Дэвид Джерролд – "Зарубежная фантастика -2024-11. Книги 1-19 (страница 807)

Покажи мне путь к Исцелению! Он надеялся, что перед ним откроется видение с каким-то достаточным набором деталей. И вот, после очередной серии медленных вдохов и выдохов, Глэйд вечный, Глэйд бесконечный открыл перед ним длинные полки, заставленные рядами склянок с сотнями вариантов вакцины. А среди всего этого великолепия двигалась Александра, улыбаясь и направляя работающих ученых. Будущее менялось, но неизменным оставался статус Богини, управляющей Эволюцией с помощью волшебной вакцины. Но как она может претендовать на то, чтобы контролировать других, если порой неспособна контролировать себя? Злость поднялась в душе Михаила, и видение стало исчезать. Не страшно. Все, что нужно, он увидел.

Не имея ясной проторенной тропы, он должен будет пойти своей, еще никем не хоженной. Это будет тропа войны.

Войны, которую Аляска еще не видела. А может быть, не только Аляска, но и весь мир.

Он двинулся в направлении светового пятна, видневшегося в темном сыром туннеле. Свет. Внешний мир просочился внутрь, дав возможность Михаилу найти путь к выходу. Некоторые люди верили, что свет ждет их в конце жизни. Он же ждал там лишь беспросветной темноты. Именно поэтому Богом он планировать быть при жизни.

Под ногами в бетонном туннеле плескалась вода. Немного, не больше дюйма, она воняла затхлостью с преобладанием ароматов канализации и плесени, но Михаил знал эту тропу так же хорошо, как собственную кровеносную систему. Александра, которой хорошо был известен вход в Лабиринт да несколько священных троп в Глэйде, не ведала об этих потайных туннелях, особенно – о том, вдоль которого теперь пробирался Михаил. Александра не знала того, чего не знала. Приподняв занавес из переплетенных виноградных лоз и мха, который маскировал выход из туннеля, Михаил пригнулся и вышел на поверхность, далеко за пределами городских стен. Смеркалось.

ИИИИИИИ…

Истошный визг холодком прошелся по телу Михаила – как будто нож или топор правили перед боем на куске металла. Но, как только он взял себя в руки, он понял – это дикая свинья, попавшая в одну из его ловушек. Свинья заверещала вновь.

– О, привет! – проговорил он, чувствуя приятную дрожь. Он отнесет бедное животное в город, где обитают Остатки нации, в качестве ритуального дара. Пусть побалуются поросятинкой! Михаил потянул за веревку, к которой была прикреплена ловушка; сопротивляющаяся свинья закричала, заплакала, забилась, разбрасывая копытами землю.

ИИИИИИИ… ИИИИИИИ…

Вряд ли стоит укорять свинью за то, что она так плачет. Именно эмоции делают нас такими похожими на животных. Страх. Ужас. Воля к жизни. Михаил понимал это гораздо лучше, чем большинство. Кстати, Михаил тоже был готов заплакать, но не только по Николасу, которому когда-то мог полностью доверять, но и по своему будущему. Это будущее было таким же бессмысленным и бесполезным, как тело Николаса без головы.

Напрягая мышцы, Михаил подтащил свинью и ловушку поближе к бергу, спрятанному за соснами.

– Еще чуть-чуть, – пробормотал он, чувствуя, что и сам готов заорать и начать бить ногами в землю. Увы, никакой радости в том, что ему приходится распутывать чьи-то планы, не было. Свинья продолжала упираться. А может, ему следует поступить так же? Черт с ними, с Богами! Черт с ними, с этими его грандиозными планами! Если нужно остановить Александру, то не обязательно проливать так много крови. Минимум смертей, минимум разрушений!

Но за минимум тридцать лет то, что начали строить Николас и Александра, было разрушено. Конечно, убрать Александру будет несложно, но потом придется перевоспитывать, переделывать, перепрограммировать целые поколения ее адептов. Нет! Кратчайший путь к процветанию человечества – смерть и разрушения.

Издав глухой стон, Михаил поднял свинью в берг.

– Всего несколько часов полета, и мы на месте, – сказал он свинье, и животное, словно понимая, что за судьба его ждет, вновь закричало. Хорошо, что во время полета у Михаила будет компания, пусть даже и в лице этого орущего, да еще и остро пахнущего зверя.

Как только он прибудет в город, где закрылись от внешнего мира Остатки нации, он сделает то, что ежемесячно делал уже несколько лет – встретится с Несущими Скорбь и будет говорить о войне. Но не в общих чертах, а в конкретных. Об эскалации.

Пора уже покончить с Божеством!

Глава десятая. Библиотека тайн

Александра

Она закрыла шарфом рот и нос, но материал был слишком тонким. Запах гниющей плоти заполнял покои Николаса и проникал повсюду. Нужно поскорее забрать то, что ей нужно, и уходить, хотя она и не знала, что же все-таки ей нужно. Если бы она нашла ответ хотя бы на один вопрос из сотни, что терзали ее в течение этих лет, был бы смысл в этом визите в пропахшую запахом смерти комнату. Хотя самого тела в комнате и не было, тяжелый дух разложения висел здесь как ядовитый туман.

