Дэвид Дрейк – Повелитель Островов (страница 43)

Кашел вывернул из-за угла в двадцати футах от своей жертвы. Прицелился поточнее и, как из пращи, метнул камень в лисицу — он попал ей в заднюю ляжку.

Хищница взвизгнула, сделала кульбит в воздухе и, клацнув зубами, брякнулась на землю. В низком прыжке, как-то совсем по-кошачьи, она нырнула в темноту — лишь хвост мелькнул.

Парень с улыбкой вытер руку о край туники. «Да уж, — подумал он, — если б лисицы умели говорить, быть бы мне сегодня проклятым». Он зашагал к изгороди, чтоб получше разглядеть предмет несостоявшейся охоты.

Собственно, он легко мог и убить лису, еще и за шкурку бы выручил деньги. Но возни с ней, да и овец будет беспокоить запах выделанной шкуры.

Кроме того, хоть Кашел вряд ли посмел бы признаться в этом сестре, он не хотел оставлять детенышей без матери. Пусть себе охотится где-нибудь подальше от его отары.

Он нагнулся к столбу, заглядывая в отверстие и пытаясь расслышать хоть какие-то звуки. Кто бы там мог быть? Для кладки яиц вроде еще рановато…

И в этот момент крошечная женщина, ростом дюйма четыре не больше — белая и обнаженная, как восковая свечка, выглянула из дырки, огляделась и стала спускаться по столбу.

Не успев даже задуматься, Кашел схватил в руку это диво дивное. Он просто не мог поверить своим глазам! Ощущал, как ее теплое тельце бьется в его руке, подобно птичке, пойманной в силки.

Юноша приподнял руку и осторожно разжал пальцы, желая убедиться, что это не сон. Да нет, действительно: у него на ладони сидела обнаженная девушка!

— Во имя Пастыря! — прошептал Кашел. — Кто ты такая?

— А ты что, не видишь? — так же удивленно ответила миниатюрная красотка.

2

Прогремел гром. Причем, судя по всему, он имел не естественное происхождение — из вечно затянутого тучами неба, а исходил с высокой башни, куда удалился Медер и откуда сейчас доносился его напевный голос. Шарина могла слышать ритуальные заклинания, стоя у крепостной стены и наблюдая за подтягивающимися аркаями.

— Они похожи на муравьев, не правда ли, Ноннус? — сказала девушка, втайне гордясь своим спокойным, твердым голосом.

Отшельник поглядел поверх камня, доходящего ему до груди. В отличие от обычных, выстроенных людьми крепостей, в здешней отсутствовали бойницы для лучников.

— Если ты понаблюдаешь за муравейником, дитя мое, то заметишь, что его обитатели не столь организованны, как наш противник, — заметил Ноннус.

Тяжелая верхушка алтаря блокировала вход и предотвратила довольно бессмысленные атаки аркаев. Теперь достаточно было нескольких моряков для наблюдения за дверью, хотя сражение как таковое стало невозможным благодаря этой шестидюймовой каменной плите.

Во дворе же крепости собирались все новые монстры. То и дело из туманного леса появлялись рабочие команды, подтаскивая стволы высоких деревьев. Их длина позволяла достичь верхних этажей крепости и даже площадки, на которой расположился Медер. В сторонке темнела масса аркаев-боевиков, которым предстояло взбираться по заготовленным стволам, цепляясь за их шероховатую кору своими когтистыми конечностями.

— Видишь? — заметил отшельник. — Вот так же они построили и саму крепость. Не понадобилось никакой магии для передвижения тяжелых блоков — лишь множество рабочих рук плюс координация усилий.

Снова раздался гром. Озабоченно поглядывая на башню, Шарина спросила:

— Как ты думаешь, он пытается обрушить молнию на этих насекомых?

— Вообще-то, — пожал плечами Ноннус, — молния обычно ударяет в наивысший объект на плоскости.

Девушка через силу улыбнулась.

— Хочешь сказать, мы можем оказаться этими счастливчиками?

Отшельник коротко рассмеялся, но тут же оборвал свой смех.

— Медер не понимает, что творит, — горько произнес он. — Но беда не в том. В конце концов, мы все этим страдаем. Удел человека — верить и молиться. Плохо то, что наш юноша даже не осознает, насколько мало он знает. И это при его-то силе!

Они с Шариной стояли на третьем этаже крепости, выше них была только башня. Никто из их товарищей не поднимался сюда. В этом и не было нужды: поскольку у аркаев отсутствовали метательные снаряды, нижний этаж выглядел вполне надежным. Во всяком случае, до начала штурма с применением заготовленных лестниц-стволов.

После того трудно будет найти безопасное место.

— Ты не присмотришь за этим, дитя мое? — спросил отшельник. Он передал Шарине свой дротик, затем отвязал от пояса ножны с тяжелым пьюльским ножом. — Похоже, в ближайшее время будет довольно спокойно.

— Я… — замялась девушка. — Ну да, конечно.

