Дэвид Гейдер – Призыв (страница 45)

Ему даже незачем было говорить это вслух. Эмиссар смотрел на него и молчал; он знал, что Бреган поможет ему. Возможно, ему сообщило об этом видение и он с самого начала знал, что добьется своего. Брегану кое-что было известно о видениях. Он знал, что такое Тень и что значит идти по ее тропам. Он знал, что пути Создателя неисповедимы. Куда более неисповедимы, чем Страж мог себе представить.

– Если мы собираемся это сделать, – вздохнул он, – тебе следует узнать еще кое-что. Я думаю, что сюда идет моя сестра. И с ней другие Стражи. Полагаю, она знает, что я жив.

Гарлок даже не спросил, откуда он все это знает. Просто кивнул:

– Да, мне это известно.

– Известно?

– Именно. – Он подался вперед, не сводя глаз с Брегана. – Нам нужно подготовиться к их прибытию.

Мэрику очень скоро довелось узнать, что означал загадочный шепот, который они слушали на берегу подземного озера. Этот шепот снова зазвучал за спиной, когда отряд шел по узкой и длинной пещере, где с обеих сторон высились ряды сталагмитов. Теперь, когда шепот не смешивался со стуком падающей воды, он был слышен гораздо отчетливее – словно какие-то люди затаились в сумраке.

– Да что же это такое? – спросил вслух Мэрик и, замедлив шаг, оглянулся назад, однако ничего не увидел, кроме все тех же камней и непроницаемой тьмы. Шепот тотчас стих, словно испугавшись пристального взгляда. Король напряженно всматривался в темноту, почти ожидая увидеть брызнувшие врассыпную тени.

Келль остановился и тоже оглянулся. Мэрик гадал, окажутся ли странные глаза охотника зорче его собственных. Кромсай испытующе принюхался и глухо, зловеще зарычал. Наконец Келль указал на один из сталагмитов, торчавший на самом краю круга света.

Мэрик всмотрелся как следует, но так ничего особенного и не разглядел. Он уже хотел сказать об этом вслух, когда вдруг уловил движение. «Сталагмит» зашевелился, превратившись в гибкую тварь с длинной змеевидной шеей и оскаленной пастью со множеством острых зубов. Пятнистая шкура почти сливалась с окружавшим ее камнем. Развернувшись к ним, тварь издалека злобно зашипела, а затем с пугающей стремительностью метнулась в темноту и исчезла.

Кромсай вновь зарычал, явно изнывая от желания броситься вдогонку. Охотник едва заметным жестом приструнил пса.

– Гномы называют этих зверей «глубинные охотники», – прошептал он. – Будь нас меньше или будь их больше, они бы уже напали.

Он кивком указал на соседние сталагмиты, и теперь Мэрик уже сумел разглядеть едва заметные детали, которые отличали их от обычных камней. Он заметил, как твари подогнули конечности под панцирь, укрыли под туловищем длинные шеи. Маскировка была почти идеальной. Хищники были так близко, что Мэрик, протянув руку, мог бы потрогать их пальцем.

– И они просто дадут нам пройти?

– Они некоторое время будут следовать за нами в надежде, что кто-то отстанет. Шепот, который ты слышишь, – это их способ переговариваться, сообщать друг другу, что в их владения проникли непрошеные гости.

– Мы слышали этот шепот на берегу озера.

В глазах охотника мелькнули веселые искорки.

– Тогда вам повезло, что они так быстро ушли оттуда. Наверняка они созывали сородичей.

– Повезло, – повторил Мэрик.

Дункан довольно долго просидел у озера в одиночку – несомненно, завидная добыча для глубинных охотников. Вот уж кому повезло так повезло.

Они молча двинулись дальше. Опасность незримым покровом нависла над отрядом, и все явно мечтали только об одном – поскорее найти обратный путь на Глубинные тропы, если только таковой существует. Едва они покинули пещеру, Ута остановилась и, опустившись на колени, приложила руку к земле. Она проделывала это уже не впервые и всякий раз закрывала глаза, словно чуяла в толще камня нечто такое, чего не могли почуять другие. Мэрик подозревал, что это и есть знаменитое гномье «чувство камня», хотя прежде никогда не видел, как его применяют на практике.

Выпрямившись, Ута махнула рукой Женевьеве и уверенно повела отряд по новому коридору. Командор не стала спорить. Николас держался угрюмо и отчужденно, едва волок ноги, и непохоже было, что он сумеет нормально сражаться. Дункан с унылым видом брел в самом хвосте отряда, стараясь держаться подальше от Николаса, что, по мнению Мэрика, было весьма благоразумно.

Он намеренно сбавил шаг, дождался юношу и пошел рядом с ним. Какое-то время они молча шагали. Дункан ни разу не глянул на Мэрика, а Фиона одарила его предостерегающим взглядом, однако он не ушел.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он наконец.

Лицо Дункана стало озадаченным.

– А как я должен себя чувствовать?

– Не знаю. Там, в пещере, ты произнес весьма впечатляющую речь.

– Ну… наверно. – Дункан пожал плечами, явно надеясь, что на этом разговор и заглохнет.

– Знаешь, ты немного напоминаешь мне меня самого.

– Да ну? Может, мне тогда самое место на троне?

Мэрик не обратил внимания на резкий тон молодого Стража.

