Дэвид Гейдер – Призыв (страница 86)

На несколько секунд в зале все замерло. В тишине Мэрик осторожно помог Фионе подняться на ноги. Логейн заметил короля, и глаза его на миг округлились от изумления. Затем он нахмурился и решительным шагом двинулся к другу:

– Вижу, ты еще жив.

По голосу Логейна Дункан никак не мог понять, радует его это или злит. Явственнее всего в этом голосе прозвучало раздражение.

– Я тоже рад тебя видеть, – устало хохотнул Мэрик. – Как, во имя Создателя, ты здесь очутился? Откуда узнал, что мы здесь?

Логейн нахмурился:

– Узнал? Да я об этом понятия не имел. Зато мне было хорошо известно, что орлесианцы тебя предадут, и, как видишь, я оказался прав.

Он с отвращением глянул на обезглавленный труп Первого Чародея, а затем перевел настороженный взгляд на Брегана, который все так же стоял над убитым. Бывший Серый Страж не шелохнулся.

– Я следил за этим болваном, дожидаясь, когда он начнет действовать, – и дождался. Его орлесианские прихвостни захватили башню два дня назад.

– Так ты поэтому оказался здесь? – спросил Мэрик.

– Почти всю армию я отправил искать тебя. Остальные здесь, со мной. – Тейрн поглядел на короля и покачал головой. – Надо было мне догадаться, что ты окажешься именно здесь, в самой гуще событий, и все равно целый и невредимый. Я уж думал узнать, что тебя упрятали в какой-нибудь ящик и везут в Орлей.

Он повернулся к солдатам, замершим у него за спиной, и жестом указал на Брегана:

– Поставьте охрану. Проследите, чтобы это… существо никуда не делось.

Солдаты, исполняя приказ, тотчас рассыпались. Несколько солдат, пробежав мимо Дункана, окружили Брегана. Тот, впрочем, и не думал сопротивляться – просто стоял как стоял.

Когда солдаты пришли в движение, Дункан окинул взглядом залу и замер.

– А где Архитектор? – громко спросил он. – И Ута?

– Ушли, – прохрипел Бреган.

– Найти! – рявкнул Логейн. – Никого из башни не выпускать!

Офицер, находившийся в зале, кивнул, жестом подозвал к себе нескольких солдат, и они торопливо выбежали из зала. Миг спустя из коридора донеслись многоголосые выкрики. Дункан отметил, что шум боя уже почти не слышен. Стало быть, они победили? Если Архитектор и вправду сбежал, означает ли это, что все кончено? Странно, до чего нелегко ответить на этот вопрос. Все старинные предания утверждают, что победа приходит под ликующее пение труб. Разве это не победа?

Мэрик и Фиона, опиравшаяся на его руку, направились к Брегану. Логейн шел следом, с сомнением разглядывая бывшего Серого Стража. Солдаты, окружившие Брегана, наставили на него копья, вид у многих был испуганный – они явно не сомневались, что перед ними наводящее ужас порождение тьмы. Не обращая никакого внимания на копья, Бреган поднял взгляд на Мэрика и Фиону. Лицо его было почти спокойно.

– Почему ты не попытался сбежать во время боя? – спросил Мэрик.

Бреган испытующе оглядел его налитыми кровью глазами:

– А куда мне бежать, король Мэрик? На Глубинные тропы, с Архитектором?

Фиона не сводила с него подозрительного взгляда:

– Значит, ты и вправду отрекся от его замыслов?

– Я был слеп. – Бреган горестно опустил голову. – Думаю, теперь я знаю, почему Стражи древности создали Призыв. Лучше погибнуть, чем допустить, чтобы скверна пожрала тебя изнутри, оставив только ненависть, горечь и сожаление, и тогда покажется, что на свете ничего иного не было и нет.

Мэрик быстро глянул на Фиону и, беспокойно облизав губы, снова перевел взгляд на Брегана:

– И что же теперь? Ты поможешь нам отыскать Архитектора? Его обязательно нужно найти.

Бреган прикрыл глаза.

– С твоего разрешения, – проговорил он, – я хотел бы сделать то, что и должен был сделать, когда начал Призыв. Я хотел бы умереть достойно, насколько это еще возможно. Я хотел бы встретиться в Загробном мире с сестрой и попросить у нее прощения.

Логейн, казалось, готов был яростно возразить, но Мэрик, опередив его, поднял руку. Он поглядел на Фиону, глазами спрашивая одобрения, и она кивнула. Тогда король резко махнул рукой, отдавая приказ солдатам.

И солдаты, исполняя приказ, пронзили Брегана копьями.

Он не вскрикнул, не попытался их остановить. Он лишь единожды содрогнулся, и черная кровь хлынула, растекаясь по освещенному солнцем полу, а потом он обмяк. Солдаты выдернули копья, и тело Брегана безжизненно рухнуло на пол.

Мэрик повернулся к Фионе, крепко обнял ее, прижал к себе, и она уткнулась лицом в его плечо. Дункан неотрывно смотрел на труп Брегана.

Он не знал, правильно ли испытывать жалость к этому человеку, или к Женевьеве, или к Уте. И все равно Дункану было их жаль. Несмотря на все, что они натворили, он скорбел по ним, и эта скорбь пустотой зияла в сердце.

Наверное, именно такой и бывает победа.

