Дэвид Балдаччи – Фикс (страница 98)

Амос не обращал на нее внимания.

– Вы вышли из игры. Но Беркшир продолжала работать с другими шпионами в нашем регионе. В конце концов, это ведь Вашингтон. Лучшее место для того, чтобы заниматься шпионажем. Мы установили, что в последнее время она работала вместе с Горски и Элвином Дженкинсом, используя хоспис «Доминион». Но вы вышли из игры. И Беркшир это совсем не устраивало. Но она не могла разоблачить вас, поскольку в этом случае вы разоблачили бы ее. Как-то она обмолвилась своей коллеге по работе в школе, где преподавала. «Ты думаешь, что знаешь человека, но оказывается, что ты его совсем не знаешь». Полагаю, Беркшир имела в виду вас.

Элли просто покачала головой, но продолжала молчать.

– И все долгое время было замечательно, но вот появляется Натали со своими азартными играми. И это все разрушило.

– Я ничего не знала о ее долгах.

– Вы прекрасно все знали. Ваш муж поделился этим с вами. Вы были очень близки друг к другу. Думаю, в тот момент он даже предположить не мог, что вы шпионка. Он вас беззаветно любил. Все говорили, что Уолтер Дабни замечательный человек, и подобное единодушие обыкновенно вызывает у меня подозрения. Однако, как выяснилось, Уолтер Дабни действительно был замечательным человеком. Но вы не догадывались о том, что Беркшир не простила вас за то, что вы отошли от дел, и искала случай расквитаться с вами, а еще лучше – вернуть вас в свои сети. И Натали стала для нее такой возможностью. Десять миллионов долларов – или русские безжалостно расправятся с твоей дочерью и ее семьей! А уж вы-то знали, какими жестокими бывают русские. Натали сказала отцу, а тот сказал вам. Ваша семья состоятельная, но где ваш муж смог бы раздобыть десять миллионов долларов за считаные дни? Он был в отчаянии. Однако вы знали способ. И это означало, что вам нужно признаться любимому мужчине в том, что все это время вы воровали у него секреты и передавали их Советам. – Умолкнув, Декер посмотрел ей в лицо. – Как он это воспринял, миссис Дабни? Как он отнесся к тому, что его жена и мать его детей на протяжении многих лет предавала его? Какое опустошение он испытал? Могу сказать вам, что и он сказал Натали, что думал, что знает человека, но на самом деле его не знал. Как и Беркшир, ваш муж говорил о вас, своей жене, которую он любил всю свою жизнь.

По щекам Элли потекли слезы. Тряхнув головой, она ничего не сказала. По кладбищу пролетел порыв холодного ветра. Судорожно глотнув воздух, Элли достала из кармана ингалятор и прыснула себе в рот три дозы лекарства.

Все стояли, глядя на нее, не обращая внимания на пронизывающий ветер.

Глава 74

Наконец Джеймисон приблизилась к Элли, протянула ей платок, который достала из кармана куртки, и отступила назад. Женщина промокнула глаза.

– Итак, полагаю, вы связались с Беркшир через старый канал. Вы объяснили ей свою проблему и спросили, что нужно сделать, чтобы получить десять миллионов долларов от той организации, которую она представляет. Затем вы переговорили с мужем, и он сделал все, как вы просили. И Натали была спасена. Но тут произошло еще кое-что, не так ли? Натали проговорилась, что на самом деле была должна не десять миллионов. Ее вынудили так сказать люди Беркшир, чтобы вы запаниковали и вернулись к шпионажу. Вероятно, Анна наблюдала за вашей семьей в поисках любых слабых мест, которые можно было бы использовать против вас. И она обнаружила у Натали сильный материнский инстинкт. И просто стала ждать, когда вы с ней свяжетесь. Но теперь до вас дошло, что Беркшир вами манипулировала. И вы все рассказали своему мужу. И тот, терзаясь сознанием вины за то, что предал свою родину, понимая, что ему все равно не придется отвечать за это в суде, решил убить Беркшир. С вашей помощью.

Убрав ингалятор в карман, Элли вернулась к скамейке и села.

– Миссис Дабни, я не собираюсь судить ваши поступки, – сказал Декер. – Моя задача заключается в том, чтобы установить истину. Только и всего.

– Если вы окажете нам содействие, вам это обязательно зачтется, – добавил Богарт.

– Мы убеждены, миссис Дабни, что назревает что-то крупное, – сказала Браун. – Какой-то удар по нашей стране. Если вы нам поможете, ваше будущее станет гораздо светлее, чем в том случае, если вы откажетесь сотрудничать.

– И для начала лучше рассказать нам всю правду, – сказал Декер.

Последовала долгая пауза.

Когда Элли наконец заговорила, голос ее прозвучал хрипло, но твердо. И в нем сквозила обреченность.

