Дэвид Дестено – Сила эмоций. Как благодарность, сопереживание и гордость помогают в жизни и работе (страница 4)

Подобные ситуации называют дилеммой или межвременным выбором. Мы сталкиваемся с ними постоянно. Каждый раз, когда человек направляет усилия и ресурсы на определенную деятельность или цель вместо чего-то другого, он осознанно или бессознательно принимает компромиссное решение. Вопрос в том, какое. Как выбрать между усердной работой над проектом в ближайшие несколько часов и походом в кино, чтобы посмотреть фильм, который вас заинтересовал? Логика подсказывает: если человек сосредоточен на максимизации пользы – под которой экономисты подразумевают удовлетворение, – стратегия предельно ясна. Сравните пользу от просмотра фильма и от бонуса или даже повышения в должности благодаря тому, что вы в срок закончили важный проект. Обычно долгосрочная полезность второго существенно превысит немедленное удовольствие от первого. Если усердно потрудиться сейчас, вы сможете еще не раз сходить в кино позже. И сделать это будет даже легче, поскольку ваш доход увеличится.

Как видно из приведенного примера, когда решение касается затрачиваемых усилий или финансовых вложений, человек взвешивает альтернативные варианты. Перед нами выбор: действовать как муравей или стрекоза из известной басни.

В басне речь идет о радостях и невзгодах двух созданий с кардинально разным подходом к делу. В самом начале лета они должны решить, как распорядиться своим временем. Трудолюбивый муравей не поддается соблазну весело играть под теплым солнышком и усердно заготавливает продовольствие на холодные зимние месяцы. Беспечная стрекоза поступает наоборот. Все лето она легкомысленно поет и пляшет, поскольку еды в изобилии. Зимние холода муравей встречает во всеоружии, а стрекоза замерзает, предварительно выслушав отповедь от муравья за свой несерьезный образ жизни.

На этой басне уже не одно поколение детей учится тому, что часто нужно отказываться от игр и веселья и усердно трудиться, чтобы справиться с трудностями и добиться процветания (или хотя бы выжить). Кроме того, это наглядная иллюстрация той динамики, на которой строится самоконтроль. Стрекоза символизирует немедленное удовольствие. Муравей – противоположный подход: ценность награды в будущем, несмотря на необходимость пожертвовать чем-то в настоящем. Если вам близка стрекоза, вы склонны к быстрому удовлетворению своих желаний. Соблазн пойти в кино победит мотивацию поработать над важным проектом. А если вам импонирует муравей, стремление к будущей награде в виде признания или повышения жалованья заставит вас сосредоточиться на текущей задаче, хотя это потребует жертвы – отказа от похода в кино. Эта метафора верна для разных случаев – денег, выбора еды, упражнений или выполнения обещаний. Мозг постоянно занят оценкой и сравнением немедленного и будущего вознаграждения.

В целом это вроде бы вполне рациональная стратегия принятия решений. Но, как мы увидим далее, порой стоит сосредоточиться на краткосрочной выгоде. Иначе у нас не возникало бы подобных желаний. Для принятия грамотных решений нужен непредвзятый мысленный алгоритм, который поможет объективно и точно определить, какое «насекомое» он будет копировать сейчас. К сожалению, его не существует. Характерная особенность мозга человека – сосредоточиваться на настоящем. Он хочет получить все и сразу и обесценивает будущие награды. И чтобы «муравей» победил «стрекозу», будущая награда должна существенно превосходить немедленную. Иначе человек предпочтет развлекаться, откладывать все на потом и веселиться, вместо того чтобы закладывать основу своего будущего успеха. Считать ли это багом или фичей[9] «программного обеспечения» нашего мозга? Тут все зависит не от того, как, а от того, когда вы задаете вопрос.

Обратное обесценивание

Чтобы понять, почему человек склонен так мало ценить будущее, нужно изменить отношение к обесцениванию. Многое из того, что мы покупаем, начинает терять в стоимости практически сразу. Вы забираете новый автомобиль у дилера, и он уже дешевеет. Вы пользуетесь ноутбуком несколько месяцев, и его стоимость становится значительно ниже. Но когда речь заходит о межвременном выборе, обесценивание словно оборачивается вспять. Воспринимаемая ценность вещей и наград, которые человек еще не получил, снижается тем больше, чем дольше придется ждать. Кажется, что если вы получите новый автомобиль с конвейера через полгода, он будет для вас менее ценен, чем такая же машина, но полученная через шесть недель. Это явление носит название межвременного дисконтирования и уже давно известно экономистам. Многие из них, особенно те, кто определил развитие экономической мысли в ХХ веке, воспринимали дисконтирование как досадную неполадку мозга. Обесценивание будущего в отсутствие логичных причин казалось нецелесообразным этим мыслителям, считавшим, что человек должен принимать только рациональные экономические решения.

