Дэвид Дрейк – Индекс убийства. Сборник (страница 89)

Послания от испуганных людей — глав делегаций, боссов из секретариата… сотрудников Безопасности, которые на знали, что Йетс больше не является их начальником, или просто хотели хоть чьей-нибудь поддержки.

— О Господи, — вздохнул Сэм, увидев надпись коричневого цвета. Он твердо поцеловал женщину в губы и отстранил ее, сказав: — Милая, мне надо проверить это. Подожди.

И скомандовал голотанку:

— Содержание досье Джонса Х.Д.

— Правильно, Сэм, — сказала Есилькова, поправляя одежду. — Я как раз…

— Ты останешься здесь, — перебил ее Сэм, схватив за руку. Он развернул Соню к себе лицом, в глазах ее блестели слезы. — Ты — все, что у меня есть в мире, а Джонс… сделал все, чтобы этот мир прожил больше, чем следующие двенадцать часов.

Он провел рукой Сони по своему бедру.

А ярко-оранжевые теперь буквы гласили:

«Комиссар!

С вероятностью 70утверждаю, что причиной был рений из пластин аварийного освещения. Он полностью отключил защиту риллианина. Предлагаю использовать вакуумное напыление рениума на пули — толщина покрытия не важна. Доброй охоты.

Джонс».

Потом шло схематическое изображение полоски аварийного освещения и ряды цифр, которые ничего не значили для Йетса, даже если бы у него была целая жизнь, чтобы разобраться с ними. Маленький ученый выполнил свою работу.

Работой Йетса было устранение риллианина, и Джонс дал ему возможность сделать это, не рассчитывая на одно голое везение.

— Я не понимаю, Сэм, — сказала Есилькова. Она не знала про вопросы, которые Йетс задал Джонсу и на которые Джонс ответил спустя три часа после своей смерти…

— Точно, — пробормотал Йетс, мигая, потому что глаза его внезапно зачесались. — Коротышка здорово соображал. Жаль, что…

Он потянулся к ящику стола, очень осторожно вытащил оттуда острый нож и вручил его Есильковой. Он был гораздо острее, чем требовалось для любой готовки.

— Соня, ты не могла бы отрезать одну из пластинок аварийного освещения? Батареи расположены поверх них.

— Будет исполнено, комиссар, — ровным голосом ответила Есилькова и пошла к двери, захватив по пути стул, чтобы легче достать до потолка. На ее лице выразилось сомнение в наличии здравого ума у комиссара.

У Йетса был лазерный сверлильный станок, он его позаимствовал без особых объяснений два дня назад в Службе Утилизации. Когда запыленная побелкой Есилькова вернулась с полоской, миниатюрный станок уже стоял на столе.

Полоска имела два метра в длину и двадцать сантиметров в ширину, края были остры, почти как нож, и могли легко порезать при неосторожном обращении.

— Ну и зачем это? — раздраженно спросила Соня Йетса, когда тот принялся выковыривать из магазина ТТ патроны один за другим.

Сэм вставил один патрон в кулачки. Тут же из корпуса станка выдвинулся защитный экран и закрыл патрон, но поверх него появилась голограмма — тридцатикратно увеличенное изображение пули, перекрестье прицела резца наведено на ее острый нос.

— Помнишь, как морпех взорвал потолок? — пробормотал Йетс, зажимая кулачками патрон. — Джонс понял, что рениум из аварийных батарей окутал скафандр риллианина и нарушил его защиту.

Станок взвыл — заработали быстродействующие реле, и включился двигатель. На голограмме не было видно самого лазерного луча, но в острие пули появилось идеальной формы углубление.

— Поэтому, если мы покроем пулю рениумом, — продолжал он, вынимая готовую пулю из станка и вставляя другую, еще не обработанную, — нам не придется ждать, когда появится кто-нибудь с плазменной пушкой, чтобы неправильно поступить в правильное время…

Высверленная ямка была теплой, а не горячей. Сэм плюнул на нее для уверенности.

У него было только семь патронов. Соня взяла у него один патрон и принялась его рассматривать.

— Ну хорошо, а как ты покроешь их чем там их надо покрыть? Твой погибший дружок написал, что это надо делать в вакууме, напылением.

— Мы соскребем немного металла с задней поверхности пластинки и будем надеяться, что зазубрины стального корпуса пули удержат на себе достаточно рениума, — ответил Йетс. Он вручил ей второй патрон и вставил в станок третий. — Плюнь на него. Его надо охладить.

Есилькова потянулась к раковине и полила патрон водой из-под крана. Работа была грубой, но идея могла сработать — вряд ли в воздухе была большая концентрация рениума, когда был убит первый риллианин.

Есилькова, с силой нажимая острием пули, соскребла немного рениума с полоски. Медная рубашка пули покрылась серебристым слоем.

