Дэвид Келлер – Сказания Корнуолла (страница 39)
— Видел.
— Тогда выбери из этих прекрасных дев ту, чей образ ты увидел в Невестином Колодце.
— Не могу! Он не похож ни на одну из этих ожидающих леди.
Мои люди заворчали, когда услышали меня. То, что я сказал, было неприятно и непонятно никому из них. Но я по-королевски взмахнул рукой, требуя тишины.
— Вот волшебное событие, — вскричал я. — Там, в колодце, нет никакого образа, но лишь настоящая женщина. Священник, вели ей выйти, и назвать своё имя и сословие. Пусть она объяснит, как попала туда.
Священник так и сделал. На семи разных языках и пяти древних диалектах он воззвал к той, что в колодце, дабы она вышла оттуда. Она вышла; медленно, будто всплывая вверх, вышла, изящно переступив через каменную ограду, подошла ко мне и сделала глубокий реверанс, а затем чистым властным голосом проговорила:
— Я — Леонора.
Королевская дочь,
Из рода многих королей.
Пришла я из благороднейшей земли,
Что людям известна.
Страна та лежит
Не на земле
Как края, людьми населённые,
Но в небесном Раю.
Прекрасна земля та,
Благословеньем отрадным.
Оттуда явилась я в Корнуолл,
Соединиться с тем, кто царит,
И одарить любовью и изобилием
Всё его царство.
Затем, вытянув ко мне руку, она прокричала священнику:
— Сейчас же пожени нас, чтобы мы могли, объединившись, благословить эту прекрасную корнуолльскую землю и её возлюбленный народ. К чему мне беспокоиться о покинутом Рае, когда я могу провести вечность в Корнуолле?
Она выглядела по-королевски. От золотой короны, что удерживала золотые локоны, до серебряных туфелек на маленьких ножках, она стала бы превосходной супругой любому Властителю. Должно быть, подобное впечатление возникло и у моих людей. Наверное, они почувствовали, что это счастливое завершение того, что могло оказаться затруднительным положением. По крайней мере, они прокричали вслух о своём согласии на этот брак.
Но сквозь лес донёсся звук серебряных рожков, лошадиное ржание и монотонный рокот колесниц. Кто мог прийти с той стороны, как не королева Брода в своей золотой колеснице, вместе с моим другом и её мужем? Какое же удачное волшебство помогло ей прибыть в это время? Я посмотрел на священника и он подмигнул мне. Замечательно! С таким компаньоном я мог бы далеко пойти.
— Приветствую, Сесил, Властитель Корнуолла! Приветствую и трижды приветствую! Я слыхала, что сегодняшней ночью ты отправился в это супружеское место и если эта леди рядом с тобой станет твоей невестой, то твоё испытание будет действительно приятным. Но у тебя здесь много незамужних девиц. Мне пришло в голову выбрать пятьдесят из моих молодых рыцарей и предложить им сочетаться браком с твоими прелестными девушками. От подобных браков дружба Ирландии и Корнуолла станет слишком сильной, чтобы её разбить.
Затем в лунный свет вступили пятьдесят ирландцев в пурпурных одеждах, золотых наручах, золотых цепях на шеях и золотых кудрях на головах, и трудно было выбрать меж ними. Корнуолльские девицы с трудом дождались окончания подобающих церемоний представления. Затем, с помощью волшебства, царящего весь вечер, пары тут же влюбились и вскоре заключили договорённости, так, что после часа веселья, вместо одной пары бракосочетания ждала уже пятьдесят одна.
Естественно, все ушли довольными. Я задерживал их в Замке так долго, как мог, но наконец пришёл час, когда я остался со своей невестой наедине. Она выскользнула из королевских одежд и облачила своё прекрасное тело в шёлковое платье, каждой частью доказывающее истинность её заявления, что она явилась из Рая. Я решил быть с ней пожёстче. Пришло время понять, кто будет править.
— Зачем ты сделала это? — спросил я.
— Почему бы и нет? Той ночью, когда сэр Мэлори беседовал с тобой, я укрылась за бархатными портьерами. Что могла сделать одна женщина, сможет и другая. Ты подарил мне платья и драгоценности, и я решила ими воспользоваться с умом. Ты, конечно же, вспомнил ту поэму? Ты сам научил меня и я просто внесла туда несколько изменений.
— Я сразу вспомнил эти стихи, — сознался я. — Я читал их тебе из Эксетерской Книги и их название «
— Конечно, мне пришлось поупражняться. Было довольно трудно взбираться по висячей лестнице, но ради тебя я сделаю, что угодно, милый Сесил. И всё закончилось совершенно восхитительно. Словно одна из тех историй, которые ты раньше читал мне.
Она так сладко улыбалась мне, так мило обнимала меня, с таким обожанием смотрела мне в глаза, что вся моя суровость растаяла. Я прижал её к себе.
— Ох, Руфь, Руфь! Я рад, что это случилось именно так. Никакая другая женщина не отважилась бы совершить такое. Я рад, что ты станешь моей королевой. Я не верю, что когда-нибудь перестану тебя целовать.
