Дэвид Джерролд – "Зарубежная фантастика -2024-11. Книги 1-19 (страница 78)
Я нажал на спуск, просто чуть тронул, и выпустил холодное облако замерзшего пара. В летний воздух ворвался мороз, холод болью отозвался в глазах. Капли воды замерзли и запятнали землю. Я немного проснулся.
Мы уже около месяца замораживали червей. Пока это была новая техника. Мне она не нравилась. Она была опаснее. И нужен был человек с факелом на подхвате, на всякий случай.
Но у Денвера была идея, что если мы сможем заморозить хторра, то сможем изучить их внутреннее строение, поэтому мы замораживали их и посылали в лабораторию фото-изотомографии в Сан Хосе. Я как-то наблюдал процесс. Впечатляюще.
Брали замороженного хторра, помещали его в большую раму и ставили камеру на одном конце. Потом с него начинали делать тонкие срезы, делая фото после каждого среза. И все это на целом черве. Фотографии посылались в компьютер.
Компьютер возвращал трехмерную карту внутренней структуры тела хторра. Используя джойстик и экран, можно было перемещаться внутри карты и изучать выбранный орган и его связи с другими. Мы все еще не понимали половины того, что видели, но по крайней мере теперь у нас было на что посмотреть.
Процесс был успешно завершен с четырьмя гастропедами разных размеров. Мы не понимали, почему, но казалось, что они принадлежали четырем различным видам. Денвер хотел продолжать замораживать и картировать червей, пока противоречия не будут устранены.
— Дюк, — сказал я.
— Да?
— Как думаешь, почему четвертый хторр всегда так долго ждет перед атакой?
— Ждет, чтобы я разозлился.
— Да. Что ж, тем не менее спасибо.
— Не стоит благодарности, сынок. Если бы ты не задавал вопросы, как бы ты научился чему-нибудь?
Стена передо мной начала вспучиваться.
Я бесцеремонно изучал ее. Странно. Никогда не видел, чтобы стены так делали.
Она вспучилась еще немного. Да, купол определенно терял форму. Я поднял раструб и нацелил его прямо в центр вздутия.
— Дюк, кажется что-то есть. Баррелл, внимание. Я покажу тебе, как это делается.
Купол начал зловеще трещать. Внезапно трещина прошла от земли кверху, вбок и снова вниз, потом очерченный кусок начал вываливаться наружу…
— ХТОРРРР! ХТОРРРР! — Этот червь был самым громадным. У их роста вообще нет пределов? Или этот был взрослой формой?
Он скользил на меня, как товарный поезд. Я нажал на спуск, завопил и выпустил облако ледяного пара и смертельную струю замерзшего жидкого азота. Пар заволок все, накрыв хторра. На мгновение тот исчез в облаке, а когда вынырнул, его шкура сверкала льдом и инеем.
— Придержите факелы!, — заорал я, а он продолжал наступать! Потом в одно ужасное мгновение хторр вздыбился вверх, вверх и вверх! Червь был гигантом тонны в три! Он башней навис надо мной, потрескивая, обвитый сияющим льдом и серебристо-сверкающим паром! И в это мгновение борьбы со смертельным холодом, я уверен, это было последнее мгновение, сверкающий адский зверь чуть было не повалился на меня! Его замерзшая ярость была бы его последней местью! Но вместо этого он застыл на подъеме и начал заваливаться набок, больше, больше, больше, пока наконец не опрокинулся и не упал, треща, на землю горой рушащегося, разбивающегося льда.
В мозгу и глазах я ощущал запах холода, словно кинжал. Боль была исключительной! Хторр лежал на земле упавшей трубой. Шкура сверкала инеем на солнце, лед исполосовал бока пятнами, струями и кристаллами. Что-то внутри животного мягко взорвалось с глухим «бумм» — и, словно в ответ, одна из рук тихо отломилась и со стуком упала на землю.
Сколько еще?
Я отвернулся от сверкающей туши и посмотрел на горы, вздымающиеся к северу и западу. Сколько их еще там? Этот был двадцатым, которого я убил. Но я не чувствовал радости — только опустошение. Работа была такой долгой!
Шум чопперов вернул меня к действительности. Первый из них уже перевалил через холм. Они несли остаток моей научной группы и наше оборудование.
Отряд безопасности проследовал за Робом внутрь хижины. Никому не позволено входить, пока они не обыщут каждую комнату и туннель. Что ж, хорошо. Я насмотрелся на хижины червей. Они стали казаться мне одинаковыми.