Жалобы экономистов на межвременное дисконтирование уже стали привычными. Вот пример, как это работает. Предположим, государство предлагает возврат налога в объеме 100 долларов. Разумеется, большинство с радостью заберет эту сумму. Теперь предположим, что есть две возможные схемы выплаты. Можно получить 100 долларов прямо сейчас или инвестировать эти деньги и гарантировано получить 400% прибыли через год. Как бы вы поступили? Хотите верьте, хотите нет, но большинство предпочли бы получить 100 долларов сейчас, чем 500 через год, хотя это самое выгодное вложение средств, которое только возможно.

Кажется нелепым, что люди отказываются от рентабельности в 400%, но это подтверждают многочисленные эксперименты. Поделюсь результатами исследований в моей лаборатории. Мы пригласили жителей бостонской агломерации и предложили каждому занять отдельную кабинку с ноутбуком. Мы рассказали, что на экране компьютера один за другим появятся 27 вопросов и задача – выбрать один из двух вариантов ответа, который испытуемым понравится больше. Каждый вопрос сформулирован по шаблону: «Вы бы предпочли получить X долларов сейчас или Y долларов через Z дней?» Чтобы респонденты отнеслись к тесту серьезно, мы предупредили, что для каждого из них мы случайным образом выберем один из их ответов и выплатим указанную сумму. Например, если выбор падает на вопрос: «Вы предпочли бы получить 41 доллар сейчас или 75 долларов через 20 дней?», а участник выбрал первый вариант, по завершении эксперимента мы вручим ему 41 доллар. Если участник выбрал второй вариант, мы пришлем ему чек на 75 долларов через 20 дней.

Значения X, Y и Z были неслучайными. Так, Y всегда было больше X, чтобы имело смысл воздержаться от немедленного вознаграждения ради будущего. Варьируя разницу между отдельными парами X и Y, а также меняя длительность периода ожидания, нам удалось определить, насколько каждый участник обесценивал будущее вознаграждение. Этот показатель принял форму годового коэффициента дисконтирования (ГКД): число от 0 до 1, отражающее ценность фиксированной суммы, которая будет выплачена через год, относительно такой же суммы, если бы ее выплатили немедленно. Иными словами, если ГКД человека 0,5, для него 100 долларов через год эквивалентны по ценности 50 долларам сейчас. И он предпочел бы получить 50 сегодня, чем 100 через год.

Участники нашего эксперимента оказались нетерпеливыми[10]. Средний ГКД составил 0,17. Получается, в случае годового ожидания 100 долларов для участников эквивалентны всего 17 долларам. Можно посмотреть на результаты иначе: это означает, что если бы участникам предложили любую сумму больше 17 долларов или перспективу ждать год, чтобы получить 100 долларов, они бы сразу согласились на первый вариант. Это пример серьезной финансовой нетерпеливости, ведь рентабельность сделки, при которой 17 долларов превращаются в 100 всего через год, превышает 400%. Если от 17 долларов не зависит физическое или метафорическое выживание участника в ближайшие несколько дней, это крайне нерациональное решение. Оно недальновидно, ведь через год покупательная способность полученной суммы станет гораздо выше.

Почему мозгу свойственна такая близорукость, когда он должен отличаться адаптивностью? Вопрос хороший. Но ответ на него непрост, ведь в определенных условиях дисконтирование оказывается разумной стратегией. Помните пословицу, что синица в руках лучше журавля в небе? Конечно, объективно перспектива иметь «журавля» выгоднее. Но если нужно выбрать между тем, чтобы получить немного того, что нужно прямо сейчас, или рисковать остаться с пустыми руками, погнавшись за большим кушем, привлекательность первого варианта возрастает. То же касается дилеммы межвременного выбора. Никто не спорит, что ценность 100 долларов через год будет выше, чем 17 долларов сейчас. Но тут важна уверенность в будущем. Что если банк разорится? Или человек умрет? Отложенное вознаграждение имеет смысл только тогда, когда оно гарантировано.

Жизнь в условиях неопределенности требует сопоставлять вознаграждение с вероятностью его получения. Воспринимаемая ценность не равна объективной и не должна быть ей равна, если будущее вознаграждение четко не зафиксировано. Во многом это сродни азартным играм. Кто поставит 50 долларов на кон, если выигрыш будет равен 50 долларам? Никто. А если сумма составит 60 долларов? По-прежнему, вероятно, никто. А если две сотни? Тут уже могут найтись желающие. Когда вероятность будущего выигрыша неясна, его сумма должна быть достаточно высокой, чтобы побудить рискнуть. Чем выше неопределенность, тем больше должен быть размер приза, чтобы стимулировать сделать ставку.