— Мы убьем чудовище номер три, а дальше что? — спросила Есилькова, вскидывая глаза на Йетса.

Он вынул из станка третий патрон и потянулся за четвертым.

— Дальше я найду себе работу на Земле, — сухо сказал он. — Может, частную, может… куча полицейских служб гоняются за бывшими ветеранами. Об этом я не беспокоюсь.

— Не собираешься остаться здесь и сражаться? — задиристо спросила Соня, вставляя патрон, предположительно имеющий рениумовую оболочку, в магазин ТТ.

— Нельзя сражаться с теми, кого не можешь победить! — крикнул Йетс, внезапно сорвавшись. — Я… — Он усилием воли заставил свое лицо принять обычное выражение. — Извини, — пробормотал он. Помедлив секунду, он вернулся к работе. — Соня, — тихо заговорил Сэм после паузы, — я бы остался, если бы не один большой человек из секретариата, которому очень нужен мой скальп.

Есилькова молча смотрела на него и, стараясь ни о чем не думать, терла патрон о полоску.

— Я не только комиссар Безопасности в штаб-квартире ООН, я еще и американский гражданин. Если моему правительству понадобится моя голова на блюдечке, ООН будет счастлива выполнить заказ, — гнев на мгновение снова овладел им. — И кто мне тогда поможет? Минский?

— Маклеод — это еще не все правительство США, разве не так? — сказала Есилькова, соскребывая рениум носиком четвертого патрона. Тонкая пластинка вибрировала на столе, издавая звук, похожий на далекий гром.

Йетс развернулся и взял Соню за подбородок, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Тейлор Маклеод — единственный представитель правительства США, которому есть дело до Сэма Йетса.

Он легонько поцеловал ее в лоб. Она подняла голову, чтобы губами найти его губы.

— И вообще, — прошептал Йетс спустя несколько секунд в ее короткие светлые волосы, — Маклеод прав. Когда пришел риллианин, я делал не то, что было приказано, а то, что умел делать. Невыполнение приказов в боевой обстановке… — он потерся носом о ее шею.

— Тебе нужен катер? — прошептала Соня, изгибаясь от его прикосновения. — Может быть, мне удастся достать его.

— Нет, Маклеод даст мне его сам, — ответил Сэм, поглаживая ее грудь через тонкую ткань одежды. — Не дать — некультурно. Он будет рад, когда… я сдохну.

— Ты ведь хорошо знаешь Эллу, — сказала Есилькова таким тоном, словно собиралась сказать что-то очень важное. — Она сделает все…

Йетс покачал головой, улыбаясь только ртом, но не глазами.

— Нет, все в порядке, — пробормотал он без особой связи со словами Сони. — Нет, она не переубедит его, никогда. И я думаю…

Он замолчал и прижал ее к себе крепче — нежно и сильно, потому что не хотел, чтобы она видела его лицо.

— Ты спал с ней, бедняжка Сэм! А он знает это, но никогда ничего не сказал и не сделал, просто он знает и будет знать до конца жизни.

— Но я так сделаю, — Йетс откинулся назад, чтобы она видела его улыбку — почти настоящую, — потому что Элла хороший человек и потому… — он наклонился над ее животом. Она раздвинула бедра ему навстречу. — …что ты гораздо лучше.

— Ты проклятый врун, — прошептала Есилькова. — Но ты мне нра… — Она расстегнула молнию на платье.

— Я не собираюсь больше подставлять Маклеода, — прошептал ей на ухо Сэм, забираясь рукой под юбку.

Есилькова замерла.

— Я не спрашивала об этом, — тихо сказала она, не открывая глаз.

— Да, но я просто хочу, чтобы ты не подумала чего, — так же тихо ответил он. — Я не собираюсь всаживать в него пулю, предназначенную для риллианина.

— Сэм, я не спрашивала об этом! — вспыхнула Соня.

— И все-таки я говорю это, куколка. Чтобы слышали все: ЦРУ, КГБ, ООН и кто там еще напихал «жучков» мне в комнату. Но только…

Он обвел глазами кухню, улыбаясь. Соня почувствовала, что его тело напряглось. Она посмотрела вокруг, думая, что он что-то увидел, но все было спокойно.

— …только я убью крошку Маклеода, если он попытается уволить тебя.

— Черт, Сэм, — прошептала Соня ему в плечо.

— Спокойно, — тихо сказал он в ответ. — Этого не случится. Я просто хотел объяснить, потому что он всегда слушает, что говорят люди вроде меня.

Сонины глаза были полны слез. Она молчала — слишком многое она хотела сказать.

— Не бери в голову, малышка, — снова зашептал Сэм. — Большая вероятность, что следующий риллианин разрешит все проблемы — и твою, и мою, и Маклеода тоже.

Есилькова осторожно стянула шелковое платье с плеч.