Дэвид Гейдер – Призыв (страница 4)

– Ты этого не сделаешь!

Логейн совершенно потерял самообладание. Дункану даже почудилось, что он сейчас выхватит меч. Неужели он поднимет руку на собственного короля? В конце концов, у них тут в Ферелдене все по-своему.

Женевьева, вне себя от ужаса, выступила вперед:

– Мы не можем подвергнуть вас такому риску! Вы король Ферелдена, а помощь, о которой мы просим, – дело весьма и весьма опасное!

– Согласен! – поддержал ее Логейн. – Никому не следует рисковать жизнью ради осуществления такого нелепого плана… Да нет, это даже не план! Это лишь зыбкая надежда, основанная… На чем, кстати? Как вы можете быть уверены, что этот ваш Страж вообще до сих пор жив?

Женевьева скрежетнула зубами, не сводя упорного взгляда с короля:

– Мы в этом уверены.

– Почему? Что ты недоговариваешь?

Король Мэрик встал с трона, оборвав их обоих.

– Я пойду, – твердо повторил он. – Я отведу этих Стражей в тейг Ортан. Думаю, дорогу я не забыл.

Тейрн Логейн возмущенно воззрился на короля. Он явно изнывал от желания разразиться гневными возражениями, однако не хотел высказывать их вслух в присутствии посторонних. Судя по тому, как смотрел на него Мэрик – почти с обидой, – было ясно, что, как только они останутся вдвоем, между ними разразится нешуточный спор. Видно было, что этот Логейн для короля не просто советник. Он гораздо ближе, быть может почти брат.

Женевьева, похоже, совершенно растерялась, однако отвесила низкий поклон и попятилась. Дункан прекрасно понимал ее смятение. Он и раньше считал, что идея пригласить в проводники Героя реки Дейн сама по себе достаточно безумна, но это уже просто смехотворно.

Вскоре король наверняка передумает, и Серым Стражам предложат справляться собственными силами. Быть может, их даже снова вышвырнут из Ферелдена – кто знает? Дункан, кстати, не был уверен, что такой исход будет плох. В том, чтобы махнуть рукой на предстоящий поход, было нечто весьма притягательное.

Первый Чародей Ремийе осторожно двинулся к трону, молитвенно сложив руки:

– Ваше величество, вы уверены, что это разумно? Не лучше ли было бы тейрну…

– Нет, – перебил его король. – Я принял решение. – С этими словами он снова сел на трон, глядя исключительно на Женевьеву и намеренно не обращая внимания на Логейна. – Командор, я вскоре с вами свяжусь, чтобы обо всем договориться. А теперь мне хотелось бы, чтобы вы оставили меня наедине с тейрном.

У Первого Чародея был такой вид, словно он опять хочет что-то сказать, но Женевьева, глядя на него, покачала головой. Отвесив изящный поклон, она повернулась к выходу. Дункан и все прочие последовали за ней. Двое мужчин на помосте едва ли обратили внимание на их уход.

Когда тронный зал опустел, Мэрик откинулся на спинку трона, ожидая, что Логейн сейчас разразится неизбежными обвинениями. Теперь всякий раз, когда они встречались, Логейн был облачен в массивный серебристо-серый доспех. Он добыл этот доспех у командира шевалье в битве при реке Дейн и носил трофей, не снимая, до самого победного парада, который прошел в Денериме несколько лет спустя. Народ его за это обожал, а Мэрик над ним подсмеивался.

По прошествии лет, однако, ему все меньше хотелось смеяться. Вначале Логейн, Мэрик и Роуэн без устали трудились над восстановлением страны. Так много нужно было сделать, столько проблем оставил уход орлесианцев, что, казалось, на все просто не хватит времени.

То были нелегкие годы, но на свой лад восхитительные. Все время нужно было принимать трудные решения, и король с этим справлялся, хотя каждое такое решение отнимало частицу его души. Ферелден вновь окреп и набрался сил – как они и мечтали. Когда у Роуэн наконец родился сын, Мэрику подумалось, что вот теперь он может позволить себе побыть хоть чуточку счастливым.

А потом она умерла, и все изменилось.

Логейн смотрел на Мэрика так, словно понятия не имел, кто это такой. Внезапно он выхватил меч и приставил его острием к груди короля.

– На! – отрывисто бросил он.

– Спасибо, у меня есть свой.

– Это не чтобы ты его взял. Это чтобы ты бросился на него, раз уж тебе так захотелось свести счеты с жизнью.

Мэрик почесал переносицу и вздохнул. Логейн, которого он знал прежде, терпеть не мог драматических сцен. Кажется, прошедшие годы изменили его.

– Может, ты предпочел бы сам броситься на него?

– Я не пытаюсь убить себя. – На лице Логейна было мрачное, почти уязвленное выражение. – Так будет быстрее и проще. По крайней мере, у нас останется тело для погребального костра. И мне не придется рассказывать твоему сыну, что его отец ушел в безрассудный поход и не вернулся.

– Логейн, порождения тьмы существуют на самом деле. Что, если Серые Стражи говорят нам правду?