Дротик оказался гораздо тяжелее, чем казалось на вид. При этом он был идеально сбалансирован: утолщенное древко уравновешивало вес стального наконечника. Девушка стояла, держа в одной руке дротик, а в другой — свой топорик вместе с ножом Ноннуса.

— Абониктикис эристемиа фаласти… — услышала она голос Медера и досадливо поморщилась. Это был древний язык, известный лишь демонам да чародеям. К сожалению, гораздо больше колдунов использовало его, чем по-настоящему понимало.

Отшельник тем временем отошел в угол и кусочком угля стал набрасывать какой-то образ на стене комнаты. Шарина снова отвернулась к стене, она не хотела шпионить за своим другом. За своим защитником.

Крепость казалась достаточно просторной, чтоб вместить количество людей в десять раз большее, чем сейчас. Однако уединиться в ней было трудно по причине отсутствия дверей или каких-либо материалов, пригодных для их восстановления. За те века, что Тегма лежала на морском дне, все некаменное и незолотое рассыпалось в прах. Таким образом, для построения баррикад команда триремы могла использовать лишь каменные постройки типа алтаря и те скудные пожитки, которые сохранились во время поспешного бегства от восставших монстров.

Один на один моряк, вооруженный ножом, был приблизительно равен по силе аркаю с его пилообразными руками. Беда в том, что моряков осталось немного, а этих оживших мертвецов — тьмы и тьмы. И даже присутствие хорошо вооруженных гвардейцев не могло изменить плачевного исхода такой схватки.

Ушей Шарины достигло тихое бормотание — это отшельник молился перед наспех нарисованным образом Госпожи. Девушка в смущении отвернулась.

В этот момент на площадке появилась встревоженная Азера в сопровождении одного из Кровавых Орлов. Рука солдата была на перевязи, сооруженной из обрывков его собственной туники, лицо под загаром — землисто-бледное.

Прокуратор оглядела башню, затем, заметив одиноко стоящую девушку, направилась к ней. По мере приближения госпожа прокуратор сумела справиться с нервозностью и заговорила своим обычным властным тоном.

— Ну что, есть какой-нибудь прогресс? — кивнула она в сторону башни. Как бы в ответ по небу прокатился раскатистый грохот.

— Не знаю, — довольно резко ответила Шарина. — И, честно говоря, меня это мало интересует.

— Мало интересует спасение вашей жизни? — переспросила Азера. — Вы же понимаете: у нас нет другого шанса — благодаря тому, что натворил этот несчастный глупец… Волшебник!

— Меня не интересует спасение таким образом, — уточнила девушка.

Однако прокуратор была слишком напугана, чтоб вникать в чужие мысли.

— Но ведь он спас нас во время шторма, — гнула она свою линию. — Он просто обязан найти верный путь.

Тут она заметила Ноннуса и спросила:

— А что этот здесь делает?

Шагнула в сторону отшельника. Руки у Шарины были заняты, она не могла удержать Азеру. Поэтому она встала на дороге у прокуратора и резко оттеснила ее плечом. Девушку просто распирало от злости после долгих часов всего этого ужаса.

Солдат ахнул от неожиданности и бросился на защиту своей госпожи. На свою беду он налетел на Азеру и был вознагражден злобным рычанием:

— Идиот!

— Мой друг молится, — сухо пояснила Шарина. Она и сама стыдилась своей вспышки. Что бы сказал ее отец, если б она позволила себе подобное в отношении кого-нибудь из постояльцев? — Оставьте его в покое и дайте закончить.

— Что ж, может, хоть его молитва спасет нас, — пожала плечами Азера. — Надежды мало, но, похоже, делать ставку на колдовство уже поздно.

Ноннус беззвучно вырос за плечом девушки. Забрал свой нож и легко произнес:

— На самом деле я молился не о победе в схватке. Ведь сражения — это занятие для мужчин, а не для Госпожи.

Держа ножны, он принялся одной рукой прикреплять их к поясу. Сделать это двумя руками, несомненно, было бы легче, но отшельник не хотел выпускать оружия из рук.

— Я просил Госпожу, чтоб души убитых мною людей нашли успокоение в ее объятиях, — пояснил он, закончив возиться с ножнами. Теперь он смог освободить Шарину и от своего дротика.

— Убитых? — переспросила прокуратор. — И кого же ты убил? Насколько я видела — одних насекомых.

— Ну, значит, насекомых, — пожал плечами отшельник. — Неважно. Всех убитых…

В это время в дверном проеме показался Вейнер с семью солдатами. Вид у Кровавых Орлов был далеко не блестящий: только трое из них сохранили свои копья. Они вытирали кровь с мечей, там и сям на их одежде темнели лиловые пятна.

— Но они ведь не люди! — воскликнула Азера. На губах Ноннуса мелькнула слабая улыбка.

— Возможно, — согласился он. — В этом случае будет лучше, если за их упокой помолюсь я, а не какой-нибудь святой.

— Госпожа! — с робостью и в то же время нетерпением прервал их диспут Вейнер — Похоже, чертовы жуки начинают атаку. Если вы пройдете с нами в одну из внутренних комнат, нам легче будет вас защищать.