Эпилог

– Ваше величество, прибыли Дункан и Фиона из ордена Серых Стражей.

Мэрик, сидевший на троне, поднял взгляд и кивнул управляющему. Тот был в ночной рубашке, в руке держал фонарь, и на лице его было написано искреннее недоумение: с какой, мол, стати приходится среди ночи объявлять в тронном зале о прибытии гостей?

– Знаю, – сказал Мэрик. – Проводи их немедленно сюда и оставь нас одних.

Управляющий отвесил поклон и поспешно удалился. В другое время он, вероятно, доложил бы об этом необычном происшествии Логейну, однако на этот раз Мэрик строго-настрого запретил ему так поступать. Учитывая, что Логейн очень кстати торчит в Гварене по меньшей мере месяц, управляющему будет крайне нелегко нарушить королевский приказ.

Уговорить Логейна уехать в Гварен, не возбудив при этом ни малейших подозрений, было делом нешуточным. С той минуты, как они покинули башню Круга, старый друг ни на миг не желал выпускать Мэрика из поля зрения, и, в конце концов, основания для этого были у него самые веские. Король тайком удрал ото всех: от Логейна, от ферелденского трона и от собственного сына.

Всю дорогу до Денерима Логейн ехал, зло поджав губы, и не удостаивал Мэрика ни единым словом. И лишь когда они подъезжали уже к городским воротам, повернулся и жестко бросил:

– Мэрик, Мора не будет.

Так и осталось непонятным, что это было – обещание или порицание.

Нет, он не забыл пророчества ведьмы. Не забыл, верно ведь? И никогда не забудет.

С отъезда Фионы и Дункана миновало уже много месяцев. Их вызвали в Вейсхаупт, крепость в далеком Андерфелсе, чтобы они рассказали тем, кто возглавляет орден, про Архитектора. Мэрику отчаянно не хотелось расставаться с Фионой. После возвращения в Денерим круговерть повседневных дел захватила его настолько прочно, что у них почти не оставалось времени друг на друга.

И вот Фиона, наспех распрощавшись, уехала. Мэрик думал тогда, что, быть может, больше ее не увидит. Скверна в ее плоти разрослась настолько, что Серые Стражи, казалось, почти неминуемо отправят ее исполнять Призыв. Фиона погибнет, а ему, скорее всего, об этом даже не сообщат. Так что они кратко, без лишних слов простились – и на этом все было кончено. Когда Дункан сообщил, что магичка возвращается из Вейсхаупта вместе с ним, для Мэрика это стало полной неожиданностью.

Двери тронного зала отворились; управляющий провел в зал гостей, снова отвесил поклон и удалился, плотно прикрыв за собой двери. И Дункан, и Фиона сильно изменились. Бывший вор отрастил короткую бородку, и она была ему очень к лицу. Вместо прежнего кожаного доспеха на нем были тяжелые латы и туника с грифоном – гербом Серых Стражей.

Фиона с ног до головы куталась в длинный красный плащ. Ее темные волосы немного отросли, бледное лицо порозовело, словно она много времени провела под лучами солнца.

– Подойдите ближе, – сказал Мэрик. – При этом освещении вас толком и не разглядишь.

Они торжественно, бок о бок двинулись вперед и остановились перед троном. Мэрик встал, спустился к ним навстречу, пожал руку Дункану и повернулся к Фионе. Темные глаза эльфийки смотрели на него осторожно, пожалуй даже настороженно. И вообще, оба гостя вели себя до странного сдержанно.

– Стало быть, у вас для меня плохие новости, – со вздохом проговорил Мэрик.

– Ну не совсем, – пробормотала Фиона.

Дункан оглядел погруженный в темноту тронный зал, где горела всего пара факелов.

– Странное время вы выбрали для встречи, ваше величество, – заметил он. – Когда мы сейчас пробирались тайком среди ночи по этим темным залам, я, как никогда, почувствовал себя вором.

– Я предпочел бы, чтобы Логейн не узнал о нашей встрече. Он до сих пор так и не поверил до конца, что Серые Стражи не были в сговоре с Ремийе, и не знаю, простит ли он мне когда-нибудь то, что я разрешил ордену вернуться в Ферелден. Когда это произойдет, он наверняка будет зорко следить за каждым вашим шагом.

Дункан кивнул:

– Вначале нас будет совсем немного – по крайней мере, до тех пор, пока не наберем новых Стражей. – Он почти застенчиво усмехнулся. – Меня назначили помощником командора. Странное, по правде говоря, ощущение.

Мэрик, выгнув бровь, посмотрел на Фиону:

– Вот как? А тебя сделали командором?

И опять эльфийка бросила на него все тот же настороженный взгляд.

– Нет, – сказала она. И, повернувшись к Дункану, положила руку ему на плечо. – Ты не мог бы?…

Дункан кивнул с таким видом, словно ожидал этого, и, коротко поклонившись Мэрику, вышел из зала.

Мэрик и Фиона остались одни. Теперь он уже не знал, что и думать. Фиона жестом указала на ступеньки, которые вели к трону, и они рядышком уселись там. Некоторое время они просто молчали, и слышно было только потрескивание огня. В свете факелов Фиона была прекрасна. Мэрик заметил на лице ее россыпь веснушек – след долгого пребывания на солнце, однако ни на руках, ни на шее не разглядел пятен скверны. Может, скверна до них еще не добралась?