Дэвид Брин – Небесные просторы (страница 87)

А следующее время обязательно будет. Чем больше расширяется вселенная, тем сильнее растягиваются древние перемычки, связывающие галактику с галактикой, чтобы наконец лопнуть. После каждого такого разрыва количество п-пунктов сокращается, из связи становятся беднее, а скоростные линии подпространства — все более недоступными.

Старея, космос становится менее интересным и более опасным. В дни Прародителей все должно было казаться таким близким и доступным, думал Гарри. Это было время волшебства, когда прокладка курса между двумя точками в семнадцати связанных галактиках была самым обычным делом.

Он расправил плечи.

Ну ладно. По крайней мере приму участие в чем-то важном. Даже если Вер'Кв'квинн преувеличивает мои шансы на возвращение.

Когда он впервые прилетел сюда из школы подготовки, Каззкарк казался безупречно чистым. Теперь в коридорах постоянно висит пыль, поднятая со стен землетрясениями и волнами хаоса, которые через все более краткие промежутки сотрясают весь сектор. Они стали настолько частыми, что Гарри их едва замечает.

Это свидетельствует, что со временем даже ненормальное начинает казаться нормальным.

Подходя к докам, он увидел большую группу хунских клерков и членов их семей. Они несли багаж, тащили антигравитационные тележки, готовясь к отлету на одну из своих родных планет. Как и следовало ожидать от хунской процессии, двигалась она в полном порядке. Но что-то в этой группе показалось Гарри необычным. Эти хуны кажутся не такими скучными, более оживленными.

Дело в их одежде!— понял Гарри. Олеин приучил их носить гавайские юбки!

Действительно, примерно треть этих высоких двуногих отказалась от обычных бело-серебряных одеяний и завернулась в платья с изображением ярких цветов и тропических растений; одежда разрезана сзади, чтобы дать место выступам на спине. Терпеливо дожидаясь очереди, группа согласованно ворчала, и коридор дрожал от звуков, которые казались гораздо более живыми, чем обычные хунские песни, похожие на надгробный плач.

Одна произнесенная на галшесть фраза даже заставила Гарри споткнуться.

Ручаюсь, на англик это нужно перевести как «йо-хо-хо!».

У некоторых старших хунов был растерянный, даже обиженный вид. Но более молодые — подростки — распевали, с энтузиазмом раздувая горловые мешки.

Они пели жизнерадостную балладу о переходе, о готовности встретиться с новым.

За углом, спрятавшись за хунами, стояла странная фигура, похожая на невысокого приземистого джофура. Это был Тиуг, алхимик-треки с Джиджо. Он сопровождал Олвина на следующем этапе его приключений.

Проходя мимо. Гарри попытался поймать взгляд Олвина, но парень был поглощен своей ролью проводника, которому есть чему поучить горожан. Рядом с ним была Дор-хуниф, а на широких плечах сидела пара титлалов. Стараясь выглядеть беспечным, Олвин прислонился к одному из завернутых в ткань упаковочных ящиков, бдительно следя за его содержимым.

На глазах у Гарри край брезента сдвинулся. И из темноты под брезентом показался один глаз на колеблющемся стебельке. За ним попытался протиснуться другой стебелек, чтобы взглянуть на окружение.

Не прерывая своего бодрого ворчания, Олвин широкой ладонью сгреб оба бродячих стебелька и сунул их назад. И постарался прочнее закрепить багаж. Ящик вздрогнул, как будто внутри кто-то протестующе завозился. Но Олвин лишь плотнее прижал его, дожидаясь, пока все стихнет.

— Эхой! — крикнул первый в очереди хун, когда ворота, ведущие к кораблям, открылись. — Сюда! Начинаем!

Гарри постарался протиснуться. Он протискивался изо всех сил, прошел метров пятьдесят и понял, что его бока больше не выдержат. Тогда он завернул за каменный угол, прижался к стене и захохотал.

Причал для официальных лиц был почти пуст. Высшие чины Библиотеки, Институтов Миграции, Торговли и Войны уже улетели, и причалы опустели. Оставался только штат Вер'Кв'квинна; его сотрудники участвовали в спасательных миссиях или расставляли предупреждающие буи, чтобы оградить опасные зоны. Благородное дело. Гарри лучше провел бы время так же, помогая спасть жизни и штопать распадающуюся ткань галактического общества. После окончания основных разрывов Институт Навигации должен будет способствовать восстановлению, организовать новые торговые маршруты.

Но Вер'Кв'квинн сберег меня для этой миссии. Полагаю, старый спрут знает, что делает.

Впереди находилась почтенная наблюдательная платформа Гарри, его корабль, специально сконструированный для полетов в мимических джунглях пространства Е. И хотя дело предстояло опасное, Гарри обнаружил, что идет быстрее, испытывая странное возбуждение и стремление к действиям.

Он начал про себя напевать и тут же узнал мелодию. Так ворчали новые родственники Олвина, готовясь к отлету.

