Дэвид Балдаччи – Фикс (страница 78)

– Я думаю, что-то назревает, но я не знаю, что именно.

Глава 58

– Не хотите объяснить, что вы имели в виду?

Выбравшись из «БМВ» Браун, Декер направился в вашингтонское отделение ФБР. Джеймисон осталась сидеть в машине. Когда Амос обернулся, она махнула ему рукой. Бросив взгляд на Харпер, Декер подошел к входу в здание и скрылся внутри.

Браун следила за Джеймисон в зеркало заднего вида.

– Кажется, я высказалась предельно четко.

– Четко, как в тумане. «Тут я была права, там ошиблась…» Но вы не объяснили, где что.

– Вы хотите обсудить это прямо сейчас?

– Можно и дальше откладывать – но взаимное чувство обиды будет только нарастать, и, возможно, мы дойдем до той точки, когда никакие слова уже не будут иметь значения.

Поставив машину на ручной тормоз, Браун отстегнула ремень и повернулась к Джеймисон.

– Вы были правы насчет того, что я облажалась по-крупному. Но вы ошибаетесь, думая, что мне нет до этого никакого дела. Мне не все равно, что обо мне думает Декер. И мне не безразличен Мелвин, хотя я познакомилась с ним совсем недавно. Он сразу же затронул что-то у меня в душе. Мы с ним говорили. Много говорили. Он очень высокого мнения о вас с Декером. Я ни за что не сделаю Мелвину больно, и я уверена в том, что и он не сделает мне больно. Он не такой человек. Поверьте, я разбираюсь в людях. Мне приходилось близко общаться со многими.

– И мне тоже, – согласилась Алекс. – Послушайте, я была с вами излишне резка, и это несправедливо…

– Мне не привыкать к несправедливости. Мой отец был хорошим человеком и блестящим военным. Он творил чудеса в РУМО. Но отец хотел сына, а не дочь. Однако, кроме меня, у него никого не было. Отец не отговаривал меня от военной службы, но и не поддерживал. Быть может, ему было все равно. И тем не менее мне словно нож под ребро вонзили, когда в ответ на мои слова о том, что меня взяли в РУМО, отец не нашел ничего лучшего, чем: «Ты точно этого хочешь? Потому что тебе уже пора остепениться и завести семью». Я из кожи вон лезла, чтобы служить в том же самом ведомстве, что и отец. А он только это и смог сказать?

– Понимаю, вам было чертовски больно.

Браун пожала плечами.

– Конечно, сейчас с равенством полов обстоит получше, и все-таки до идеала еще далеко. Почти все парни, с кем я знакомлюсь, узнав, чем я занимаюсь, или делают в штаны от страха, или стараются доказать, что они круче меня. Из чего следует, что ничего долгосрочного у меня не получается. А на работе парни по большей части гадают, зачем я здесь и занимаю место, которое должно было бы принадлежать мужчине.

– То же самое и со мной, – призналась Джеймисон. – Меня с утра до вечера окружают одни мужчины. И еще есть Декер.

– Вот он – настоящий мужчина.

– Но на самом деле никакой он не мужчина. Он… в общем, он Декер.

Браун улыбнулась, затем рассмеялась.

– Почему-то я поняла, что именно вы хотели сказать. И Мелвин также другой. Он необыкновенный, Алекс. Он меня нисколько не боится. Мелвин… в общем, ему достаточно хорошо в собственной шкуре, и он нисколько не завидует мне.

– Согласна, Мелвин действительно необыкновенный. И он заслуживает необыкновенную женщину. И, возможно, вы и есть та самая женщина.

Браун слегка опешила от этого заявления.

– Спасибо, – сказала она. – Для меня это многое значит.

– Ну что, мир? – спросила Алекс.

– Полагаю, настолько, насколько между нами может быть мир. – Она помолчала. – Я слышала о том, что случилось. Как ты спасла Декеру жизнь.

