Дэвид Гейдер – Украденный трон (страница 49)
— Контрабандист? — Логэйн выразительно вскинул бровь.
— Я тоже так подумала, — кивнула она. — Мы могли бы вернуться к северному побережью, поискать…
— Нет, — перебил ее Мэрик. — Только не на север.
— Тогда, может быть, нам уйти от торных дорог и добраться до леса Бресилиан? Пройти через лес до самого Гварена, минуя тракт?
Логэйн в задумчивости потер подбородок:
— Это будет нелегко. Мне придется искать проход через горы, а я плохо знаю здешние места. Если же мы будем держаться поближе к тракту, там наверняка будет полно солдат.
Все трое смолкли. Безрадостно потрескивал огонь, борясь с новыми порывами ледяного ветра. Каждый из них мысленно искал, что сказать — кроме того, что и так ясно, — и ни один не хотел признаться, что эти поиски бессмысленны. Беспощадная истина маячила перед ними, словно черная зловещая туча.
— Значит, вот так? — Голос Мэрика сорвался от нахлынувших чувств, и принц резко встал. — Вот так? — повторил он, переводя взгляд с Логэйна на Роуэн. — Если эрл Рендорн мертв, а мы все здесь, стало быть, командовать армией некому!
— Есть и младшие командиры, — проворчал Логэйн. Тем не менее он упорно смотрел в огонь, и вид у него был обеспокоенный. — Эрл Рендорн был умен, и его лейтенанты тоже не дураки. Найдутся люди, которые сделают то, что нужно.
— Ты знаешь, о чем я говорю! — отрезал Мэрик. Казалось, ему едва удается сдержать злые слезы. — Дыхание Создателя! Ну зачем вы поскакали за мной? Зачем?
— Не будь дураком! — фыркнул Логэйн. — Ты последний из династии Тейринов.
— Я больше не желаю об этом слушать! — раздраженно выдохнул Мэрик. — Главное — не вернуть на трон потомка Каленхада. Главное — спихнуть с трона этого орлесианского ублюдка. Потому что если бы он оказался хорошим королем, все это было бы уже не важно.
Роуэн покачала головой:
— Думаю, ты не…
— Нет! — перебил ее Мэрик. — Я точно знаю, что говорю. — Он жестко, в упор воззрился на Логэйна. — Если бы ты не поскакал за мной, ты мог бы изменить ход битвы. В худшем случае сумел бы вывести из нее живыми гораздо больше солдат.
Логэйн не смотрел в глаза Мэрику, предпочитая упорно разглядывать свои сцепленные пальцы. И молчал.
Мэрик глубоко вздохнул и помотал головой. Гнев его понемногу таял.
— Вы спасли меня, и, хотя я безмерно благодарен вам за это, в следующий раз вам придется бросить меня на произвол судьбы. Моя мать умерла. Я тоже мог умереть. И я предпочел бы умереть, чем жить, понимая, что мои руки в крови всех этих людей.
— Ты спятил! — процедила Роуэн. — Их гибель вовсе не на твоей совести!
— Если бы вы оба остались там, где вам надлежало быть, возможно, мы победили бы. Возможно, вы успели бы вовремя отвести солдат и сейчас были бы уже в Гварене.
— Этого мы уже никогда не узнаем, верно? — Роуэн поднялась, вперив в Мэрика гневный взгляд. — Хватит быть таким безнадежно наивным! Мы воюем просто для того, чтобы выжить, — забыл?
Она шагнула к принцу и изо всей силы толкнула его в грудь. Мэрик отшатнулся, налетел на палатку, едва не обрушил ее, но все же сумел удержаться на ногах. Выпрямившись, он ответил Роуэн таким же взглядом в упор, но только в этом взгляде было скорее негодование, чем гнев.
— Сожалею, что ты терзаешься угрызениями совести оттого, что мы примчались тебя спасать, — продолжала Роуэн, — но, знаешь ли, ты для нас слишком важен. Все те люди с великой радостью отдали бы за тебя свои жизни, если бы мы только сказали им, что тебе грозит опасность. Именно для этого они и пришли на поле боя!
— Я был в ответе за них! — не сдавался Мэрик. — И вы тоже!
— Мы в ответе за тебя! Это ты у нас принц, чтоб тебе пусто было!
— Значит, я так приказываю! — упрямо выкрикнул он.
Они стояли лицом к лицу, сверля друг друга яростными взглядами, и огонь громко потрескивал на ветру. Роуэн очень хотелось влепить Мэрику пощечину. И поцеловать его. До чего же он благороден — и в гоже время до чего же глуп! Неужели он и впрямь решил, будто она могла бросить его на произвол судьбы, если в ее силах было помочь?