На мгновение я почувствовал усталость. Я не ощущал своего обычного возбуждения. Даже не был удовлетворен.
— Джим? — Это Дюк, вечный голос в моих ушах, в голове.
— Все прекрасно, — отозвался я.
— Хорошо. Не хочешь ли проверить корраль?
— Ладно. — Я поставил заморозку на предохранитель и пошел вокруг купола. Не имело значения, как я себя чувствовал. Это к делу не относилось — надо было работать. Я увидел корраль и вспомнил маленькую девочку в изорванном коричневом платье…
… и внезапно ощущение усталости прошло. И я понял, почему я здесь. Потому что другого места, где мне надо быть, нет. Мне надо делать именно это! Это — лучшее. Работа была сделана, и день внезапно стал чудесным! Я направился к месту посадки. подобрать остаток своей группы.
Но одна мысль оставалась…
Должен быть лучший способ!
Дэвид Герролд
День проклятья
(Война потив Кторра – 2)
Война потив Кторра-2
OCR/вычитка Голодный Эвок Грызли
Энн Маккефри, Джиджи, Тодду и Алеку – с наилучшими пожеланиями.
Благодарю также: Денниса Аренса, Сета Брейдбар-та, Джека Коэна, Ричарда Куртиса, Диану Дьюэйн, Ричарда Фонтану, Билла Гласса, Харви и Джоан Гласе, Дэвида Хартуэлла, Роберта и Джинни Хайн-лайн, Дона Гецко, Карен Мэлкор, Съюзи Миллер, Джерри Пурнеля, Майкла Сен-Лорана, Рича Стерн-баха, Тома Сузила, Линду Райт, Челси Куинн Ярбро, Говарда Циммермана.
ХТОРР (сущ.) 1, Планета Хторр, предположительно находится на расстоянии тридцати световых лет от Земли. 2. Звездная система, к которой относится указанная планета; звезда, вероятно, красный гигант, в настоящее время не идентифицирована. 3. Родовое название организмов, господствующих на планете Хторр. 4. Один или несколько представителей (предположительно) разумной жизни планеты Хторр (см. Хторранин). 5. Хриплый рокочущий звук, исходящий из горловой щели хторра.
ХТОРРАНИН (сущ.) 1. Любое существо, родственное хторру. 2. Представитель расы, живущей на планете Хторр (мн. ч. – хторране).
ХТОРРАНСКИЙ, – ая (прил.) Относящийся к планете или звездной системе Хторр.
Словарь английского языка «Рэндом Хаус», полное издание XXI века
1 СУМАСШЕДШИЕ ВРЕМЕНА
Не доверяй высоким гномам. Здесь что-то не так.
Вертушка походила на товарный вагон, только была побольше. Она растопырилась посреди лужайки, как беременная корова на выгоне. Двойные винты вращались медленно и размашисто, словно оттачивая лопасти о воздух. Даже отсюда было видно, как высокая трава стелется по земле.
Я отвернулся от окна и спросил у Дьюка:
– Откуда, черт возьми, взялось это страшилище? Дьюк улыбнулся, не отрываясь от компьютера.
– Отрыжка Пакистана.
Он, не переставая, стучал по клавишам.
– Все шутишь? – Я хмыкнул.
Никаких пакистанов не существовало уже больше десятка лет. Я снова посмотрел в окно. Вертушка казалась исчадием ада и излучала злобное торжество. А я-то считал, что нет ничего тошнотворнее червей. В каждом из ее реактивных двигателей запросто размещался автомобиль, а крылья-обрубки напоминали плечи борца.
– Хочешь сказать, что ее готовили для пакистанского конфликта? – спросил я.
– Не-а, ее построили в прошлом году. Но сконструировали после Пакистана, – уточнил Дьюк. – Подожди минуту…
Он в последний раз размашисто шлепнул по клавише и наконец повернулся ко мне.
– Ты помнишь условия договоров?
– Конечно. Мы не имеем права на разработку нового оружия.
– Точно.
Дьюк встал, задвинул свой стул и начал собирать страницы, бесшумно выскальзывающие из принтера.
– И даже не можем заменять старое вооружение, – добавил он. – Однако в договорах ничего не сказано о научно-исследовательских и конструкторских разработках, верно?
Дьюк взял последнюю страницу, аккуратно выровнял стопку бумаг и подошел к окну.
– Да, Прекрасный образчик боевого корабля.
– Впечатляет, – согласился я.
– Возьми, прочти и распишись. Он вручил бумаги мне.