Джеймисон опустила взгляд на пояс, на кобуру с пистолетом.

– Это непросто, Алекс, – сказала Браун. – И никогда не станет проще.

– Меня это изменило, Харпер. Я уже никогда не буду такой, как прежде. Я убила человека.

– Ты не изменилась. Изменилась лишь какая-то твоя частица. И это большая разница.

– Но ведь в какой-то момент можно будет двинуться вперед, правда?

– Ты обязательно двинешься вперед, Алекс. Я вовсе не говорю, что это будет просто, потому что это не так. Но это обязательно произойдет.

С признательностью улыбнувшись, Джеймисон вышла из машины и направилась в здание. Декер ждал ее прямо за дверью. Он внимательно изучил ее лицо.

– Синяков и ссадин нет; очень хорошо. Какие-либо скрытые раны?

– На самом деле мы с ней поладили. Теперь у меня совершенно другое мнение об агенте Браун.

– Что ж, отрадно это сознавать.

– И мы снова говорили о тебе.

– Это еще зачем?

– Мы просто предположили, что тебя нужно считать девушкой.

Амос озадаченно посмотрел на нее.

– Думаю, я оставлю это без комментариев.

Пройдя мимо охранника, они поднялись на лифте наверх. Декер предварительно позвонил Богарту, и тот встретил их в коридоре.

– У меня есть кое-что, – сказал он.

Росс проводил их в кабинет в конце коридора. Там уже сидел перед компьютером Миллиган.

Погасив свет, Богарт кивнул Тодду; тот нажал несколько клавиш, и на противоположной стене ожил экран.

– «Гарри Поттер и узник Азкабана», – сказал Росс. – Мы обнаружили в книге кое-что такое, о чем вряд ли подозревает Дж. К. Роулинг. Все сели?.. Тодд, прокрути.

Миллиган снова нажал клавиши, и на экране появилась страница книги.

– Я ничего не вижу, – сказала Джеймисон.

– Подожди минутку.

Миллиган нажал клавишу, и вдруг некоторые буквы текста начали светиться.

– Они обработаны флуоресцентной краской! – воскликнула Алекс.

– Точно. Мы перепробовали различное освещение и в конечном счете нашли то, что нужно.

– Но они разного цвета, – продолжала Джеймисон. – Буквы разного цвета.

– Мы считаем, что разобрались, в чем дело. Если этой книгой пользовались продолжительное время, с ее помощью передавалось множество сообщений. И благодаря разным краскам получатель определял, что именно ему нужно. Синий цвет – одно сообщение, красный – другое. Мы еще не определили, какие сообщения более старые, а какие новые, но, на наш взгляд, именно так все работало.

– Но о чем тут говорится? – спросил Декер.

– Все не так просто. Буквы не складываются в осмысленный текст. Сейчас над этим работают наши криптографы, и мы обратились за помощью в АНБ и РУМО. Возможно, на это потребуется какое-то время, но по крайней мере мы знаем, что именно так передавались зашифрованные сообщения.

– Между Беркшир и Дженкинсом, – добавил Декер.

– Точно. Беркшир добывала секреты, шифровала их и записывала в книгу, после чего Дженкинс с помощью специального освещения восстанавливал текст, переписывал его и расшифровывал. А затем переправлял дальше тому, на кого работал.

– Хитрый шаг – использовать для этого хоспис, – заметил Декер.

– Ты хотел сказать – жестокий, – добавила Джеймисон.

– Таким образом, Беркшир и Дженкинсу даже не нужно было встречаться, – сказал Богарт. – Они просто пользовались книгой.

– Ты полагаешь, они воспользовались этим способом, чтобы передать секреты, похищенные Дабни? – спросила Джеймисон.

– Полной уверенности у меня нет, но можно предположить, что так все и было.

– И тем не менее Дабни убил Беркшир. Почему?

– Мы постоянно возвращаемся к этому, – согласился Богарт. – Раскаяние в содеянном?