– Во времена мятежа я был немногим старше, чем ты сейчас. Я был совершенно не уверен в себе и вечно спрашивал, достоин ли я быть королем. Каждая смерть в бою причиняла мне боль, потому что все эти люди гибли из-за меня.

Дункан фыркнул:

– Сдается мне, ты недурно справлялся с делом.

– Я знаю, что меня называют Мэриком Спасителем. Не знаю, кто это придумал. Скорее всего, Роуэн. Она всегда заботилась о народном обожании, поскольку считала, что это важно.

– Я не знаю, кто такая Роуэн.

– Моя жена, королева. – Мэрик постарался, чтобы голос его прозвучал ровно. Судя по тому, с каким любопытством покосился на него Дункан, ему это не слишком удалось. – Она умерла. Три года назад.

– Прими мое сочувствие, – искренне проговорил Дункан. – Ты любил ее?

– Любил. И до сих пор люблю. – Мэрик откашлялся, упорно глядя перед собой. – Однако прежде нее была и другая женщина. Эльфийка по имени Катриэль, та самая, что привела нас в тейг Ортан, когда я был на Глубинных тропах. Она спасла мне жизнь, но, когда я узнал, что она шпионка, что именно из-за нее мы потерпели поражение при Западном Холме, я убил ее. Пронзил мечом.

Мэрик ощутил на себе испытующий взгляд паренька и вдруг порадовался тому, что вокруг царит полумрак, – наверняка ведь он покраснел. И с какой стати ему вдруг вздумалось заговорить обо всем этом? С самой смерти Катриэль он ни с кем ни словом не обмолвился об этой истории. Глупо, наверное.

– Я слышал об этом, – осторожно проговорил Дункан. – Кое-что, во всяком случае.

– Не сомневаюсь. Логейн постарался, чтобы этот случай получил огласку – пусть-де все знают о торжестве правосудия. – Мэрик повернулся и прямо взглянул на Дункана. – Только я считаю, что правосудие здесь было ни при чем. Я был взбешен, потому что меня предали. Я чувствовал себя в ответе за всех тех людей, которые погибли. Я не мог простить ее. Я убил ее… и никогда в жизни ни о чем так не сожалел, как об этом.

– Понимаю.

– Дункан, все мы ошибаемся. Иногда наши ошибки дорого обходятся другим людям. Главное, чтобы твои намерения были чисты и чтобы ты запомнил полученный урок. – Мэрик слабо, с трудом усмехнулся. – Жаль, что я не знал этого много лет назад.

Некоторое время они шли бок о бок, глядя перед собой и храня неловкое молчание. Наконец Дункан взглянул на Мэрика, и на долю секунды тот мог поклясться, что на лице паренька промелькнуло смущение.

– Спасибо, – тихо сказал Дункан.

Мэрик лишь кивнул и улыбнулся. Сказать ему больше было нечего.

– Стой! – донесся вдруг спереди крик Женевьевы.

Все остановились, Келль мгновенно схватил лук и наложил стрелу. Ута, которая шла впереди, жестами показала, чтобы они подошли к ней. Все двинулись вперед и, когда Фиона осторожно усилила белое свечение посоха, увидели то, что обнаружила гномка.

Впереди изрядная часть пещеры обвалилась и стала почти непроходимой. Однако важнее всего было то, что сквозь расселину в стене пещеры явственно виднелся участок Глубинных троп. Придется карабкаться вверх по груде каменных обломков, а затем протискиваться в довольно узкую расселину, однако ошибиться было невозможно – место по ту сторону стены было творением гномьих рук.

– Обратный путь! – выдохнула Фиона.

– Похоже, мы вернулись на нужный курс, – заметил Дункан, и Ута согласно кивнула.

– Там есть порождения тьмы? – спросил Мэрик.

– Нет, – отозвалась Фиона. Судя по отрешенному взгляду, она как раз пустила в ход чутье Серого Стража. – По крайней мере, поблизости. – Эльфийка постучала пальцем по ониксовой броши, которая была прикреплена к вороту ее кольчуги. – Сдается, подарки Круга и впрямь пригодились.

На лице Женевьевы явственно отразилось сомнение.

– Это странно, – нахмурясь, проговорила она. – Обычно, когда порождений тьмы кто-то потревожит, они так и роятся вокруг, точно пчелы.

Она обнажила меч – огромное лезвие сверкнуло в белом сиянии, исходившем от посоха, – и с оружием в руке осторожно двинулась к завалу. Взмахом руки призвав остальных последовать ее примеру, она начала подъем.

На то, чтобы протиснуться через расселину в стене, времени ушло немало. В конце концов им пришлось оттащить несколько камней, чтобы расширить дыру для тех, кто носил массивные доспехи. Первой на ту сторону перебралась Ута и сразу подала знак, что все в порядке.

Приятно было вновь очутиться в гномьих туннелях. Мэрик, однако, почти сразу заметил, что вокруг опять появились следы скверны. По сравнению с природными пещерами, которые они только что покинули, это особенно бросалось в глаза. В чем тут дело? Может, в самих Глубинных тропах есть нечто такое, что делает их более восприимчивыми к этой заразе? Мэрик видел на стенах знакомые темные щупальца, грозди набрякших мешков черной плоти. Привычным зрелищем были и полуразрушенные гномьи статуи, – словом, этот участок Глубинных троп ничем не отличался от других. Они могли оказаться где угодно.