Дэвид Джерролд – "Зарубежная фантастика -2024-11. Книги 1-19 (страница 743)
Кто-то легонько коснулся его плеча, и это было похоже на коготь, шипастый коготь с ядовитыми кончиками, наверняка предназначенный для того, чтобы разорвать его плоть и заставить его умереть от гниения и боли. Он закричал и отмахнулся от него, открыв глаза, чтобы увидеть Кейшу. Вместо того чтобы разозлиться или испугаться, она нахмурилась, и ее глаза наполнились печалью.
— Прости, — прошептал Ньют. — Прости меня.
Она говорила ему в ответ, но он не слышал. Рев белого шума заполнял его уши, повторяя ритм его колотящегося сердца.
— Это пройдет, — сумел сказать он. Затем он лег на бок и свернулся в клубок, крепко держась за ноги, подтянутые к груди.
И он ждал.
Глава восемнадцатая
В какой-то момент, к счастью, его разум решил, что с него хватит, и покинул сознание, погрузив его в глубокий сон. Он погрузился в черную пустоту, лишенную снов и воспоминаний, и, казалось, прошло всего несколько секунд, как Кейша мягко разбудила его.
Она несколько раз произнесла его имя, и он, наконец, дрожащими глазами открыл глаза. Все исчезло. Боль, шум, туман. Он чувствовал себя хорошо.
— Давай, ну же, — сказала Кейша. — Садись. Все хорошо. С тобой все будет в порядке.
Она схватила его за руки и помогла подняться с твердого цемента парковки; он раскинул ноги и принял сидячее положение. Он ожидал волны боли или тошноты, но ничего не произошло.
— Как долго я был в отключке? — спросил он.
— Около часа. Мне не хотелось тебя будить, но... у нас заканчивается световой день. Я знала, что ты не захочешь, чтобы нас застали здесь в темноте. Думаю, мы все еще сможем добраться до места встречи вовремя.
Он смотрел на нее, на ее доброе лицо. Как во всем огромном мире он наткнулся на кого-то, кто мог играть роль старшей сестры? Он знал ее... сколько? Неделю? И все же он чувствовал к ней ту же теплоту, что и к своей семье - маме, папе, сестре, которые выходили из туманной темноты беспамятства.
— Спасибо, Кейша, — прошептал он. — Ты могла бы бросить меня здесь и продолжать путь. Ты могла бы уже быть там, даже сейчас. Спасибо.
— Ерунда, — ответила она с притворным укором. — Ты обещал доставить нас туда, а я не хочу портить твою гордость за свои мужские способности. Поэтому мы решили подождать и позволить тебе притвориться, что ты нас спас.
Он рассмеялся, и этот звук прорвался через горло.
— Никто никого не спасает. Все, что мы делаем, это совершаем долгую прогулку к воссоединению семьи.
— Аминь, — сказала она. — Теперь поднимай свою задницу и пойдем.
Через час они добрались до квартала старых домов, большинство из которых были в ужасном состоянии - разбитые окна, ставни висели на одном гвозде, облупившаяся краска, крыши с половиной черепицы. Деревья были огромными - половина из них погибла, - что означало, что это место существовало очень давно. Сорняки заменили газоны десятилетием или около того раньше.
— Идеальное место для бабушкиного дома, — сказал Джонси.
У бабушки. Именно там они встречались с братом Кейши и Джеки. На въезде в район на потрескавшихся кирпичных стенах все еще висела табличка с надписью "Норман Даунс". Это место, конечно, выглядело не так шикарно, как звучало, даже если оно было совсем новым.
С момента приезда Кейша не двигалась, уставившись вперед пустым взглядом. Ньют обнял ее за плечи и сжал, а затем ущипнул Данте за щеку.
— Мы сделали это, — сказал он. — Мы действительно...
Она крепко прижала его к себе.
— Ты с ума сошел? Не сглазь, — она закрыла глаза и выгнула шею, положив подбородок на макушку маленькой головы Данте. — Я так боюсь войти туда, Ньют. Я в ужасе.
Он не знал, что сказать. Он искал что-нибудь, хоть что-нибудь.
— Ты хочешь, чтобы я это сделал? Скажи мне, какой дом, и я могу пойти проверить. Я побегу.
Вместо ответа она передала Данте, почти толкнув его в грудь Ньюта. Затем она сняла рюкзак с плеч и опустила его на землю, наклонившись над ним, чтобы расстегнуть молнию главного кармана.
— Кейша, не надо! — резко прошептал он. Она вытащила мобильный телефон, внезапно не заботясь о том, что Джонси и все остальные увидят его. — Что ты творишь?
— Проверяю в последний раз, — сказала она мертвым голосом. — Потом это не будет иметь значения.
— Где вы достали такую штуку? — спросила женщина из группы Джонси. — Я даже не знала, что они ещё работают.
Ответил Джонси, так как Кейша проигнорировала вопрос, ожидая, пока телефон включится.