Мелодия оказалась заразительной.

И подходящей для путников.

Это песня предчувствия.

Пока Гарри грузил в трюм инструменты Вер'Кв'квинна, планетоид снова начали сотрясать волны. Древние каменные стены стонали от резонанса, и палуба и переборки станции тоже начали сильно дрожать. Когда с верхней полки упал незакрепленный ящик, Гарри едва успел увернуться. Да и успел он только благодаря слабой псевдогравитации Каззкарка, но ящик сильно ударился, разбился, и содержимое разлетелось на осколки.

Подметая, Гарри прислушивался: не звучат ли сирены, объявляя о прорыве вакуума. Только спустя несколько дуров у него улеглась вставшая дыбом шерсть. Очевидно, оболочка дока выдержала — на этот раз.

Гарри вышел, чтобы подойти к прочному небольшому кораблю теннанинской постройки, припаркованному сразу за его станцией. Пройдя через шлюз, он крикнул пилоту:

— Каа! Готовы к взлету? Я вылетаю меньше чем через мидур, если вы все еще хотите лететь со мной.

Из-за приборной консоли в шестиногой установке для ходьбы показался гладкий серый дельфин. Каа выглядел уставшим. Он неделями уже не плавал. И лишь несколько часов сна проводил в небольшом бассейне; все остальное время приходилось лежать на плавающей постели установки.

— Для меня недостаточно быстро, — сказал пилот. — Увы, я все еще жду возвращения Двера.

Гарри огляделся.

— Дьявольщина! — проворчал он. — И куда же делся Двер?

Из задней двери послышался новый голос; слова на англике звучали елейно, почти соблазнительно.

— Ну, ну! Я бы предположила, что молодой человек пытается — в который раз! — убедить свою самку — Рети — отправиться с ним. Вы считаете по-другому?

Из одной крошечной каюты показалась Кивеи Ха'аоулин и начала пробираться мимо груды припасов, накрытых грузовой сетью. Синтианец настоял на том, что будет сопровождать Каа, несмотря на предупреждение, что путешествие только в один конец. На самом деле всякое возражение только укрепляло его решимость. Кивеи даже предложила оплатить все продукты и прочее необходимое Каа в пути.

Она не верила, что так называемый «большой разрыв» неизбежен.

Все эти неприятности минуют, в блаженной уверенности говорила она. Я не говорю, что все останется прежним. Пока Институты и большие кланы столетиями будут разбираться в случившемся, правила относительно маленьких сунерских колоний не будут так строго соблюдаться. И относительно контрабанды! Разве вы не чувствуете, какие здесь кроются деловые возможности? Я стану коммерческим агентом Джиджо, да! В абсолютной тайне, как доверенное лицо шести или семи рас, я буду поставлять на рынок коллекционеров примитивные артефакты, и все мы разбогатеем!

Гарри видел, как алчность борется с характерной синтианской осторожностью. Со временем Кивеи разрешила этот конфликт полным отрицанием: она отказывалась признавать, что возмущения могут фундаментальным образом изменить космос. Гарри испытывал вину за то, что поддался ее уговорам. Но синтианские торговцы могут быть исключительно упрямы и преодолевают любое сопротивление. К тому же Каа нуждается в припасах.

Кивеи склонилась к грубому рисунку, нацарапанному на палубе Клешней, — к изображению убийцы квуэна, который, вероятно, уже улетел с Каззкарка и теперь плетет свои сети где-нибудь в другом месте.

— Да, Двер отправился за Рети. Я только что прослушивала коммуникационные каналы и получила срочное сообщение парня.

Каа ударил хвостом.

— Ты мне не сказала!

— Пилот, ты был занят предполетной проверкой и тому подобным. К тому же я сама собралась идти, чтобы помочь молодому человеку! Великодушно, верно? Хотите идти со мной, разведчик-майор Хармс?

Гарри сощурился. Окно для взлета через мидур. Но парень попал в неприятности…

— Двер не сказал, в чем дело? Синтианец потер живот — нервный жест.

— Сообщение не вполне понятно. Очевидно, он считает, что необходимы срочные действия. Иначе девушка погибнет.

Они нашли молодого джиджоанца на соседнем складе. Он прятался за грудой пустых ящиков. Одетый в темный плащ, он раздраженно наблюдал за собранием разумных в сорока метрах от себя.

Пустые грузовые контейнеры были украшены синими и золотыми лентами — это праздничный фон, на котором выступал миссионер скиано. Он стоял, окруженный двумя десятками последователей из разных рас. Голова скиано возвышалась над всеми верующими, напоминая массивный корабельный нос. Одна пара глаз непрерывно сверкала, словно освещая путь в теплой ночи.

Большинство посвященных уже рассеялось по просторам галактики, разнося послание о возможности личного спасения, но немногие остались с лидером и распевали гимны, от которых у Гарри по спине пробегал холодок.