Милая Александра! То, что ты ищешь, уже находится внутри тебя, сказал бы Николас, если бы видел, как она роется в его вещах. Сами воспоминания о его голосе заставили ее тело напрячься. Плечи ее заболели, а в голове принялась пульсировать кровь. Вновь зазвенело в ушах. Черт побери!

Ей-то думалось, что смерть освободит ее от его контроля, но теперь Александре стало казаться, что он находится повсюду. Ей виделось его самодовольное лицо – именно такое выражение бывало на физиономии Николаса, когда он читал ее мысли. Чтобы отвлечься, Александра принялась декламировать числа, но и это напомнило ей о Николасе. Она говорила его словами, исповедовала его правила, пользовалась теми силами и властью, которыми наделил ее он. Единственным способом сбросить с себя влияние Николаса было представить его голову отдельно от тела. Увидеть внутренним взором эти выкатившиеся из глазниц очи, которые уже не способны моргать. Она сделала это, и ей стало легче. Звон в ушах прекратился, и Александра продолжила поиски.

Она просматривала книгу за книгой. Николас был страстным коллекционером старинных изданий и редко с кем делился сокровищами своей библиотеки. А ведь Александре могло бы что-нибудь и пригодиться – для развития способностей. Здесь были книги по истории, психологии, телепатии, по наукам о невидимом и непознаваемом. Кое-что Александра отложила для себя, после чего набрела на большой кожаный фолиант. Подняв обложку, она обнаружила пустую полость. Книга была выпотрошена, как потрошат жертву язычники во время жертвоприношений.

А может быть, Николас виновен в том, что эти обряды до сих пор в ходу? Она-то всегда думала, что за такого рода жертвоприношениями стоит Михаил, с его животными инстинктами и безумием, которое время от времени на него накатывает. Александра пробежалась пальцами по грубо обрубленным краям страниц, обрамляющим пустоту внутри книги. Что он здесь прятал? Александра принялась с яростью открывать книгу за книгой, но ни в одной из них тайников не было.

Когда Николас был жив, он постоянно присутствовал в ее жизненном пространстве. Теперь же, когда он умер, она полагала, что сможет отомстить ему, принявшись царить в его мире. Пусть помучается так же, как мучилась она, ведь быть в его башне, распоряжаться ее содержимым – это все равно что быть в его голове и распоряжаться тем, что там лежит. Но оказалось, что даже здесь она полностью зависела от его воли, находя лишь то, что он позволял ей находить. Откуда у одного человека столько тайн?

Она продолжала счет. Жизнь после Вспышки научила ее многому из того, что так ей нужно! Терпение, милая Александра! Она почти физически слышала, как Николас произносит эти слова, хотя уроки терпения всегда казались ей мукой.

Глаза Александры остановились на рабочем столе Николаса. Здесь он писал и читал письма пилигримов – обращенные к нему молитвы. Многие были написаны еще десятилетия назад. Почему Николас до конца продолжал читать и отвечать на эти письма? Загадка! Единственным решением всех проблем, которые есть у населения города, является Эволюция. Все остальное – пустяки!

Просьба прислать побольше продовольствия. А вот письмо о диких свиньях в окрестностях города. Здесь нет ни просьбы, ни молитвы – просто бесполезная информация. Конечно же, за пределами города полно диких свиней. Как и диких шизов, и прочей дичи. Она швырнула письма на стол, но из середины пачки выпал листок, заполненный почерком Николаса. Одно из его не отосланных писем. Взяв письмо в руку, она открыла его, и тут же ее охватила боль. В ушах раздался звон, тут же заполонивший всю голову.

Как это Николасу удается, пребывая в мире ином, терзать ее болью и звоном в ушах? Александра надеялась, что это делает именно он. В противном случае окажется, что она сходит с ума. Звон все усиливался, и она обессиленно опустилась на пол. Нет, больше ни одно из его слов не проникнет в ее сознание! Какие бы советы он ни писал пилигримам, она в его советах не нуждается. Не вставая с пола, она протянула руку и открыла центральный ящик стола. Сунула туда письмо и толкнула ящик. Но он не закрылся, а, сорвавшись с направляющих, упал на кресло, вывалив свое содержимое на пол.

– Не Бог, а неряха! – воскликнула Александра – так, словно Николас стоял тут же, рядом. Она принялась ворошить кучу карандашей, конвертов, резиновых колечек, ища хоть что-то, обладающее ценностью, но очевидно, что Николаса так захватила повседневная жизнь Бога, что о большем он уже не думал. Как Бог может называть себя Богом, если он так погряз в мелочах и ничего не видит дальше собственного носа?