— Только для особенных людей. Для особо важных и тому подобных. Похоже, Ньют - не единственная "элитная персона", с которой мы путешествовали вместе.
Эти слова могли быть восприняты как угроза, но Джонси изобразил на лице невинное выражение. Однако более чем несколько его приятелей перешептывались между собой, и это заставило Ньюта занервничать.
— Давай просто проверим, — предложил Ньют. Почему эта штука так долго не просыпалась? — В любом случае, мы уже практически там. Пойдем.
Она не отвечала. Свет телефона наконец осветил ее лицо в угасающих сумерках.
— Господи, помилуй, — прошептала она.
— Что? — спросил Ньют. — Что там написано?
Вместо того, чтобы ответить, она начала бежать по улице, ведущей в район, оставив свой рюкзак, ребенка и всех остальных позади. Ньют на секунду застыл в ошеломленном замешательстве, а затем бросился за ней, крепко держа Данте на руках.
Они миновали десятки домов, ветхих, с провалившимися крышами, темных, как черная вода, внутри, парящих, как в другом измерении, за разбитыми окнами. Кейша свернула за угол, потом еще за один. Вскоре она остановилась перед домом, который выглядел гораздо лучше, чем соседние. Внутри даже горел свет, а кашель генератора нарушал тихий воздух наступающей ночи.
Ньют добрался до Кейши и, задыхаясь, вынужден был на секунду опустить Данте на землю.
— Что ты увидела в телефоне? — сумел спросить он.
Она посмотрела на него.
— Там просто написано:
— ПОРОК? — Это было так неожиданно, и его грудь так сильно болела от бега, что он ничего не почувствовал, когда услышал это слово. — Что за черт? Почему они должны быть здесь?
— Сейчас мы это узнаем, — она подхватила Данте и направилась к входной двери, которая была широко открыта.
Ньют схватил ее за руку.
— Что? Нет. Мы... Давай просто подумаем секунду.
— У них моя дочь, Ньют. И мой брат. Тут нечего думать, — она посмотрела на его пальцы, крепко обхватившие ее запястье. Он отпустил ее; его рука отлетела в сторону, словно лишилась костей. — Чего терять? Может, тебе стоит уйти? Серьезно. У тебя вроде как есть с ними прошлое.
Ньют тряхнул головой, пытаясь очиститься от паутины.
— Я был просто контрольным объектом. Я больше не должен их волновать. Почему это должно иметь значение? Почему они здесь?
Кейша вздохнула.
— Как много вопросов. Я вхожу.
— Я тоже, — когда она попыталась оттолкнуться, он остановил ее. — Мне тоже нечего терять. Вообще нехрен.
— С этим трудно спорить.
Она промаршировала через лужайку к открытой двери, которая возвышалась над тремя деревянными ступенями и шатким крыльцом. Ньют встал в строй рядом с ней. Поднялись по ступеням, которые скрипели при каждом шаге. Она не остановилась на пороге, а сразу вошла, проявив храбрость, которая напомнила Ньюту кое-что из того, что он видел в Лабиринте. Хотя он был напуган до ужаса, он последовал за ней.
Они вошли в широкую гостиную, за которой находилась кухня. Две лампы тепло освещали воздух по обе стороны от видавшего лучшие времена дивана, бугристого, рваного, провалившегося посередине. В этой провалившейся части сидели мужчина и девочка-подросток. Позади них, одетые в черную блестящую броню, похожие на тех, которые доставили их в Дом шизов, стояли два представителя ПОРОКа, того прекрасного заведения, которое украло Ньюта у его родителей и с тех пор обращалось с ним как с дерьмом. Чтобы развеять всякие сомнения, они носили на груди знаки отличия ПОРОК.
— Мама! — закричала девочка, вскакивая с дивана.
— Джеки, — сказала Кейша почти одними губами; затем она бросилась вперед, чтобы встретить девочку на полпути, и притянула дочь в свои объятия. Затем к ним присоединился брат, и все четыре члена семьи сжали друг друга в одном огромном объятии. Двое охранников ничего не сделали, чтобы остановить воссоединение, и, казалось, смотрели на Ньюта сквозь свои защитные козырьки.
Его сердце упало. Они забирают его обратно, не так ли? Конечно же, да. Но почему вся эта суета вокруг Кейши и ее семьи? Они могли забрать его в любой момент. Он не знал, что сказать, и только смотрел в пол, стыдясь, что думает о себе, когда это милое воссоединение произошло прямо у него на глазах.
Через минуту или около того Кейша немного отстранилась от своей семьи и посмотрела на незнакомцев в их странном снаряжении.
— Почему вы в доме моей бабушки? — спросила она их. — Что вы собирались делать с моей дочерью и моим братом?
Впервые один из незваных гостей заговорил.
— Его друзья замышляют недоброе, вот почему, — сказал он своим фильтрованным, слегка механическим голосом.