– Господи, я просто устала… Устала от всего. – Она помолчала. – Уолт рассказал мне про опухоль. Он никогда не скрыл бы это от меня. Даже после того, как узнал о том… что я сделала. Хотя в Хьюстон подтвердить диагноз он взял с собой не меня, а Натали. – Умолкнув, она оглянулась на могилу. – Это не Уолт предложил убить Анну. Предложила я. Я сама собиралась это сделать. – Закрыв глаза, Элли медленно покачала головой. – Но Уолт, истинный джентльмен до мозга костей, сказал, что сделает все сам. Как вы правильно сказали, ему все равно не пришлось бы отвечать за это в суде.

– Это вы были одеты клоуном, – сказал Декер. – Вы подали сигнал мужу.

Элли вытерла глаза платком.

– Я оставила машину в подземном гараже рядом со зданием ФБР. Вернулась туда, сняла костюм клоуна, села в машину и уехала домой. Я знала, что собирается сделать Уолт. Всю дорогу я ревела. Это был какой-то кошмар. У меня разрывалось сердце.

– Мы видели на видеозаписи, как ваш муж, перед тем как убить Беркшир, достал какой-то предмет из своей банковской ячейки и передал его неизвестной женщине, – сказал Богарт.

– Точно я не могу сказать, но, полагаю, это был кто-то из людей Анны. Вы этого не знаете, но после того как Уолт украл секреты, чтобы расплатиться с долгами Натали, его пытались завербовать. Анна всегда вела игру с дальним прицелом. И месть мне была второстепенной целью. Для нее вербовка Уолта явилась бы большой победой. Они встретились, поговорили. Но Уолт был блестящий человек. Тут они с Анной были под стать друг другу. Он подыграл ей, потому что у него был свой план. После встречи он записал себя на видеокамеру, называя имена и перечисляя украденные секреты, чтобы контрразведка накрыла шпионскую сеть Анны. Однако те каким-то образом обо всем проведали и забрали кассету.

– Муж назвал вас в числе шпионов? – спросил Богарт.

– Нет. Он хотел, чтобы я осталась в стороне.

– Очень заботливый мужчина, – отрезала Браун. – Особенно если учесть, как жестоко вы использовали его все эти годы.

Элли посмотрела ей в лицо.

– У вашего ведомства есть агенты за рубежом?

– Да.

– Они проникают на секретные объекты, выдают себя за тех, кем не являются?

– Такое случается, – подтвердила Браун.

– И вы считаете, что они выполняют важную работу для своей родины?

– Разумеется. Это невероятно целеустремленные и мужественные люди.

– Значит, в ваших глазах шпионы невероятно целеустремленные и мужественные, только когда они работают на Америку?

Поморщившись, Браун ничего не ответила.

– Итак, видеозапись исчезла, и планы вашего мужа были уничтожены. Именно тогда вы решили убить Беркшир?

Элли кивнула.

– После того как мои спортивные надежды рухнули, меня завербовало МФС. Восточногерманское Министерство государственной безопасности, – добавила она, увидев, что ее не поняли. – Оно работало в тесном взаимодействии с Москвой и КГБ. Существовала совместная программа по отправке разведчиков в Соединенные Штаты – не как иностранцев, а с прошлым, которое представляло их гражданами этой страны. Считалось, что в этом случае у нас будет больше возможностей добиться успеха. На протяжении нескольких лет я проходила интенсивную подготовку. Именно тогда я и познакомилась с Анной, принимавшей участие в той же самой совместной программе, но только со стороны КГБ. Это была блестящая, проницательная женщина, бесконечно преданная делу Советов. Я была агентом, а она – моим куратором. Друзьями мы с ней так и не стали, наше общение было вынужденным. Но нас объединило нечто более сильное. Мы были разведчицами, и в случае разоблачения за нашу жизнь нельзя было бы дать и ломаного гроша. Это были очень крепкие узы, практически нерушимые.

– Понимаю, – сказала Браун, и остальные посмотрели на нее.

– Я прошла идеологическую подготовку, – продолжала Элли. – Не могу сказать, что мне промыли мозги, потому что я очень гордилась тем, что мне предстоит служить родине. И я верой и правдой служила ей на протяжении многих лет. Деньги на машину и дом? Я сказала Уолту, что это выплата из фонда, учрежденного лесозаготовительной компанией, повинной в оползне. Сказала, что все это время проценты и дивиденды накапливались, и в итоге получилось несколько сот тысяч долларов.

– Хорошо, – сказал Декер. – Хотя меня удивляет, что ваш муж не захотел вложить деньги в свой бизнес, который он как раз тогда собирался открыть.

Элли печально улыбнулась.

– Это был наш маленький компромисс. Уолт получил машину, о которой мечтал всю жизнь, а я – свой дом. Еще когда он принадлежал прежним владельцам, я частенько проходила мимо него. Я в него влюбилась. У себя на родине я жила в однокомнатной квартире. Иметь такой дом… это казалось чем-то невозможным. Но для меня, конечно, все было возможно.

– Понимаю.

Она повернулась к Декеру.