Логэйн все так же задумчиво смотрел в огонь:
— Может, ты и прав, Мэрик, но сейчас нет смысла спорить об этом. В данную минуту мы никем и ничем не командуем.
Принц глянул на него сверху вниз:
— Но когда мы будем…
Логэйн поднял на него взгляд. В глазах его, отражавших отсветы огня, было жесткое выражение.
— В следующий раз я не стану тебя спасать. Справляйся сам.
Что-то необычайно важное произошло сейчас между этими двумя. Роуэн видела это, но не могла понять, что именно. Тем не менее Мэрик, судя по всему, остался доволен таким ответом.
Он перевел взгляд на Роуэн, явно ожидая, что она выскажется в том же духе. Роуэн стояла под этим взглядом и молчала, чувствуя только одно: как в груди ее разгорается неудержимый гнев.
— Значит, ты так приказываешь? — наконец спросила девушка, и голос ее сочился ядом. — Принц Мэрик высочайше приказывает своим верным полководцам?
Мэрик стиснул зубы:
— Я всего лишь прошу дать слово…
Роуэн влепила ему пощечину. Голова мотнулась от удара, и смачный хлопок прозвучал в тишине особенно громко. Мэрик потер щеку, и во взгляде его появились смятение и боль. Логэйн ничего не сказал, только вскинул брови.
— Я предпочитаю, чтобы ты приказывал, — холодно проговорила Роуэн.
— Извини, — жалко пробормотал он. Пошатнулся и, повернувшись, снова уселся на бревно. Плечи его удрученно ссутулились. — Просто я… наверное, все это выглядело черной неблагодарностью.
Роуэн подавила мгновенно вспыхнувшее желание пожалеть его, похлопать по плечу и сказать, что все будет хорошо.
— Можно и так сказать, — сухо согласилась она.
Мэрик поднял голову, взглянул на нее влажно заблестевшими глазами:
— Твой отец мертв. Ты столь многим пожертвовала, чтобы спасти меня. Я понимаю это, просто все время думаю обо всех этих людях. Они оказались там из-за меня.
Роуэн с каменным видом села и ничего ему не ответила.
— Мой отец, — негромко заговорил Логэйн, — однажды сказал изгоям поставить лагерь слишком близко от логова моровых волков. Ему было известно про это логово, но он все равно привел нас туда, потому что иначе мы угодили бы в лапы стражников. Мы потеряли четырнадцать человек, в том числе шестерых детей. — При этом воспоминании лицо его исказилось. — Отец был вне себя. Он хотел, чтобы никто больше не спрашивал у него указаний. Сестра Эйлис сказала ему, что скорее предпочла бы такого командира, которому нелегко командовать, чем такого, которому командовать в радость.
Он протянул руку над костром и ободряюще похлопал Мэрика по плечу с неловким видом человека, совершенно не привыкшего к таким жестам. Мэрик воззрился на него с изумлением.
— Здорово это у тебя получается, — хихикнул он.
— Заткнись, — поморщился Логэйн.
— Я согласна с Мэриком, — мрачно усмехнулась Роуэн. — Утешь и меня.
— Знаешь, — взгляд Логэйна был совершенно серьезен, — вполне вероятно, что эрл не погиб. Мэрик ведь жив. Если какой-то гном сказал тебе, будто на шесте перед королевским дворцом выставлена чья-то голова, — совсем не обязательно, чтобы это была голова твоего отца.
Ответ его так поразил Роуэн, что она едва сдержала непрошеные слезы.
— У тебя и вправду здорово получается, — пробормотала она вмиг охрипшим голосом. — Но если узурпатор решил солгать, почему бы ему тогда не выставить перед дворцом еще одну голову и не объявить, что это голова Мэрика?
— Может, подходящей головы не нашлось.
Роуэн пожала плечами.
— Надеюсь, ты прав, — сказала она, хотя в глубине души в это не верила.
Они сидели у костра, глядя, как пламя понемногу начинает угасать. Мэрик съежился, дрожа от холода в одной рубашке. Все трое ощущали одно и то же — изнеможение, словно высосавшее их изнутри.
— Думаю, нам надо решить, что делать дальше, — с глубоким вздохом заявил наконец Мэрик. — У нас это не очень хорошо получается, верно?
— Может, армии будет даже лучше без таких командиров, как мы? — усмехнувшись, предположил Логэйн.
— Без Мэрика уж точно, — съязвила Роуэн.
— Ага! — хохотнул Мэрик. — Так я и знал! Я еще припомню вам обоим, что это вы придумали меня спасать. Я бы преспокойно прикончил тех шестерых солдат… их же было шестеро, да?
— Прибавь до восьми, — сухо отозвалась Роуэн.
— Тогда уж до одиннадцати, — поправил ее Логэйн. — Были еще те трое, которых убила Катриэль.
Роуэн выразительно закатила глаза: