Дэвид Эддингс – Келльская пророчица (страница 59)

– Ну, да ладно. – Капитан небрежно сдвинул в сторону пустые тарелки и разложил на столе карты. – Сейчас мы находимся вот тут, – указал он. – В какой части рифа вы желаете высадиться?

– У подножия самого высокого пика, – сказал Бельгарат.

Креска вздохнул.

– Я мог бы догадаться... Подробной карты именно этой части рифа у меня как раз и нет! Когда я в свое время промерял тут глубины и подошел к этому месту, неизвестно откуда налетел шквал, и мне пришлось ретироваться. – Он минутку поразмыслил. – Впрочем, не важно. Мы встанем на якорь в полумиле или около того от берега и спустим на воду шлюпку. Но кое о чем я все же обязан вас предупредить.

– И о чем же? – спросил Бельгарат.

– Сдается мне, там кто-то есть. Какие-то люди.

– Сильно в этом сомневаюсь.

– По крайней мере, я не знаю иных существ, умеющих разводить костры. С северной стороны в этой скале есть вход в пещеру, и моряки частенько видят там огни – уже не первый год. Лично я считаю, что там поселились пираты. Оттуда ведь очень легко темными ночами выходить в море на небольших судах и грабить торговцев.

– А отсюда видны сейчас эти огни?

– Полагаю, да. Давайте поднимемся на палубу и посмотрим.

Женщины, Сади и Тоф остались в каюте, а Гарион с остальными поднялись за капитаном Креской на палубу. Ветер, который грозил сорвать такелаж, когда матросы бросали якорь, уже стих, а вокруг рифа уже не было рваных клочьев белой пены.

– Вон там! – указал капитан Креска. – Даже отсюда заметно, хоть и не так явственно. Вот когда стоишь в море прямо напротив входа в пещеру, тогда пылает вовсю.

Гарион с трудом различил туманное красное зарево чуть выше подножия огромного пика. Другие скалы, образующие риф, представляли собой заостренные пики, но эта вершина была иной формы. Отчего-то она напомнила Гариону раздвоенную вершину в земле улгов, где находился далекий Пролгу.

– Никто еще не смог толково объяснить мне, отчего эта вершина словно расколота пополам, – заметил Креска.

– Наверное, это очень долгая история, – сказал Шелк. Маленький человечек содрогнулся. – Здесь прохладно. Не сойти ли нам вниз?

Гарион шел вслед за Бельгаратом.

– Откуда это зарево, дедушка? – вполголоса спросил он.

– Я еще не вполне уверен, – ответил Бельгарат, – но, думаю, это Сардион. Нам уже известно, что он находится в этой пещере.

– Нам это доподлинно известно?

– Разумеется. Во время последней встречи должны повстречаться не только вы с Зандрамас, но и Шар Алдура с Сардионом. Тот мельсенский ученый, который похитил Сардион, обогнул южную оконечность Гандахара и исчез где-то в этих широтах. Все настолько сходится, что не тянет на совпадение. Сардион вел ученого к тому самому месту, куда хотел попасть, – и несчастный покорно доставил его туда. Возможно, камень вот уже пять тысяч лет дожидается нас в этой пещере.

Гарион оглянулся через плечо. Рукоять его меча покрыта была кожаным чехлом, но он был совершенно уверен, что увидит слабое сияние, исходящее от Шара.

– А Шар всегда реагирует на близкое соседство Сардиона? – спросил он.

– Может быть, мы недостаточно близко – к тому же мы все еще в море, а на воде Шар не вполне хорошо себя чувствует. Не исключено, что он не желает позволить Сардиону себя обнаружить раньше времени.

– Неужели он способен так серьезно рассуждать? Я заметил, что он обычно ведет себя как сущее дитя...

– Ты недооцениваешь его, Гарион.

– Тогда все и впрямь сходится.

– Ничего странного, Гарион. Иначе то, что произойдет завтра, не могло бы произойти.

– Ну что, отец? – спросила Польгара, когда они вошли в каюту.

– В пещере действительно горит какой-то огонь, – ответил он. Однако пальцы его говорили совсем другое: «Поговорим подробнее, когда капитан уйдет». Он повернулся к Креске. – Когда будет отлив?

Креска прищурился, соображая.

– Мы его уже проворонили. Сейчас как раз начинается прилив. Следующий отлив – на рассвете. Но это будет королевский отлив. Ладно, оставлю-ка я вас – вам надо отдохнуть. Как я уже понял, завтра у вас денек не из легких.

– Благодарю вас, Креска, – сказал Гарион, пожимая руку капитану.

– Не стоит благодарности, Гарион, – усмехнулся Креска. – Король Ольдорин щедро заплатил мне за это плавание, поэтому мне даже как-то неловко.

– Это хорошо, – улыбнулся Гарион. – Приятно, когда столько друзей о тебе заботятся.

Капитан расхохотался и вышел, дружески помахав всем рукой на прощанье.

– О чем это он говорил? – спросил Сади. – Что еще за королевский отлив?

– Такое случается только пару раз в году, – объяснил Бельдин. – Это просто необыкновенно сильный отлив, всецело зависящий от положения светил – довольно редкого, кстати.

– Похоже, все силы природы словно сговорились, чтобы сделать завтрашний день совершенно особенным, – отметил Шелк.

– Ну ладно, отец, – серьезно сказала Польгара, – что это за история с огнем в пещере?

– Я не на все сто процентов уверен, Пол, но подозреваю, что пираты тут ни при чем – к чему тогда все эти хлопоты, дабы не допустить туда посторонних?

– Так что же это, по-твоему?

– Вероятно, Сардион.

– Разве он должен светиться красным светом?

Бельгарат пожал плечами.

– От Шара исходит голубое свечение. В том, что Сардион, вероятно, светится красным, есть определенная логика.

– А почему не зеленым? – спросил Шелк.

– Зеленый – промежуточный цвет спектра, – вставил Бельдин. – Это смесь синего и желтого.

– Известно ли тебе, Бельдин, что ты неисчерпаемый кладезь бесполезной информации? – спросил Шелк.

– Бесполезной информации не бывает, Хелдар, – презрительно фыркнул Бельдин.

– Ну ладно, – заговорил Закет, – так что мы будем делать?

– Цирадис, – обратился Бельгарат к прорицательнице, – конечно, я лишь высказываю догадки, но полагаю, они весьма близки к истине. Ни один из двоих противников не должен первым достичь пещеры, правда? Ведь две великие сущности просто не допустят туда первыми ни Зандрамас, ни нас.

– Поразительно! – пробормотал Бельдин. – Неслыханно! Великолепная логика! Ты не приболел, Бельгарат?

– Заткнись, прошу тебя! – прорычал Бельгарат и повернулся к прорицательнице. – Это так, Цирадис?

Она молчала. Лицо ее стало отрешенным. Гариону снова показалось, что он слышит многоголосый шепот.

– Твои рассуждения верны, древнейший. Это же некоторое время назад поняла и Зандрамас – так что я не открываю вам ничего такого, что было бы сокрыто от нее. Зандрамас, однако, пренебрегла доводами разума и устремилась вперед, дабы перехитрить самое себя, но потерпела поражение.

– Это даже хорошо, – сказал Закет. – Коль скоро и мы, и она должны быть там одновременно и понимаем это, то, вероятно, скрываться совершенно ни к чему? Значит, нам надо просто высадиться на берег и идти прямиком к пещере.

– Однако необходимо сделать краткую остановку, чтобы мы с тобой облачились в доспехи, – прибавил Гарион. – Не стоит делать это здесь, на борту. – Креска может занервничать.

– Мне нравится твой план, Закет, – согласился Дарник.

– А вот мне – не очень, – с сомнением сказал Шелк. – Лучше было бы все же подкрасться незамеченными.

– Ох уж эти драснийцы! – вздохнула Сенедра.

– Не спеши отвергать его предложения, Сенедра, – дружески посоветовала ей Бархотка.

– Вот что я предлагаю, – принялся развивать свою мысль Шелк. – Зандрамас знает – пусть в глубине души, – что не сможет опередить нас, но уже много месяцев пускается во все тяжкие, чтобы этого добиться, надеясь сыграть против правил. Теперь постараемся вообразить себе, что мы – это Зандрамас...

– Да я скорее отравлюсь! – вздрогнула от отвращения Сенедра.

– Это единственно для того, чтобы лучше понять образ мыслей врага, Сенедра. Сейчас Зандрамас лелеет безумную надежду, что она опередит нас, добравшись до пещеры, и избежит суровой необходимости встать лицом к лицу с Гарионом. Ведь он убил Торака, а никто, пребывая в здравом уме, не захочет бросить вызов Богоубийце.

– Когда я вернусь в Риву, то прикажу никогда более так меня не называть, – раздраженно сказал Гарион.