Мы услыхали тихий смех. Обернувшись, мы натолкнулись на священника.
— Я просто заглянул попрощаться и пожелать вам всяческих успехов. Ты далеко пойдёшь, Сесил, Властитель Корнуолла, с такой женщиной в жёнах. К слову, ты не возражаешь, если я одолжу твой том
— Всё в порядке — ответил я. — Просто забирай его с собой. Теперь, когда мы с Руфью поженились, не думаю, что захочу проводить столько времени с
— Ты обнаружишь, что я гораздо лучше, — проворковала Руфь, теснее прижимаясь ко мне.
Ключ от Корнуолла
[Stirring Science Stories, February 1941]
Властитель Корнуолла погрузился в думы у камина. Он и изначально не был крупным мужчиной; теперь же годы неспешно сгибали его, пока юность, некогда принадлежавшая ему, не сохранилась лишь во взоре. С другой стороны камина стоял его сын, Эрик.
Они ждали, когда мудрый лекарь объявит о рождении ребёнка Эрика, который, в свой черёд, однажды станет править всей страной. Сесил пришёл в Корнуолл, когда тот был землёй голодающего простонародья, ужасающих чудовищ и ещё более ужасных великанов. Его мудрость, даже более, чем сила его рук, вычищала зло, пока Корнуолл не стал приятным местом для обитания. В своё время его единственный сын, Эрик Золотой, женился на Брэде Черноволосой, валлийской принцессе. Это был странный брак, муж — златовласый гигант и жена — маленькая черноволосая женщина с огромной любовью в сердце и смехом эльфов в душе.
Старик погладил золотой ключ, висящий у него на шее на толстом шёлковом шнурке. Он взглянул на сына.
— Я беспокоюсь за Брэду и её ребёнка, — молвил он. — Много лет назад я прибыл в эту землю из Франции, хитростью одолел Людей-Жаб и стал властелином страны. В той битве права с силой и света с тьмой, мой друг вручил мне этот ключ. На нём выгравированы слова расы, погибшей столь давно, что никто не может их прочесть, но значение тех слов таково:
Тот, кто владеет сим золотым ключом
Всегда владыкой Корнуолла будет.
Пока что пророчество на ключе было верным. Так или иначе, я удерживал эту землю для тебя и тех, кто придёт после. Мы заключили мир с окружающими нас соседями, укрепили наши границы против тех, кто живёт мечом. Наши лорды правят мудро и весь народ доволен.
Но вчера я видел сон. Возможно, это было лишь предчувствие зла, вызванное излишним беспокойством о твоей леди и её родовых муках, но мне показалось, что несколько Людей-Жаб ещё живы, чтобы вредить мне и моим близким. Я считал, что все они погибли, но может статься, что зло никогда полностью не умирает. Ты слышал, что я прежде говорил о ключе, но сохрани в памяти эти древние слова. Расскажи о них сыну и проследи, чтобы он передал своему сыну. Пока мы владеем этим ключом — мы владеем Корнуоллом, но, если его утратить, Корнуолл скатится к варварству, в котором я его и обнаружил.
Сесил мог сказать и больше, но его прервал старый лекарь. Он подошёл к огню и встал там, потирая иссохшие руки, хотя стояла весенняя пора и воздух прогрелся. Наконец он обратился к Эрику и, будто отвечая на вопрос, промолвил:
— Ваша леди будет жить, принц Эрик, но она больше не сможет родить вам детей.
Золотоволосый гигант подскочил к нему, грубо встряхнул его и вскричал,
— Что с ребёнком? Это мальчик? Он будет жить?
Лорд Сесил наклонился вперёд, его руки сжали подлокотники из слоновой кости. Лекарь рассмеялся.
— Это мальчик и он будет жить, хотя, когда ты увидишь его, то подумаешь, что лучше бы он умер. Через него мы отомстили за тех Людей-Жаб, которых безвременно погубил той ночью Сесил, бедный поэт, превзошедший нас своей гордыней.
Властитель Корнуолла поднялся, прошептав.
— Возраст заставил меня утратить мудрую осторожность. Я должен был догадаться. — Резко развернувшись, он крикнул своему сыну, — Отпусти этого человека, Эрик. С тобой ничего не должно случиться!
Медленной, но твёрдой поступью он приблизился к старому лекарю. Старцу некуда было отступать, кроме как в пылающий огонь. Затем они сошлись, схватились, закачались и рухнули, Властитель Корнуолла внизу. Одна рука лекаря обхватила тело, а другая горло правителя, но Сесил выглядел довольным, обеими руками сжимая шею противника. Эрик сорвал кинжал с пояса и нагнулся, чтобы вонзить его в Человека-Жабу, когда его запястье удержала необоримая хватка. Обернувшись, он увидел незнакомца, который просто улыбнулся и прошептал,
— Не вмешивайся. Твой родитель — гордый человек и я знаю, он достаточно мудр, чтобы воспользоваться единственным способом, которым можно победить. Он не желал бы спасения от любого из нас, даже если бы он в нём нуждался, но, думаю, этого не потребуется.