Дэвид Балдаччи – Последняя миля (страница 70)

Он снова закрыл глаза. Ответ не приходил.

Он поужинал у себя в номере, хотя остальные собрались в ресторанчике, выходящем в вестибюль мотеля. Яблоко и бутылка воды. Всего два месяца назад он бы просто поднял подобную трапезу на смех. Это и на перекус-то не тянет. А теперь насытило его. Больше ничего ему не хотелось.

Он затянул ремень еще на дырочку. Если и дальше пойдет таким темпом, придется пробивать в ремне новую дырочку или покупать новый. Он стремительно теряет вес. И не самым здоровым образом. Неспособность решить значительную часть этого дела прямо-таки пожирает его изнутри.

Допив воду, он выбросил бутылку и огрызок и, не раздеваясь, улегся в кровать. Но хотя и закрыл глаза, рассудок его не отключился. Скорее уж наоборот, включил другую передачу и заработал еще быстрее.

Каждое мыслимое объяснение поступало в его мозг, как по конвейеру, чтобы выйти на другом конце с воображаемым штампом «Забраковано». Некоторые умозаключения казались довольно многообещающими вплоть до момента, пока не разбивались о факт, который не могли истолковать, и отбрасывались в его мысленную кучу мусора.

Снова и снова казалось, что разгадка где-то рядом, но всякий раз что-нибудь всплывало, отправляя все в тартарары. Как будто в кубике Рубика осталось сделать один ход, но он все не выстраивается. Правда в том, что Амос ничуть не ближе к разгадке, чем в самый первый день.

А еще его донимало странное зудящее ощущение, что время на исходе, хотя никаких правдоподобных причин для этого не было.

Он открыл и закрыл глаза, и мозг, возможно уловив намек, что уже перетрудился, не приблизившись к успеху ни на йоту, тоже отключился.

Декер уснул.

И проснулся только по одной причине.

К его горлу прижалось лезвия клинка ножа.

Глава 50

Декер не шелохнулся.

В комнате было очень темно; свет луны, обычно вливающийся через окно, застилала пелена туч. Слышно было, как дождь барабанит по кровле.

Но внимание Декера сфокусировалось на острие ножа, прижатом к его левой сонной артерии – супершоссе кровообращения. Если ее перерезать, он истечет кровью меньше чем за минуту.

Он слышал дыхание противника – медленное, размеренное, ни малейших следов паники или недостатка самообладания. Это немного успокоило Декера. А еще это дыхание было зловонным – кофе, сигареты и чеснок. Мешанина запахов ворвалась в ноздри, так что его едва не стошнило.

Скосив глаза книзу, он смутно различил громадную ладонь, сжимающую нож.

– Ты все обосрал, – раздался голос – спокойный, негромкий, но тем не менее устрашающий.

Это прямолинейное вступление заставило Декера задуматься, не полоснет ли следом нож по горлу.

– Не намеренно, – отозвался он.

– Не разыгрывай из себя дурачка. Я знаю, что ты коп. Я знаю, что у тебя есть мозги. Но оставь это дело. Езжай домой. И оставь как есть.

– А как же Мелвин?

Декер ощутил, как лезвие крепче впилось в его кожу. Настолько сильно, что порезало его. Что-то потекло по шее. Капля крови. Но только капля. Артерия не задета.

– А что? – вопросил голос.

– У него ничего нет.

Нож впился еще сильнее, и Декер ощутил новый укол острия. По шее сползла новая капля крови, впитавшаяся в футболку.

– У него есть воля. Хватит и этого.

– Спустя двадцать лет?

– Пусть и этому радуется.

– Он и радуется, – спокойно проговорил Декер, чувствуя, как острие впивается в кожу все глубже. Сонная артерия набухла, проступив на поверхности прямо напротив острия. Мужик явно знает, что делает, и, наверное, проделывал это не раз. Отчего Декеру не стало ни капельки лучше.

– Я просто говорю, что он чувствует себя уязвимым.

– Скажи ему, пусть не волнуется. Я прикрываю ему спину.

– Из-за его матери?

Острие отстранилось всего на волосок.

– Что тебе известно, черт возьми? – прорычал тот.

– Немногое. На самом деле многое мне неизвестно. Но я знаю, что Люсинда любила сына. А вы любили ее. И она вынудила вас дать обещание, не так ли?

Клинок прижался к его артерии еще крепче.

– Ты сам же делаешь себе хуже.

– Я только пытаюсь помочь Мелвину.

– Я же сказал, я прикрываю ему спину.

– От картеля?

Тот фыркнул.

– Значит, не картель? – заключил Декер.

Тот промолчал.

– Почему вы выбрали Монтгомери, чтобы вытащить Мелвина из тюрьмы? Что вас связывало?

– Не лезь в это.

– Дэвенпорт не у вас, да? – спросил Декер.

Тот ответил не сразу:

– Кто?

– Она была с нами. Кто-то ее забрал.

Декер почувствовал, как клинок медленно отстраняется от его шеи.

– Когда? – Голос звучал уже не устрашающе, а лишь настороженно.

– Пару дней назад. Должно быть, она их знала. Ее забрали из номера и обставили все так, будто там была борьба. Но это только видимость. Она знала этого человека. А это сужает круг.

– Зачем ее забрали?

– Не знаю. Я думал, чтобы получить рычаг давления на нас. Может, потребовать Мелвина в обмен, но они не делали попыток связаться с нами.

– Может, им нужны сведения.

– Возможно. И может быть, они их от нее получили. Но мне кажется, на самом деле им нужен Мелвин.

– Зачем?

– Ради того, что было в депозитном сейфе. Они думают, что это у него.

– А ты об этом откуда знаешь?

– Я детектив. Это моя работа.

– Мелкий ничего об этом не знает.

Этого имени Декер не понял, но не считал, что сейчас подходящий момент углубляться в это.

– Знаю, что не знает, но им это неизвестно. Они думают, что он выведет их к этому.

– Говно! – Это мужчина сказал скорее себе, чем Декеру. – Вот не думал… столько времени спустя.