– А что, если нет? – Логейн подошел к трону, уперся обеими руками в подлокотники и, нагнувшись, заглянул Мэрику в лицо. – Даже если ты не придаешь никакого значения тому, что они прибыли из Орлея, – убежденно продолжал он, – ты должен знать, что Серые Стражи всегда преследуют собственные цели. Они не служат никакому королю и никакой стране. Чтобы справиться с этой угрозой, они сделают все, что сочтут наилучшим, и им будет наплевать на тебя, на Ферелден и на что угодно!

Логейн был прав. Двести лет назад Серые Стражи ввязались в заговор против ферелденского короля. Мятеж провалился, и орден был изгнан из страны, однако очень немногие знали, что для достижения этой цели потребовалась почти вся ферелденская армия. Тысячи солдат против неполной сотни Серых Стражей, и все-таки они едва не победили. Они были силой, с которой нельзя не считаться – независимо от их числа.

– Дело не только в этом, – вслух пробормотал Мэрик.

– Тогда в чем? В том, что Роуэн умерла? – Логейн выпрямился и, качая головой, принялся расхаживать рядом с троном. – Ты держишься так с тех самых пор, как я вернулся. Ты почти не видишься с сыном, ты почти не занимаешься страной, которую возродил из руин. Вначале я готов был списывать это на скорбь, но, Мэрик, прошло уже три года! Все выглядит так, точно ты хочешь исчезнуть.

Он повернулся, устремив взгляд на Мэрика, и во взгляде этом была такая тревога, что тот не выдержал и отвел глаза.

– Неужели ты и впрямь этого хочешь? Неужели тебя нисколько не беспокоит безумие этого замысла?

Крепко сцепив пальцы, Мэрик задумался. Он не хотел говорить Логейну всей правды, но, похоже, другого выхода нет.

– Помнишь ведьму, с которой мы повстречались в Диких землях Коркари? – начал он. – Еще во время мятежа, когда мы удирали от орлесианцев?

Логейн, кажется, опешил, как будто не ожидал услышать хоть какое-то внятное объяснение. Впрочем, замешательство это длилось всего пару секунд.

– Помню. Чокнутая карга, которая едва не прикончила нас обоих. И что с того?

– Она кое-что мне сказала.

Логейн нетерпеливо глянул на него:

– И?… Мэрик, она много про что лопотала.

– Она сказала, что в Ферелден придет Мор.

Логейн медленно кивнул:

– Понимаю. Когда именно – она не сказала?

– Только что я до этого времени не доживу.

Логейн закатил глаза и, отступив на шаг, провел рукой по черным волосам. Мэрику хорошо был знаком этот жест, выражавший раздражение.

– Такое предсказание запросто может сделать кто угодно. Она явно хотела тебя напугать.

– Ей это удалось.

Логейн развернулся, вперил в короля гневный взгляд:

– А еще ведьма говорила, что мне нельзя доверять! Ты и этому веришь, да?

Лицо его чуть заметно напряглось, и Мэрик знал почему. Вот что было сказано про Логейна: «Оставь его при себе, и он будет тебя предавать. С каждым разом все горше». Это было единственное пророчество, которое ведьма произнесла в присутствии Логейна, и он, как видно, хорошо запомнил ее слова. Возможно, он решил, что если Мэрик поверил предсказанию насчет Мора, то поверил и этому. Между тем Логейн никогда не предавал Мэрика – по крайней мере, насколько было известно самому королю. И забывать об этом не стоило.

– Ты думаешь, это простое совпадение? – спросил Мэрик, вдруг заколебавшись.

– Я считаю, что у ведьмы были свои цели и она скормила бы нам любую ложь, если бы это было ей выгодно. Мэрик, магии нельзя доверять. – Логейн закрыл глаза и вздохнул. Затем он едва заметно покачал головой, словно собирался сказать нечто уж вовсе сумасбродное, но все же открыл глаза и с убежденностью в голосе продолжил: – Но если ты и вправду уверен, что этому пророчеству ведьмы можно доверять, согласись хотя бы с тем, чтобы на Глубинные тропы пошел я, а не ты! Кайлану нужен отец.

– Кайлану нужна мать. – Голос Мэрика даже для него самого прозвучал безжизненно. – А еще ему нужен отец, который не… Логейн, я не принесу ему добра. Я никому не могу принести добра. Будет гораздо лучше, если я отправлюсь куда подальше ради блага страны.

– Болван!

– А вот тебе… – продолжал Мэрик, словно не расслышав, – тебе надлежит остаться. Если со мной что-то случится, ты должен будешь стать регентом при Кайлане и сохранить Ферелден.

Логейн досадливо помотал головой:

– Этого я не могу допустить. Даже если бы я верил этому загадочному пророчеству, я бы все равно не согласился, что из-за него можно отдать тебя в руки этих орлесианцев. Разве что если бы вас окружала целая армия.

Мэрик вздохнул и выпрямился, откинувшись на спинку трона. Ему был знаком этот тон. Когда Логейн уверен в своей правоте, переубедить его невозможно. Он скорее кликнет стражу и попытается посадить Мэрика в темницу, чем позволит ему исполнить этот замысел.