находился ли он в сельской местности штата Мичиган, увидит свидетельства его обычного поведения.

Когда разбор операции был закончен, он задал Шэрон вопросы, которых страшился больше всего, уже зная большинство ответов, так как слышал их в новостях по дороге домой. Жертвами его атаки на плотину Бун стали двенадцать человек. Фотографии погибших и информация о них распространились по всему интернету, и, не сомневаясь в том, что он будет на этом настаивать, Шэрон распечатала все, что смогла там найти, а затем положила листы бумаги в нижний ящик письменного стола.

– Посмотри завтра утром, – посоветовала она, – иначе всю ночь не заснешь. А у тебя и без того очень усталый вид.

– Хорошо, – согласился он, – но что эти две семьи делали в плавучих домах? Сезон ведь уже закончился.

– Стояли на редкость теплые дни, и владелец захотел немного подзаработать, поэтому изменил правила, – ответила она. – Это было невозможно предвидеть.